Дикая слива
Шрифт:
— Почему я должен им лгать?
— Потому что лучше прийти в другой раз. В этом доме много денег, но хозяин прячет их в тайнике. Я постараюсь разузнать, где этот тайник, и скажу тебе. Выберу удобное время, и ты позовешь своих приятелей. Господин часто уезжает по торговым делам и берет с собой сына.
С улицы раздался нетерпеливый свист, и Юн встрепенулся. С чего бы ему отдавал власть в ее руки и позволять руководить ситуацией!
— Почему я должен верить твоим словам?!
Она посмотрела ему в глаза и произнесла фразу, которая прозвучала
— Потому что я ждала тебя, и ты пришел.
Не зная, играет ли она с ним или говорит серьезно, он окончательно растерялся.
— Тебе нужны деньги?
— Мне нужна свобода от этого человека. От такой жизни.
— Кто ты хозяину?
— Наложница. Игрушка. Вещь.
Хотя в родной деревне Юн насмотрелся на то, в каких условиях и под каким гнетом живут женщины, он никогда не подозревал, что в их голове могут таиться мысли о другой доле.
Он колебался, и, видя это, девушка сказала:
— Если ты не уйдешь, я закричу так громко, что сбежится вся улица. Выбирай.
Юн уже понял, что проиграл, что ему придется подчиниться, и все же не хотел оставаться в долгу:
— Допустим, я соглашусь тебе помочь. Что в таком случае достанется мне?
Она положила нежную белую руку себе на грудь и ответила голосом, от которого по телу Юна пробежали мурашки:
— Все, что захочешь.
Он судорожно сглотнул.
— Как я узнаю, когда мне приходить?
— В ограде напротив моего окна есть трещина в стене. Я воткну туда ветку сливы. В следующую полночь ты должен быть здесь.
Юн не помнил, как очутился на улице. Он что-то плел Лю Бану и другим поджидавшим его мужчинам про охрану, про то, что его едва не схватили. Видя, что юноша не в себе, главарь шайки покачал головой. Вместе с тем он хорошо знал Юна в деле, и у него не было причин ему не верить.
Порой Небо посылает знамения и знаки, которые стоит принять во внимание. Возможно, мальчишке что-то почудилось, но он мог почувствовать и реальную опасность. В любом случае, если что-то не чисто, лучше уйти.
Когда следующим утром Юн проснулся на своей циновке, в первый миг ему показалось, что оранжево-красный свет восходящего солнца прогнал призраки ночи. Но уже в следующую секунду он понял, что с этого дня ничто и никогда уже не будет прежним.
Глава 2
— Когда я вывешу над дверью лук с тремя стрелами и красный платок в знак рождения моего первого внука, тогда я смогу сказать, что не напрасно прожил жизнь, — сказал Юйтан, глядя на ярко расписанную, покрытую лаком семейную колыбель с медными кольцами и сыромятными ремнями.
В те годы, когда Юйтан появился на свет, маньчжуры еще кочевали, и его мать возила колыбель с собой на широком ремне, перебросив его через плечо. Юйтан знал, что Сарнай родила нескольких детей, но выжил только он. Она должна была его понимать, как никто другой, однако всегда говорила не то, что он ожидал услышать.
— Тебе не кажется, что с Кианом что-то не так?
Юйтан поднял
— Почему?
— Он ни с кем не спит. Это странно для человека его положения и возраста. Люди болтают, что твой сын еще девственник.
— Я отрежу им языки!
Сарнай прищурилась и растянула губы в усмешке.
— Если будет за что.
— Одна женщина, — с усталым вздохом, промолвил Юйтан, — у него все же была. Когда он бродил по Кантону, не помня себя, то, познакомился с девушкой и совершил с ней обряд.
— С безродной?! Ее следовало уничтожить!
— Я собирался это сделать, но меня опередил князь Арвай. Однако Киан утверждал, что любит ее. Думаю, причина его поведения кроется именно в этом.
— У твоего сына низменные пристрастия и узкие интересы. Объясни ему, в чем состоит его долг.
— Скажу после того, как подберу подходящую невесту.
Сарнай усмехнулась.
— Ты бываешь удивительно недальновидным, Юйтан. Не надо искать в округе. Вы с Кианом должны поехать в Пекин.
— Вы рассчитываете на интерес кого-то из столичного дворянства? — с сомнением произнес князь.
— Смотри выше. Так высоко, как только сможешь.
— Не хотите ли вы сказать, что я смогу женить сына на дочери императора?!
Сарнай надменно вздернула подбородок.
— Почему нет, если это будет дочь, рожденная одной из наложниц не самого высшего ранга? Я смогу смириться с тем, что ты признал своим наследником сына от китаянки только тогда, когда узнаю, что в жилах моих внуков течет кровь сына Неба!
Перед тем, как отправиться к сыну, Юйтан долго, обдумывал сказанное матерью. Рано овдовевшая и единолично занимавшаяся воспитанием сына, Сарнай была деспотична по натуре и не переносила, когда кто-то пытался оспаривать ее мнение. Но она была умна, и ее советы редко бывали неверными.
Киан отличался привлекательной внешностью, со вкусом одевался и обладал изысканными манерами, имел довольно большой по своему возрасту чин в знаменных войсках. Доходы княжеской семьи были достаточно велики для того, чтобы вести жизнь на широкую ногу и окружить супругу наследника должной роскошью. Однако Киану явно чего-то не хватало: сердечного огня, желания жить. Не сочтет ли прозорливый император такого претендента на руку одной из своих дочерей мрачным и вялым?
Однако время шло, и наконец Юйтан решился на откровенный разговор.
Он нашел Киана в его комнате за излюбленным занятием: сын вглядывался в узоры письмен. Юйтан знал, что, подобно древним мудрецам, сын был свято уверен в магической силе любой надписи. Больше всего ему нравилось выписывать иероглифы, означающие бессмертие. А на стену он повесил картину с изображением двух белых журавлей.
Юйтан, предпочитавший сидению за книгами скачку на горячем коне, звон тетивы и дробный стук копыт — звукам цитры, а запахи дождя и ветра — ароматам благовоний, в очередной раз удивился. Если б он знал о том, кто Киан на самом деле, то поразился бы еще больше.