Дикое сердце ветра

Ларичева Елена Анатольевна

–  Можно вопрос относительно экспедиции?
– не выдержал куратор.

–  Можно.

–  Что вам известно о народе, населявшем Данироль до вашего прилета?

–  Почти нечего. Только то, что по техническому развитию они приблизились к выходу в космос. Но их было немного. И они были разобщены. Мы же, гатуры, стремились спасти большинство, то есть Спиру и Герию. На Данироль у нас просто не хватило сил и технических возможностей. Я это вычитал в информаториии, - он в очередной раз пытался оправдаться.

–  То есть вы даже

не совершили там высадки?

–  Нет. Часть из нас занималась буксировкой астероида, по размерам превышавшего половину вашей луны. Остальные двигали Землю и гасили волны цунами в северном полушарии. После… После вы узнали, что космос населен. Развитые расы собрались на совет и постановили назначить нас вашими опекунами. Вот и живем мы среди вас, используя в десятки раз заниженный уровень техники. И тем, по воле Фегинзара, до сих пор делиться не разрешалось. Знаешь почему?

Бартеро знал. Речь брата эксадмирала он читал, как и речь самого Марминара в Парламенте. Печально.

–  А волки, в которых обращают людей?
– продолжал выпытывать он.
– Вы, гатуры, на это способны?

–  Вряд ли. От людей такого ожидать можно. Предела ваших настоящих способностей мы не ведаем, хотя и пытаемся изучать.

–  Проект "Волшебники"?
– вырвалось у Бартеро. Он отругал свой болтливый язык. Но адмирал не обратил внимания на его излишнюю осведомленность или не показал вида.

–  И он тоже, - кивнул Марминар, поправляя складки на балахоне.
– Пока, правда, никто из попавших в поле нашего зрения людей на такое не способен. Но мы ищем талантливых. Со стороны безлициых на волках исходит угроза. Нужно быть готовыми дать им отпор. А для этого следует их понять. С вами на полюс летала вполне способная девочка, умеющая заглядывать в прошлое. Можно попробовать прилечь ее.

–  Откуда вы… Эдвараль!

В груди кольнуло. О Танри стало известно гатурам. А Ванибару предупреждал…

–  Она уже попала в ваш реестр?

–  А как же! Закончит Академию и через год обязана будет явиться к нам для тестирования. Решим, где ее таланты пригодятся больше всего.

–  Могу я попросить о снисхождении к ней?
– Бартеро чувствовал себя неуютно.

–  До того момента еще год. Вот тогда и поговорим, - видно спохватившись, что и так наболтал лишнего, ответил Марминар более жестким тоном.

–  Ясно. Всего доброго.

Бартеро поклонился и вышел, а адмирал еще несколько минут смотрел на бесшумно затворившуюся за его отпрыском дверь и думал: они никогда не поймут друг друга. Этот человек не оценит, не примет отца другой расы.

Но если бы свалившийся некстати сын - был единственной проблемой! Не давали покоя ни союзники, ни враги. Мысли недовольными пчелами жужжали в голове, тревожа сердце, отвлекая от дел. Мысли… В соседней комнате довольно щурил глубокие глазищи советник, прислушиваясь к адмиралу.

"Хоть на Спире народ угомонился, - думал Марминар.
– Даже волна забастовок

пошла на убыль. Кажется, первый этап ускоренной цивилизации Земли пройден. Стоит только подождать полгода, пока народ окончательно успокоится, и продолжить реформы.

Даже Союз Мстящих признаков жизни не подает. Ни единого теракта за предыдущий месяц. Пинаро упоминал - они объявили войну Фегинзару. Скорей бы кто-нибудь его уничтожил! А что если его наместник укрывает? Вряд ли. Они в слишком хороших отношениях были до покушения. Это означает только одно - Фегинзар наместника тихо ненавидел. И боялся, что ненависть выплывет наружу".

Подслушивавший Пинаро встал с кресла и потянулся, пошевелил крыльями под просторным плащом. Читать мысли шефа, пусть и из соседнего кабинета, чересчур утомительно - голова трещит, вокруг гребня кожа начинает припухать от усилий. Но они того стоят!

Смешно, Марминар постепенно сам превращается в землянина, приобретая те же человеческие качества, которые он ненавидел в Фегинзаре. Интересно, должность заставляет его меняться или тщательно опекаемый сыночек? Гисари рвется выручать застрявших на полюсе товарищей, а папаша его за порог не пускает.

Пинаро задумался. Марминар сейчас примется двигать отпрыска во власть. Пока Бартеро туда не хочет. Пусть он Данироль и дальше исследует. Реформатор из него выйдет похлеще отца. А это не выгодно ни Союзу Мстящих, ни лично ему, Пинаро. Нет, надо подумать. Вдруг есть местечко, где парень пригодится, оставаясь под присмотром?

Союзу Мстящих сейчас нужна громкая гибель эксадмирала. Надо поторопить Ринальдо Самида. Пусть пока активизирует своих фанатиков. Пару бескровных, но заметных терактов не помешают. А потом, к концу осени, накроем весь продажный крысятник. Нет, лучше сразу и Фегинзара, и его банду. Марминар должен прочувствовать - Союз по-прежнему жив и чутко следит за деятельностью гатуров.

И наместник будет доволен. Здорово придумано - двойной контроль: с одной стороны наместник, с другой - Союз не позволяют элите гатурьего общества слишком наглеть. Пинаро искренне гордился своей тайной миссией.

… Вернувшись под конвоем в гостиницу при Первопланетном доме, Бартеро до полуночи маялся от безделья, потом долго вертелся в постели, мучимый мыслями о людях, томящихся в плену у безлицых. С трудом забылся сном он часа в три утра, когда сменилась охрана под дверью, и новые телохранители в полголоса принялись обсуждать свежие новости.

Инженеру снова приснился монах. На этот раз он стоял возле храма и трогал тонкими пальцами медные трубочки, в которых так любил петь ветер. Сегодня ветер молчал, отгонять злобных духов было некому, и Аришем терпеливо выполнял его работу. Заплетенные в чахлую косицу волосы блестели от пропитавшего их масла. Зеленое одеяние чем-то напоминало гатурий балахон. Крупные алые маки по обе стороны дороги жужжали пчелами и шмелями, вплетаясь в общую мелодию…