Дикое сердце ветра
Шрифт:
"Точно, испуганного, его будет легче прочитать!" - вспомнила летчица.
Гатур сделал приглашающий жест, присоединиться к нему в считывании, и пилот, и Танри нырнули в сумбурную кашу мыслей вновь загипнотизированного пленника.
Дожидаться, пока картина станет ясной, пришлось долго. Невероятно сложный и жестокий мир взглянул на них остекленелыми глазами незнакомца. Иные очертания континентов. Города, не хуже, чем у гатуров. Башни, горделиво вытянувшиеся к небу, но способнее в один миг рухнуть под натиском человеческой ненависти и гордыни…
Люди, почти прорвавшиеся
Родной город их пленника находился на месте Равидара и звался Нью-Йорк. А ледяную землю здесь величали Антарктидой… И ни слова о воронках в небе, безлицых и городе в долине. Городе, где жители приносили кровавые жертвы Агыху.
– Промахнулись, - гатур был разочарован. И не только он.
– Возвращаемся к остальным?
– обратился к девушке пилот.
– Нет. Проверим, что творится в глубине континента.
По координатам, город прятался где-то близко. Камни под снегом помнили и звали людей, вопрошали об их страстях и привязанностях, ведь даже камни желают, чтобы их любили. Но здесь, как и в других местах, земля пустовала.
– Всем представить место назначения!
– повернувшись к остальным, решила дальнелетница.
Тихро сзади тяжело вздохнул. На тренировках он щедро поделился своими воспоминаниями с пилотами, которые все в той или иной степени был наделены уникальными способностями.
Прожорливый зев воронки снова вытянулся в небе. И зеленые травы заколосились на другом конце тоннеля, обрамленные диадемой гор.
Словно далекий отголосок весеннего грома до чувствительных читающих долетел смех. Силы этой земли пропустили их, напомнив, кто здесь властитель. Вот только кто это: Агых, грешники, или нечто иное? Пока неясно.
За горами в глубокой долине, словно на дне каменной вазы, обнаружился искомый город. Диковинные дома с разноцветными этажами притягивали взгляд. Над самой высокой из башен висело местное подобие дирижабля. Сине-розово-желтое, многосегментное, выглядело оно некрасивым, неудобным. Точно раскормленная гусеница! "Полужесткая конструкция, причем неудачная. До первой грозы в полете продержится, а там рассыплется", - машинально отметила девушка.
Порадовавшись, что вовремя включила защитное поле самолета, делавшее его невидимым и для любопытствующих с земли, и для радаров, Танри повела машину вокруг города. Лететь над ним казалось опасным и даже кощунственным. Его обитатели, чудом избежавшие ужасной гибели от волн и холода, имели право жить, как им вздумается, отгородившись от ставшего непригодным для них мира.
Танри искала не оживленную дорогу, коих тут было множество, а отдельно стоящее строение, желательно старое. Захватывать еще одного пленника было рано. Гораздо больше информации можно получить от духов-хранителей. После второго, более широкого круга, она остановилась на серебристо-белом куполе то ли обсерватории, то ли храма, расположенного достаточно высоко в горах.
Сели почти у самых дверей. Никого.
Матовая дверь из стекла и стали оказалась незапертой. Внутри было светло. Девушка сделала пару шагов и зачарованно замела, ведь сразу от порога по-кошачьи изогнулся белый полупрозрачный мостик с ажурными перилами. Под ним бурлило озеро темной жидкости. Не воды. И в нем плавало нечто.
Дверь за летчицей со звоном захлопнулась. Странно, Танри даже не удивилась этому. Так и должно было случиться, все верно.
– Агых?
– спросила она.
Внизу забулькало. Сверху, сквозь белый стеклянный потолок, держащийся на массивных металлических перекрытиях, посыпался снег. Девушка, вцепившись в перила, еле держалась под напорами неведомо откуда налетевшего урагана. Память пролистывала лица людей, хоть что-то значивших в ее жизни. Суровый бог этих мест словно экзаменовал ее, достойно ли она провела годы жизни вне Данироль.
Губы свело от холода. Пальцы рук уже не чувствовались. Не спасали даже перчатки.
– Я не желаю здесь оставаться! Я должна летать! Должна быть с Бартеро. Хотя бы рядом, если не вместе с ним. Нет у меня больше обязательств перед этими краями!
– скорее не сказала, подумала она.
Из пляски пурги на узкий мостик прыгнули звездные псы - огромные, пушисто-белые, с лучистыми золотистыми глазами. Под их весом мостик дрогнул и осыпался вниз металлической… или снежной крошкой. Темная жидкость внизу успела замерзнуть, покрыться снегом, и девушка упала в сугроб.
Шторы метели распахнулись, и высоченный, в песцовой шубе и шароподобной шапке, к летчице вышел сам хозяин. Тоже без лица. Вместо него клубился туман… или снег…
– Ты не сумела в должной мере распорядиться моим даром. Ты нарушила мой приказ, вернулась сюда. Как ты думаешь, как я поступлю с тобой после этого?
– беззвучно вопрошал он.
Девушке вспомнился командор. Что бы он ответил на этот вопрос?
– Наградишь!
– смело ответила она.
– Почему?
– растерялся суровый бог.
– Потому что я доказала: у меня есть воля идти против приказов и обстоятельств, когда это действительно нужно. Когда просыпается стремление достичь своей мечты. Только она имеет силу над человеком.
Танри стояла, широко расставив ноги, уперев руки в бока, высоко подняв голову. И грозный Агых казался ей меньше гальки под ногами.
Белые псы внимательно посмотрели на нее, и послушно легли рядом, опустив острые морды на лапы.
– Ты права. И в этих краях ты могла бы стать шаманом, способным воссоединить осколки своего народа, провести его в теплую долину. Ты даже могла бы бросить вызов мне. Тем более псы тебя признали. Но тебя, к счастью, слишком сильно держит тот мир, с теплыми городами и летающими лодками. Зачем же ты принесла свои воспоминания нам? Забирай своих спутников и убирайся вон! Это и будет мой подарок. Ты останешься жива, если сумеешь. С этого дня границы нашей новой родины закроются для вас, как бы быстро вы не летали!