Диктатор
Шрифт:
А через десять минут мы уже сидим в пафосном желтом «Ламборджини» и мчим на всей скорости по трассе. В его загородный дом. Дорогу к которому я узнаю даже с закрытыми глазами.
Не знаю, на что я надеюсь. На самом деле это первый раз за долгое время, когда я решила выйти развеяться. А еще подцепить горячего мужчину и хотя бы на одну ночь стать грешницей. Чтобы забыть руки, губы и голос того, кто каждую ночь приходил ко мне во сне. И вот по насмешке судьбы я снова в его власти. И в этот раз мы снова играем в игру, правила которой известны только ему.
Но мне
— Приехали, — его голос звучит хрипло, он неуверенно смотрит в мою сторону, потирает пальцами переносицу и покидает салон первый.
Я чувствую себя шлюхой, которую привезли на одну ночь. Только в этот раз — дорогой элитной шлюхой.
Что я вообще здесь делаю?
Мне хочется встряхнуть его хорошенько, чтобы он прекратил этот фарс, но я смиренно следую за ним.
Каблуки моих туфель звонко стучат по выстеленной брусчаткой дорожке, Олег не ждет меня, не оборачивается. Он вообще ведет себя странно, будто мы и в самом деле не знакомы. Я хочу знать, что у него в голове. Но он молча идет впереди меня, задумчиво глядя на звездное небо. Необычно спокойный и расслабленный.
Жалеет ли он о том, что бросил меня? Значила ли я для него что-то? Я горько улыбаюсь своим мыслям и проскальзываю за ним в дом. И стоит мне только переступить порог, как Олег хватает меня за талию, прижимает к стене и набрасывается на мои губы. Проталкивает в рот язык, грубо задирает платье и проникает пальцами под трусики.
Наш поцелуй со вкусом виски и горечи.
Обжигал, подчинял и лишал воли.
Меня колотит крупная дрожь. Я не дышу. Выгибаюсь в его объятиях, желая быть еще ближе. Закрываю глаза и позволяю себе забыться на одну ночь. Делаю вид, что все как прежде и мы не расставались. Ни на день. Ни на час. Ни на мгновенье.
— Почему мне от тебя так сносит башку? — рычит мне в губы и нащупывает чувствительную точку на моем клиторе.
Я вскрикиваю, понимая, что готова кончить лишь от одного его прикосновения. За эти полтора года, которые казались мне вечностью, ни один мужчина так и не смог подобраться ко мне настолько близко.
— Снимай это проклятое платье, пока я не разорвал его на тебе, иначе домой придётся возвращаться в одних чулках.
В ушах стучит от переизбытка эмоций, и все, о чем я могу сейчас думать, — поскорее бы избавиться от одежды, чтобы как раньше — кожа к коже.
— Молния, помоги мне с молнией, — хнычу я, вырывая пуговицы его белоснежной рубашки и царапая его мускулистую грудь короткими ноготками.
Кажется, Олег взволнован не меньше моего. Какое-то время он борется с замочком на платье, а потом просто вырывает его, обнажая мою спину. Он прижимает меня к себе и проводит носом по шее, его ладонь больно сдавливает мою грудь, заставляя томиться в ожидании. Я трусь попой о его пах, и с моего рта срывается стон, когда его зубы впиваются в мою нежную кожу.
Олег внезапно подхватывает меня на руки и несёт в гостиную. Он не произносит ни слова. Ни насмешливых шуточек в мой адрес, ни грязных словечек, которые он так любит.
Он бросает меня на мягкий диван и, не отводя взгляда от моих
Он без стеснения снимает штаны вместе с боксерами, пока я дрожащими руками воюю со своим платьем и остаюсь в одном нижнем белье. Самом развратном и порочном нижнем белье, которое у меня есть.
— Идеальная, — восхищенно выдыхает он и накрывает меня своим телом.
Я прикасаюсь к его твердому члену и провожу большим пальцем по пульсирующей головке. Все как он любит. Исаев же в ответ оттягивает вниз кружевной черный лифчик и проводит языком по моему соску. Его руки разрывают тонкую ткань трусиков, и я не успеваю сделать вдох, как одним резким движением без промедлений он оказывается внутри меня. И все. Меня нет. Пусть наутро я пожалею о своем поступке, но сейчас я дышу в унисон с желанным мужчиной, зарываюсь пальцами в его короткий ежик, оставляю засосы на его шее и, не контролируя себя, выкрикиваю его имя раз за разом.
Он двигается внутри меня быстрыми ритмичными толчками и, когда я уже близка к разрядке, внезапно замирает, одной рукой надавливает мне на плечо, удерживая под собой, и слегка отстраняется. Так, чтобы у него была возможность рассмотреть меня.
Олег блуждает по моему лицу странным взглядом, а у меня так кружится голова — то ли от выпитого алкоголя, то ли от близости мужчины, — что перед глазами все расплывается.
— Пожалуйста, продолжай, — молю его, притягивая к себе за шею и подаваясь навстречу бедрами.
Его не нужно просить дважды. Он жестко трахает меня, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Так, как умеет только он. И когда я наконец-то взрываюсь и рассыпаюсь на тысячи частиц, понимаю, что ни хрена это не сон. Все реально.
Он стонет, выходит из меня и придавливает своим телом. Его тяжелое дыхание звучит прямо над моим ухом, а руки все ещё поглаживают талию и бёдра.
— Черт, я мудак, — он не спрашивает, утверждает, а я не спорю: он и в самом деле мудак. Резко перекатывается на спину и пялится в потолок. Я не знаю, что мне делать. Нам нужно поговорить. Наверное. А потом я вспоминаю о дочери, и липкий страх расползается по всему телу. Если он узнаёт о ней, то обязательно отберёт.
Поэтому я закрываю глаза и притворяюсь спящей. Чувствую, как какое-то время спустя он перегибается через меня, что-то ищет на полу, а потом чиркает зажигалкой, и в нос ударяет горький запах сигаретного дыма. Я не шевелюсь. Дожидаюсь, когда его дыхание рядом выровняется, и, убедившись, что он уснул, осторожно поднимаюсь с дивана. Я стараюсь не смотреть на него. Потому что всего один взгляд на это идеально сложенное тело, и даже ненависть, которую я взращивала к нему все это время, не удержит меня от того, чтобы остаться до утра. Провести ночь в его объятиях. Наслаждаться запахом его тела.