Дикарь для недотроги

Сафина Анна

– Прекращай строить из себя дурочку! – процедил, толкая меня к выходу. – Я вызову сейчас охрану, и тебя с позором выкинут на улицу, не усложняй и уходи сама, пока я готов решить всё мирно.

– Ты больной, – поразилась, насколько он не видит дальше своего носа.

– Ты сама нарвалась, – схватил меня за локоть и потащил на виду у всех.

– Отпусти, ты, идиота кусок! – упиралась, но не могла перебороть его физическое превосходство.

Какой стыд, все пялились на это представление с живейшим интересом.

– Что здесь происходит? –

раздалось грозное сзади нас, но Игорь как обычно не смотрел по сторонам.

– Паша, выкини ее на улицу, шлялась тут без пропуска, как вы ее вообще пропустили, – а парень, к которому тот обращался, таращился поверх его головы испуганными глазами.

– Ты че, оглох? Или работы лишиться хочешь? Так я организую, ты меня знаешь, – прошипел вдруг мой муженек, я аж открыла рот в дичайшем удивлении, с чего это он тут так распоряжается.

– Кого это ты тут работы лишать собрался, щенок? – второй раз не может быть совпадением, так что я со стоном посмотрела на Игната Севиева, он же металлургический магнат, завидный жених страны. Для многих женщин идеал, только не для меня. И угораздило же именно мне попасть под колеса его машины.

– Ты и любовника своего сюда притащила, шлюха? – мужнино лицо исказилось, и он выплюнул: – Этого тоже гони взашей, Паша, и дубинки не жалей.

– Да, Паша, дубинки не жалей, – ехидно повторил Игнат.

Никто не сдвинулся с места, и только тут Игорь начал понимать, что что-то не так, и не он хозяин положения.

Открылись створки лифта, и оттуда вышла давешняя секретарша с каким-то лысым дядькой.

– Константин Олегович, – просиял мой благоверный, – хорошо, что вы здесь.

– Что случилось? – осторожно спросил мужик, почтительно здороваясь. – Игнат Шахайдарович, всё же решили вернуться? Рад, рад.

Рад он точно не был, но держал хорошую мину при плохой игре.

– Что происходит? – растерялся Игорь, даже отпустив мою ладонь.

– О, раз уж такое дело, – хищно улыбнулся лысый, – дочь мою знаете, Ниночка, красавица моя, так что позвольте представить вам Игоря Саныча, моего заместителя. Он моя вторая рука, можно сказать, скажу по секрету, мой будущий зять.

– Зять? – шокированно уставилась на кольцо, красующееся на безымянном пальце блондинки.

***

Игнат

– С нашей последней встречи ты успел развестись? – иронично усмехнулся Игнат. – Не думал, что ЗАГС так оперативно работает, похвально, похвально.

– Так вы знакомы? – растерялся Константин Олегович, чье имя я частенько слышала дома.

– Весьма шапочно, – оскалился мужчина, и улыбка его словно предупреждала «не подходи – убьет».

– Игорь развелся три месяца назад, – отмахнулся будущий тесть. – Вы, наверное, давно знакомы, вы-то, считай, полгода как уехали, вот аккурат после вашего отъезда я и нанял его, парень толковый, вы не подумайте, не по-семейному продвигаю, а за благо нашей организации радею.

– Мы познакомились вчера, – мимика лица главного среди

главных, как я поняла из разговора, не была агрессивной, но в воздухе витало что-то тревожное, ощущение беды, но никто этого не замечал.

– А, – вдруг осекся Константин и посмотрел на дочь, которая потупила глаза, но метала при этом в меня молнии.

– Счастливой семейной жизни, – не выдержала и пожелала счастья молодым, голосом моим можно было отравлять даже самое сладкое вино.

– Ниночка моя – девочка верная, – подхватил лысый смену темы и похлопал ручку своей дочери, – не то что бывшая твоя, верно, Игорь?

– Юля, – предупреждающе схватил меня за локоть благоверный, неожиданно заткнувший свой рот. Такой подставы он явно не ожидал.

– Да что-то свидетельство о разводе, дорогой, найти никак не могу, – подняла голову, мне-то как раз стыдиться нечего, – судьба, видно, такая – увидеться нам сегодня тут, много чего нового узнала о себе.

– Потом поговорим, – поджал свои лживые губы, став похожим на пожилого шарпея.

– Почему же потом? – отец блондинки весь вспотел, ощущая липкий пот, такой позор на весь офис. – Объясни мне, что происходит, Игорь, здесь и сейчас.

– Мы разведемся в ближайшие дни, Константин Олегович, – не стал лукавить, на что Игнат скрестил руки на груди.

И этот контраст между мужем, который лебезил перед начальством, и мужчиной, который ни перед кем не склонял головы, был таким разительным, что я поняла, как глупо все эти годы жила мечтами: что муж повзрослеет, перестанет огрызаться и раскидывать по дому носки; что прекратит жаловаться на начальство, которое его, такого талантливого, недостаточно ценит.

– Папа, – пергидрольная, не влезающая до этого в разговор, потянула отца за рукав и визгливо сказала, – разве это важно? Просто бюрократия, дело двух-трех дней.

– Разбирайтесь со своим подчиненным сами, – особо подчеркнул последнее слово Севиев, – мне нужно ввести свою помощницу в курс дела. Юлия Максимовна, как вы уже поняли, это директор АО «Трансмаш», наша основная дочка.

Лицо муженька просто перекосило, то ли от того, что мужик, который наезжал на него накануне, оказался выше по должности, то ли от того, что я, которую он обзывал «клушей», буду теперь мозолить ему глаза.

Верзила, не давая никому опомниться, незаметно для других поманил меня пальцем, и я, желая испариться, с облегчением последовала за ним. Даже оборачиваться не стала.

– Какое интересное совпадение, – как только двери лифта закрылись, мужчина приблизился вплотную и навис надо мной, – мне нравится твой образ пошлой училки, красота.

– Это не так, – попыталась плотнее запахнуть блузу, но ткань натянулась на груди и не желала сходиться.

Властные пальцы сжали мой сосок, и, к стыду своему, я потекла. Оттолкнула чужую руку и состроила строгое выражение лица.

– Что вы себе позволяете! Мы же договорились, что я работаю на вас и со временем смогу выплатить долг, – таков был наш уговор.