Дикая роза
Шрифт:
Дульсина нахмурилась.
— Если ты женишься — то на богатой.
— В самом деле, на что ты думаешь жить? — поддержала сестру Кандида.
— На то, что буду зарабатывать. Дульсина пренебрежительно рассмеялась.
— Ты думаешь, окончив университет, ты станешь зарабатывать миллионы? Смешно! Тебе придется проститься с той жизнью, которой ты жил до сих пор благодаря нам. Мы даем тебе все! Но так будет не всегда. Содержать твою жену и детей мы не собираемся.
— Ладно, с меня хватит! — Рикардо
— Ну перестаньте ссориться.
Другой рукой она потянулась к руке Дульсины.
— Разве нельзя договориться по-хорошему?
— В самом деле, — сказала Дульсина. — Единственное, о чем мы просим, это быть с нами за ужином в пятницу.
— Не знаю…
— Ну уж в этом ты нам не должен отказывать!
— Не подкладывай нам свинью, Рикардо.
— Мы ждем тебя за столом в пятницу вечером. Пробурчав что-то неразборчивое, Рикардо вышел.
— Вот увидишь, в пятницу он оставит нас с носом, — после долгой паузы произнесла Кандида.
— Не думаю.
— Когда ты выбросишь этот осколок зеркала, Розита? — спросила Томаса.
— А во что смотреться будем?
— Разбитые зеркала — к несчастью.
Розита вертелась перед большим темным куском разбитого зеркала, разглядывая платье.
— Ну как я тебе?
— Не знаю, что и сказать. Не узко?
— Вот напасть… А что делать, другого-то нет.
— Не надевай его сегодня. Я его немного расставлю. Сними.
— Ни за что! Я никогда так хорошо не выглядела.
— Туфли-то надень.
— Без надобности. Они старые. Лучше босиком.
— Вот это да! Помыться, надеть новое платье и — босиком!
— Твоя правда. Надо снова к Линде идти. За туфлями. Она сама предлагала. Я мигом!
Роза выбежала из дома и налетела на Каридад, несшую таз с грязной водой. Вода выплеснулась на Розино платье. Каридад засмеялась.
— Прости, Розита.
— Да ты меня всю измочила!
— Я не нарочно.
— Не нарочно! А то я не знаю! Хватит ржать-то!
— Подумаешь, водой на нее в кои-то веки плеснули. Когда она всегда свинья свиньей ходит!
Последнее свое утверждение Каридад высказала уже явно для публики, начавшей собираться на скандал и в основном состоящей из ребятишек. Однако Каридад, совсем было готовая к бою, вдруг потеряла бдительность, потому что увидела нечто совершенно невероятное: Роза плакала! Да-да, из ее глаз катились настоящие слезы, и это было так необыкновенно, что Каридад прозевала первый и сразу же решивший исход сражения Розин выпад. Роза поймала ее за волосы и принялась таскать вокруг себя под одобрительные вопли мальчишек.
— Отцепите ее! Отцепите эту дикарку! — вопила Каридад.
— Держи ее крепче, Розита, наподдай ей как следует, — вопили мальчишки.
Неизвестно,
Когда Томаса увидела Розу, она ахнула:
— Розита! Ты что, в лужу упала?!..
— С Каридад сцепилась…
Роза всхлипнула и откровенно зарыдала, гладя на себе замызганное новое платье.
— Погляди, как она меня!.. Я с ней по-хорошему, а она!.. Видел бы Рикардо, какая я снова свинья…
Томаса обняла ее.
— Никто тебя не исправит, — качала она головой.
— Р-р-рикар-р-до! — вопил попугай, глядя на безутешную Розу.
Рохелио иногда тянуло нарушить свое одиночество. «Нельзя так распускаться», — говорил он себе. И сегодня он начал с того, что вышел позавтракать вместе со всеми.
Войдя в столовую, он прежде всего поймал на себе взгляды служанок: удивленный — Леопольдины и любопытный — Селии.
Рикардо за столом еще не было. Сестры непринужденно приветствовали его.
— Какая приятная неожиданность, — воскликнула Дульсина. Кандида тут же стала проявлять заботу о Рохелио, не доверяя это ни Леопольдине, ни тем более Селии.
Застольная беседа ни о чем длилась не слишком долго. Рикардо, которого уж и не ждали, вошел более решительным шагом, чем обычно входят, чтобы просто позавтракать, и попросил служанок на некоторое время покинуть столовую.
— Мне надо поговорить с сестрами, — объяснил он в ответ на недоуменный взгляд Леопольдины.
Служанки вышли.
— До чего все-таки похожи друг на друга молодые сеньоры, даже жуть берет, — сказала Селия Леопольдине.
Та оскорбленно молчала… Этот молодой сеньор Рикардо упорно не желает понимать того, что Леопольдина давно уже все равно, что член семьи Линаресов: так давно она у них живет и так верно им служит!
Дульсина миролюбиво посмотрела на Рикардо.
— Ты все еще сердишься на наш вчерашний разговор? А я уж и забыла о нем.
И тут Рикардо заставил всех присутствующих окаменеть.
— Я ни на кого не сержусь. Я просто пришел потребовать причитающуюся мне часть отцовского наследства. Дело в том, что я не собираюсь больше жить здесь. Я хочу покинуть этот дом. И как можно скорее.
…Рохелио первым вышел из столовой, тяжело опираясь на костыли. Ему не хотелось возвращаться в свою комнату. Бредя через залу, он выглянул в окно. Сад был прекрасен в это утро. Все: и листья, и трава, и цветы — пронизано было солнечным светом. Птицы перебивали одна другую.
Рохелио захотелось растянуться в траве. Он взял книгу, спустился в сад и, подумав, остановился в уютном местечке около бассейна, где так любил плавать, когда был здоров.