Дикая роза гор

Камерон Кристина

Ветку положили у входа, на всякий случай. Внутри было темно и пахло сыростью и чем-то затхлым.

– Я могу покараулить, – сказала Ребекка.

– Я с тебя глаз не спущу, – покачал головой Эдвард и посмотрел на друга. – Натан, посторожи ты.

– Ладно, я спрячусь внутри у входа. Там меня будет трудно заметить. – Он настороженно оглядел стену замка.

Эдвард начал спускаться в пещеру. Приземление его сопровождалось громким «У-уф!» – он шлепнулся на землю. Быстро вскочив на ноги, он махнул рукой Ребекке.

Она

попыталась спуститься самостоятельно, но неуклюже свалилась прямо в объятия Эдварда. Он с удовольствием прижал ее к себе и со вкусом поцеловал в губы, прошептав: «Упрямица!»

Сверху послышался голос Натана:

– Эй, поторопитесь, а то я великоват, чтобы долго оставаться незамеченным.

Они отошли в сторону, и Натан соскользнул в проход. Вскоре в темноте туннеля исчезли Ребекка и Эдвард, а Натан притаился недалеко от входа.

– Ну как, Ребекка, это тебе ничего не напоминает? Хочешь идти первой? Помнится, ты отлично чувствовала себя в потайном ходе, – ехидно заметил Эдвард.

– Шагай, не задерживайся! – Ребекка толкнула его в плечо и тут же ухватилась за его рубашку.

Он шел и удивлялся: как это получается, что клан его предал, замок захвачен, а настроение у него отличное?

– Ты для меня словно крепкое вино, девочка, – произнес он ласково. – Держись крепче. Скоро мы будем там, где они прячут мою сестру.

Дышать в подземелье было тяжело, но они быстро шли вперед и скоро увидели в коридоре каменную дверь. Взяв меч, Эдвард постучал им по камню, выбивая какой-то особый ритм, потом приложил ухо к двери, прислушиваясь. Ответа не было. Он снова постучал.

– Стоит ли поднимать шум? Нас ведь могут обнаружить! – Ребекка схватила Эдварда за руку.

Он отмахнулся от нее и вдруг услышал слабый отклик. Он вновь приложил ухо к двери.

– Она сообщает, что находится через несколько дверей от нас. Надо спешить, ей очень плохо.

Эдвард быстро зашагал дальше. Ребекка, вцепившись в его рубашку, шла за ним.

– Это должно быть здесь. – Он ощупал ладонями грубый камень стены. Тьма была кромешная. «Нет, не она. Неужели я проскочил мимо? – Он торопливо ощупывал стену. – А-а! Вот, нашел».

Он взял руку Ребекки и приложил к стене ее ладонь.

– Чувствуешь здесь трещинку? Я отодвинусь, а ты мечом попробуй ее расширить. Только смотри не порежься... и меня не порежь. – Эдвард услышал лязг вынимаемого из ножен меча и осторожно отодвинулся в сторону.

Они стали вдвоем прочищать трещинку, и скрежет скребущего по камню металла холодил их спины.

– Какой жуткий шум. А вдруг стража нас услышит? – прошептала Ребекка, прислушиваясь.

Эдвард замер. И вдруг в тишине раздался четкий 102 ритм ответного стука.

– Она говорит, что пока все в порядке. Продолжаем. Стражники стоят не в темницах, а в коридоре. Ведь предполагается, что выйти отсюда невозможно. Кстати, дверь открывается внутрь.

Нам придется ее отжать. Ну-ка воткни свой меч сюда. – Он вновь отстучал какой-то сигнал по двери, и ответ последовал мгновенно. Прижав меч к щели, он прошептал:

– Давай!

Дверь не шелохнулась.

– Упрямая, как все женщины, – проворчал Эдвард, с силой налегая на меч.

Ребекка тоже нажала на дверь, та скрипнула, чуть отошла и вновь застряла.

– Несговорчивая, как все мужчины, – не удержалась она от колкости.

Еще усилие – и дверь с громким скрежетом отворилась. Тусклый свет темницы ударил по глазам. Мэйделин стояла, прислонившись к стене, на лице ее застыла гримаса боли. Ребекка бросилась к ней, и девушка без сил рухнула ей на руки.

Эдвард с ужасом смотрел на сестру. Она дрожала, одежда, пропитанная кровью, висела клочьями. Из горла ее вырывался прерывистый стон, тонкий, как жалобный крик зверька. Ребекка осторожно положила ее на пол и тут же зажала ладонью рот Эдварду, видя, что он готов разразиться бранью. Он свирепо оттолкнул ее.

– Тихо, Эдвард, успокойся. Сестре твоей не будет лучше, если нас здесь найдут. Тихо. – Ребекка погладила его по лбу, расправляя гневные складки. – Крепись, мой храбрый воин.

Когда Эдвард смог наконец заговорить, голос его прозвучал хрипло и яростно.

– Я убью того, кто с ней это сделал!

Ребекка сжала его руку, но он оттолкнул ее, глядя на сестру.

– Если ты не поможешь, я сама вынесу ее отсюда. – Прозвучавшая в ее голосе решимость остудила его гнев.

Он подхватил сестру на руки и вышел из темницы. По щекам его текли слезы. Ребекка сняла со стены горящий факел и последовала за ним. Потом она обогнала его и пошла впереди, освещая дорогу.

– Она горит огнем, – испуганно прошептала Ребекка, потрогав лоб Мэйделин. – Не бойся, Мэйделин, мы унесем тебя отсюда, – улыбнулась она сестре Эдварда.

Девушка чуть заметно кивнула в ответ.

– Эдвард, заверни ее в плед.

Он раскатал на полу тартан и укутал в него сестру. Затем, осторожно взяв ее на руки, последовал за Ребеккой. Он с трудом сдерживал рыдания.

– Ты сможешь ей помочь? – робко спросил он, страшась за жизнь сестры. Он никогда не простит себе, если она умрет.

– Да, помогу. Сара научила меня всему, что знает сама. Я видела такое и раньше. Здесь, в лесу, есть деревья, кора которых нам пригодится.

Голос Натаниэля, приветствовавший их, прозвучал для них как волшебная музыка.

– Я сыт по горло этим унылым подземельем, – проворчал он.

Факела им едва хватило на обратный путь. Но ночная тьма, встретившая Ребекку на поверхности, показалась ей уютной, как пуховое одеяло. Замок теперь утратил сказочность роскошного гобелена и выглядел зловеще и грозно. Натан помог Эдварду поднять наверх Мэйделин, после чего тоже вылез из подземелья.