Дикарь для недотроги
Шрифт:
– Куда собралась, красота? – сильные руки подхватывают за талию и кидают на плечо.
Получив смачный шлепок по попе, шиплю и вырываюсь.
– Домой, – цежу сквозь зубы, а самой хочется плакать, – к мужу хочу.
Ни капли не соврала. Но не говорить же, что не по любви большой, а скорее из чувства мести – выгнать его, растоптать так же, как он меня.
– Ц, ц, ц, – огорченно покачал головой, – мы так не договаривались, у нас еще шесть дней, так что готовь свою щелку, топтать тебя буду.
– Отпусти, гад! – и впилась зубами в его
– Еще раз так сделаешь, раскупорю вторую дырку.
Зайдя со мной на плече в дом, кинул на диван и стянул с себя майку, оголяя накачанный торс. Свет от камина падал на его тело, освещая наиболее рельефные части. Я отползла подальше и зажмурилась, не в силах смотреть на творящийся произвол. Или скорее разврат, уж с какой стороны посмотреть.
– А теперь оголяйся, красота, – звякнула бляшка от ремня, – на этот раз по-взрослому воспитывать тебя будем.
– Вы не посмеете меня бить, – открыла глаза и от страха спрыгнула с дивана, спрятавшись за спинкой.
– Тебе на пользу пойдет, – сложил кожаный ремень вдвое и показательно шлепнул о ладонь.
От щелчка я вздрогнула и сглотнула, впиваясь дрожащими пальцами в шершавую обивку дивана.
– Не пойдет, – просто повторила за ним, от страха не смогла придумать ничего иного.
– Считаю до трех, если не подойдешь добровольно, будет больнее, – по опасному блеску в глазах поняла, не шутит. – Раз!
Знала, что в замкнутом пространстве комнаты мне от него не скрыться, но оттягивала неизбежное как могла.
– Два! – он стоял как истукан, закрывая своей спиной единственное спасение – выход.
– Три! – на этом я заметалась, выискивая что потяжелее.
Только схватила незаметную до этого кочергу, как ее молниеносным ударом выбило из моей руки. Не успев отреагировать, как за долю секунды очутилась на диване. Голова моя свешивалась вниз, а тело чувствовало жар мужчины под собой.
Зафиксировал мои руки-ноги так, что я и с места сдвинуться не могла. И на меня накатила волна такой удушающей паники, что я замолчала, не в силах закричать.
– А ты плохая, непослушная девочка, да? – огромной ладонью сжал мои ягодицы, прошелся по расщелине сквозь ткань и рвано выдохнул.
Игнат
Эта девчонка заводила меня с полустона. Одна задница ее чего стоит. А своим побегом она разбудила во мне охотника, давно я с таким азартом не добивался секса. Сбежала, а теперь лежит покорно у меня на коленях, животом касаясь моего каменного стояка. Чертова кошка блудливая, сама себя обманывает, а глаза так и шарят жадно по моему обнаженному торсу. Оголяю ее попку и рычу, когда вижу молочные половинки ягодиц. Засадил бы тут же, но наказать за побег просто обязан, чтобы неповадно было больше так рисковать. Дура, она и есть дура, поперлась в лес, где ее задрал бы первый попавшийся волк. Правильно говорят, у бабы нет мозгов, одна извилина,
– За каждую провинность следует наказание, красота, – провел ремнем по нежной коже и положил на диван, обойдемся на этот раз ладонью.
Шлепок – и на ее попке появляется алый отпечаток моей пятерни. А в ответ тишина, хотя ожидал, что девчонка заверещит или вздрогнет. Шлепнул второй раз мощно, с оттягом, но контролируя силу. Красота даже не дернулась, не взбрыкнула, что меня совсем не порадовало. Провел пальцами по сухим складочкам и разочарованно хмыкнул, надеялся, что эта прелюдия возбудит ее.
– Не нравится? – хмыкнул, массируя бугорок между нежных лепестков.
– Скотина! – рассерженно прошипела и взъерепенилась, задев мой член.
Я застонал, боец мой был в полной боевой готовности, дай только волю растерзать девчонку. Уложить бы ее на лопатки и подмять своим мощным телом, вбиваясь до самых яиц, да ловить губами ее сладкие стоны.
– Тихо, красивая, тихо, – положил ладонь на напряженную спину, – я научу тебя еще получать удовольствие от наших игр.
– Чертов извращенец! – просипела, устав от сопротивления и не понимая, как своими ерзаниями пробуждает во мне похотливого зверя. – Никогда я не захочу такого дикаря, как ты!
– А это уже похоже на вызов, – между девичьих сомкнутых ножек стало влажно, и я с наслаждением погрузил туда палец.
Поглаживая мокрые стеночки, ощущал ее напряжение. Видел, как пальцы на ее руках вцепились в обивку дивана, слышал, как участилось ее дыхание, но к ее чести, ни звука она не произнесла. Гордая, таких приятнее всего ломать.
– Течешь, как шлюха, – не знаю, почему провоцировал ее, но что-то внутри подстегнуло раздраконить невольную любовницу и отыметь уже по-взрослому, жестко, не жалея, да так, чтобы выбить весь ее боевой запал.
Добавил второй палец и услышал, как она застонала и резко прикусила губу. Ускорился, резво вминая пальцы в ее лоно, усиливая и свои ощущения. Силы мои были на исходе, из ушей от бешеного желания валил пар, так что перевернул девушку, пока она не опомнилась, широко развел ее стройные ноги и пристроился между бедер.
– Сбежать хотела? – запрокинул ей голову и поцеловал, властно сминая полные губы, пусть знает, кто теперь хозяин ее промежности. Потер головкой между складочек, обмазывая влагой, и слегка задвинул свою дубину между ее губок.
– Ах, – одним слитным движением засадил свой каменный член в ее потаенное местечко, выбив-таки из нее полувздох-полустон. Прикрыл на минуту глаза и сразу взял бешеный темп.
Это был чистейший кайф. Смотреть, как краснело ее лицо, закатывались от удовольствия глаза – это зрелище только распаляло мое желание еще больше. Повинуясь мужскому инстинкту, зло целовал женскую шею, оставляя красные отметины, прикусывал ореолы груди и пальцами жадно мял пышные бедра. Да так сильно, что точно останутся синяки. И всё равно никак не мог насытиться, хотелось более грязного секса.