Дикарь и простушка
Шрифт:
— Иисусе, да они никак настоящие?! — удивился он, отстранив ее, чтобы коснуться пальцем мокрой щеки. — И вы собирались поплакать втайне? Не на людях? Я поражен!
— Оставьте меня… в покое, — выдавила она. Но Рэйфел, к собственному удивлению, вдруг неловко привлек ее к себе. Офелия уткнулась носом в его плечо. Ко всем многочисленным недостаткам лорда Лока относилась и постыдная слабость к женским слезам… разумеется, искренним. Ничего не поделаешь — таким уж он уродился, наверняка позже пожалеет о своем порыве.
Рэйфел мысленно выругал себя, но хрупкое
Глава 51
Просто невероятно, как быстро встал Невилл со смертного одра, после того как узнал о коротком визите Мейвис Ньюболт! Он даже самостоятельно спустился вниз, чтобы официально объявить о решении молодых людей повторно разорвать помолвку — на этот раз по взаимному согласию. Затем он выпроводил из дома оставшихся гостей, правда, сделал это крайне вежливо и, можно сказать, дипломатично, но с большим удовольствием. К вечеру Саммерс-Глейд почти опустел, если не считать незваного и нежеланного родственничка из Шотландии, который отказывался уехать, пока Дункан не найдет другую невесту.
Вечером именно он сидел в столовой напротив Невилла. Оба пили кларет в ожидании, пока Дункан присоединится к ним. Теперь, когда опасность больше не грозила их любимому внуку и Офелия Рид благополучно удалилась, временное перемирие перед лицом общего врага было нарушено. Покончив со взаимными поздравлениями по тому радостному поводу, что Мейвис Ньюболт все-таки оказалась порядочной девушкой. Невилл и Арчибальд вновь вернулись к тому, с чего начали, — стали препираться относительно того, как поскорее заставить Дункана жениться.
— Придется ему ехать в Лондон, — объявил Невилл, не видя иного выхода.
— О, небо! — простонал Арчи. — Я слышал, в вашем Лондоне живет сам дьявол!
— Что за вздор вы несете! Уверен, Лондон ничем не отличается от вашего Эдинбурга!
— Можно подумать, вы бывали в Эдинбурге! — усмехнулся Арчи.
— А вы — в Лондоне, — огрызнулся Невилл. — Интересно когда?
Арчи, который не терпел, когда его ставят на место столь бесцеремонным образом, проворчал:
— Все равно большой город не годится для нашего мальчика. Уж лучше снова собрать невест на смотрины. Что тут плохого? И Дункан останется при нас.
— Этот дом не выдержит второго нашествия стольких девиц, — твердо сказал Невилл, который просто не терпел посторонних, бесцеремонно сующих нос в каждую щель. — Лондонский сезон в самом разгаре. Можно легко попасть на все значительные балы и приемы — едва Дункан покажется в обществе, его забросают приглашениями.
— Но там невесть сколько девушек, — возразил Арчибальд. — Как парень сумеет выбрать…
— Арчибальд, мы это обсуждали уже не раз. Лондон — именно то место, куда съезжаются все лучшие молодые девушки. Настоящий брачный рынок. Немало
— Поедете сами?
Невилл содрогнулся при одной мысли о поездке в столицу.
— Нет, собственно говоря, я хотел просить об этом молодого Лока, который сдружился с Дунканом. Пусть представит его нужным людям.
Услышав последнюю фразу, Дункан, который как раз входил в столовую, сухо отрезал:
— Позвольте мне самому просить моих друзей об одолжениях, если это, конечно, понадобится. И умоляю, перестаньте обращаться со мной как с младенцем, который сам не в состоянии и шага сделать. Я, конечно, считаю Рэйфа своим другом, но что от него требуется?
— Ввести тебя в лондонский свет. Дункан, собиравшийся сесть, замер и окинул деда возмущенным взглядом:
— Зачем это, спрашивается? Арчи твердил, будто Лондон — преисподняя, куда ни один человек в здравом уме не захочет попасть.
Арчи смущенно кашлянул:
— Ну, парень, может, так и есть, но Невилл уверен, что это самое подходящее место, чтобы найти себе женушку.
Невилл вопросительно выгнул бровь, не понимая, с чего это Арчи вздумал с ним соглашаться, но тот предпочел проигнорировать немой вопрос:
— Нам немного не повезло в первый раз, но теперь все получится, вот увидишь.
— В таком случае можете не волноваться, — отозвался Дункан. — Я уже нашел свою судьбу, если она, конечно, согласится принять предложение такого непутевого жениха.
— Кто это?! — воскликнул Арчи.
Невилл, уже поняв, о ком идет речь, и ничуть этим не удивленный, хотя и не обрадованный, прикрыл глаза рукой и растерянно пробормотал:
— Но у нее нет титула. Ты мог бы метить куда выше!
— Кто это? — повторил Арчи, негодующе уставясь на Невилла. Маркиз заранее знал, но не сказал ему!
Невилл не заметил его разъяренного взгляда, поскольку еще не отнял ладони от глаз. Но Дункан ответил за него:
— То есть как «кто»? Сабрина Ламберт, конечно. На этот раз пришла очередь Арчи поднять мохнатые брови:
— Ты рехнулся, парень! Она твой друг! На друзьях не женятся. И ни к чему связывать себя, если боишься, что потеряешь ее дружбу!
— Как бы я ни хотел видеть тебя женатым, — вторил Невилл, — прошу: не принимай такие важные решения сгоряча.
Дункан, ничуть не обидевшись, усмехнулся:
— Почему вы не верите, что я могу питать к ней более пылкие чувства?
— Чушь! — вскипел Арчи. — Ты не раз заверял нас в обратном! Не помнишь? И она даже не хорошенькая! Не стоит понимать дружбу столь превратно!
— Арчи, душа у нее редкой красоты, неужели не видишь? Тебя ослепила внешность Офелии, а в сравнении с ней любая женщина меркнет. Но я не очарован Офелией, поэтому нахожу Сабрину самой прелестной девушкой в мире. Я считаю ее самим совершенством.
— У нее немало хороших качеств, — согласился Невилл, — но как быть со скандалом, связанным с именем Ламбертов, о котором никогда не забудут!