Дикая роза гор
Шрифт:
Мой разум затуманила грусть от потери друга, нет, брата, убитого на моей земле. Гордость мешала мне объясниться. Я был глубоко оскорблен тем, что вы сочли меня способным на такое позорное преступление.
Эти последние слова Маккея были обращены к Эдварду. Ребекка видела, что Эдвард все понял правильно. Он встал рядом с ним и присоединил свой голос к его доводам.
– Вся эта история попахивает интригой Руперта Керкгарда. Кто знает, возможно, в смерти нашего вождя виновен его клан? И сделано это было,
– Мне такое объяснение кажется весьма разумным, – раздался из толпы голос Натаниэля.
Мужчины закивали, соглашаясь с ним.
Собрание было прервано прибытием семей воинов, верных Макклири. Ребекка помогла им построить фургоны в круг.
Вечером все уселись у костров. Но у Ребекки было тяжело на сердце: ее угнетала тревога за жизнь матери. Она сидела у огня, что-то жевала и думала, как хорошо было бы с несколькими отважными воинами отправиться на спасение леди Маккей... Но шансы попасть во владения Руперта и благополучно покинуть их на этот раз были ничтожны.
– Даже не помышляй об этом! – шепнул Эдвард.
– Читаешь мои мысли? – Звонкий смех Ребекки раздался в тишине.
Лицо его сделалось серьезным.
– Ребекка, давай будем заниматься спасением твоей матери вместе. Не пытайся проделать это в одиночку.
– Ты что, собираешься привязать меня к семейному фургону? Отказываешь мне в праве быть полезной?
– Нет... Хотя, если ты желаешь быть мне полезной, я могу кое-что предложить тебе прямо этой ночью.
Ребекка смущенно зарделась, а Сара наградила его негодующим взглядом. Покосившись на отца, Ребекка обнаружила, что тот увлечен беседой с каким-то воином.
– Прости меня, Сара, но я в своем праве: я спас ей жизнь. Разве не так? – Эдвард хитро улыбнулся.
– Берегись, Эдвард! – предостерегла его Ребекка. – Гнев Сары может сравниться только с твоим.
Он хмыкнул и обнял за плечи служанку. Удивленная Ребекка смотрела, как глаза верной Сары лукаво заискрились, и она тоже обняла Эдварда.
– Ребекка права, Эдвард. Ты действительно олух здоровенный. – Сара улыбнулась ему приторно-сладкой улыбкой.
– Ах, Сара, я так люблю твой старомодный выговор, – ответил Эдвард, раскатисто выговаривая «р».
Взяв Ребекку за руку, Эдвард повернулся к Маккею.
– Пожалуйста, извините нас. Я скоро возвращу ее целой и невредимой.
Ее отец нахмурился, но потом согласно кивнул. Ребекке и гадать было незачем, о чем будет говорить в их отсутствие Сара с ее отцом.
А Эдвард потянул ее в лес.
– Эдвард, в чем дело?..
– В этом!..
Он приник к ее губам, и сладкая истома разлилась по ее телу, от губ до самых глубин. Одна рука его легла ей на спину, другая на ягодицы и прижала ее к нему плотно-плотно. Ребекка пылко ответила на поцелуй, упиваясь божественным наслаждением.
Внезапно
– Я тебя навсегда возненавижу, если ты не позволишь мне помогать тебе! Пропади пропадом всякие опасности! Я не стану сидеть дома как мокрая курица и киснуть от скуки.
Он крепко сжал одной рукой обе ее ладони. Глаза его насмешливо сверкнули. Она тщетно пыталась освободиться.
– Не смей обращаться со мной как с ребенком!
– Не стану, если ты перестанешь вести себя как ребенок... Я с большим удовольствием буду обращаться с тобой как с женщиной.
Эдвард сдвинул ее рукав к плечу и, отстранившись, протянул к ней свою руку.
– Закатай мой рукав... Давай!
Ребекка сдвинула его рукав вверх. Он приложил свою руку к ее руке. Даже в тусклом свете сумерек их контраст был очевиден. Рука Эдварда бугрилась мощными мышцами. Ее рука, изящная и сильная, выглядела в сравнении с ней тонким прутиком.
– То, что я проиграю в силе, я выиграю в смекалке, – обиженно пробурчала Ребекка.
– Нам понадобится нечто большее, нежели просто сила или смекалка. В бою необходим опыт. Ты полагаешь, что молодых воинов моего клана, принимающих участие в первой или второй битве, ставят в первые ряды рядом с вождем? Сначала они должны заработать это право – если доживут.
– Я смогу это сделать.
– Нет, не сможешь. К тому же твою жизнь я не доверю даже самым опытным воинам.
– Но если я вступлю в бой, мне некогда будет думать о том, жив ты или нет. – Ребекка опустила рукав и повернулась, чтобы уйти.
– Не уходи от меня. Мы еще не закончили разговор. – Эдвард поймал ее за руку и вновь притянул к себе.
Ребекка посмотрела ему в глаза и увидела в них любовь.
– Прежде чем ты опять разозлишься, я успею сказать, что хотел: я мечтаю видеть тебя рядом с собой. Мы будем вместе драться в этом бою. Но клянусь, это в последний раз! – Эдвард погладил ее по голове теплой широкой ладонью.
– Прости, что я не поняла твоих намерений. – Ребекка обняла его за шею и крепко поцеловала в губы.
Эдвард игриво зарычал и осторожно уложил ее на мягкие сосновые иглы. Когда его тело прижало ее к земле, она завозилась, но рта от его губ не оторвала.
Внезапно его тело взметнулось вверх, будто сорванное с нее могучим шквалом. Вскочив на ноги, он выхватил меч, но Ребекка, увидев над собой разъяренное лицо отца, быстро вмешалась:
– Отец, на мне «пояс верности». Мы просто... забавлялись... Безобидно.
– Забавлялись?! Ты можешь забавляться, когда твоя мать сидит в темнице, – Маккей перевел взгляд на Эдварда, – а твой клан восстал против тебя?!