Дикий дождь
Шрифт:
— И я ещё считала, что вернуться в джунгли хорошая идея, — прошептала она вслух, боясь, что если заговорит громче, кошка вернётся. — Рио? Рио, ты здесь?
Лёгкий ветерок обдувал москитную сетку, дверь была открыта, и Рейчел могла видеть ночную мглу. Снаружи накрапывал дождь. Она осторожно села, стараясь не тревожить раненную ногу. Силы прибавились, но даже при незначительном движении она всё ещё взрывалась болью. Рейчел попыталась поправить на себе рубашку Рио, но запуталась сломанным запястьем в одеяле. Пробормотав себе под нос ругательства, она откинула покрывало. Неожиданно
Она вздохнула и попыталась нащупать его кончиками пальцев, при этом стараясь не делать лишних движений ногой, пока в том не было необходимости. Хотя не раздалось ни единого звука, Рейчел импульсивно почувствовала на себе взгляд Рио. Ей сразу стало легче дышать. Он стоял в дверном проёме, заполнив своими широкими плечами всё пространство. Он редко надевал одежду, когда находился в доме, но она уже успела к этому привыкнуть. Привыкнуть к тому, что его тело выглядело таким же мощным, как скала. В нём было что-то, чему она не могла дать название, что-то опасное и отдельное от него. Поэтому Рейчел никогда не могла первой отвести взгляд.
— Знаешь, кроме того, что ты оставил дверь открытой, и того, что нас навестил леопард, тебе нужно прекращать свои ночные прогулки. Тебе когда-нибудь говорили, что ночью в лесу находится опасно? — сжав в кулак край одеяла, она пожалела, что не может засунуть его себе в рот и помолчать для разнообразия. Могла ли она выглядеть ещё смешнее, чем сейчас, читая ему лекции об опасностях леса, когда Рио известно куда больше о джунглях, чем ей? Просто она была слишком напугана, а теперь, когда он вернулся целый и невредимый, ничего не могла с собой поделать.
Рио прошёл в комнату, совершенно голый, но такой же самоуверенный, будто на нём был надет костюм-тройка.
— Я никогда не допустил бы, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Если бы ты осталась одна в доме, я бы закрыл дверь. Сейчас я находился прямо за дверью, — он перевёл угрюмый взгляд на её лицо и стал пристально его изучать. — Ты пыталась встать с постели?
Принужденно рассмеявшись, она сказала:
— Рейчел собиралась прийти к тебе на помощь. Я хотела сделать леопарду удушающий захват, если бы он напал на тебя.
Рио посмотрел на неё долгим взглядом, прежде чем на его лице медленно расплылась улыбка. Сердце в груди йокнуло.
— Что за мысли, Рейчел? Мне достаточно просто представить тебя борющуюся с леопардом, чтобы мои волосы стали седыми.
Она любила его волосы. Густые и непослушные, но такие гладкие и блестящие, словно шёлк.
— Рио? Может, оденешься? Честно признаться, этим ты усложняешь мне жизнь.
— Потому что я всегда возбуждён, когда ты рядом? — он говорил низким голосом, нежным, словно бархат. Она ощутила его слова физически. Тело плавилось в жидком огне.
Рейчел не могла отвести от него глаз: дерзкий, дикий и бесконечно одинокий... Он стоял как греческий бог, как статуя идеального мужчины, его тело обхватывали стальные мускулы, взгляд был пристальным, а губы греховными.
Ей хотелось чувствовать обычную похоть и ничего больше. Просто старую добрую похоть. В которую бросаются,
Откуда она знала, что может свести его с ума, проведя кончиками пальцев по его бедру? Как она узнала, что его глаза, словно изумруды, сверкают горячим и ярким светом, снедаемым желанием к ней? Она видела слезы в его глазах. Она слышала его хриплый от страсти голос. Рейчел тряхнула головой, чтобы очистить мысли от странных воспоминаний. Не её воспоминаний... И, тем не менее, её.
— Признаюсь, у тебя более чем соблазнительный вид, и он меня отвлекает, но я не в той форме, чтобы чувствовать себя сексуальной, Рио, — это была наглая ложь. Рейчел никогда, за всю свою жизнь не чувствовала себя сексуальной. Тяжело вздохнув, она сказала:
— Меня пробирает ужас, когда я думаю о том, что с тобой может что-то случится. А я не в той физической форме, чтобы прийти к тебе на помощь.
Рио мог только стоять и молча смотреть на неё. Её признание делало его беспомощным и уязвимым. О нём никто и никогда не беспокоился. Никого не заботило, добрался ли он до своего дома в позднюю ночь. Он всегда думал, что умрёт в бою, и не сомневался, что скорбеть о нём будет не более чем горстка людей и то только потому, что потеряли меткого стрелка. Рейчел смотрела на него глазами, в которых сиял мир. Дар. Бесценный дар. Рио был уверен, что она этого даже не сознавала.
— Прости, я не хотел пугать тебя, — пробормотал он и закрыл дверь, отгородившись от ночи, от свободы. — Мне нужно было обдумать кое-что. И я решил пробежаться.
— Хорошо, но пока тебя не было, у нас был недолгий дружественный визит твоего соседа-леопарда. К счастью, он вёл себя прилично, поэтому я не стала в него стрелять. Заметь, я рассказываю с юмором и пытаюсь храбриться, когда могла бы закатить классическую истерику. Хотя я и обдумывала этот вариант с истерией.
Он почувствовал, как на его лице расплывается улыбка. Сначала она запорхала в животе, затем стала распространяться по всему телу, наконец достигнув рта.
— Я ценю твою жертву. Не знаю, что бы я делал с истерикой. скорее всего, это то, с чем я не смог бы справится.
— Я сильно сомневаюсь, что есть что-то, с чем ты не смог бы справится. Разве я разочаровывала тебя раньше? Это из-за этого ты не мог уснуть?
Как обычно, после своих ночных прогулок, Рио прошёл к чану с водой; он ступал бесшумно, мышцы плавно перекатывались под кожей. Он зажёг свечу, зная, что Рейчел нравился её аромат. Пламя замерцало, и на стене заплясали тени.
— Я долго думал о твоих словах, о том, что я ещё не готов рассказать тебе о себе. Вероятно, ты была права. Мне нравится, как ты смотришь на меня. На меня никто и никогда так не смотрел. Трудно даже себе представить, что я никогда больше не почувствую на себе твой взгляд снова, потому что ты уже не будешь смотреть на меня так после того, как я расскажу тебе кто и что я есть в действительности.