Дежавю
Шрифт:
Она жива!
– Здравствуйте, меня зовут Керри Мильтон, – я выдержал паузу в надежде, что…
– Кто, простите? Мы знакомы?
…что она меня не узнает.
– Простите, ошибся номером.
Я нажимаю отбой.
Мы ещё не знакомы и не
Ветер сегодня на редкость холодный. Сырые листья скользят под ногами, дождь бьёт в лицо.
Я стою возле надгробия и по десятому разу читаю всё ту же надпись:
Питер Кларк
1962–2018.
Поднимаюсь на второй этаж малоквартирного дома, звоню, жду знакомые шаги, мне открывают дверь.
Пивная отрыжка, помятое, но живое лицо.
– О, привет, заходи!
Я смеюсь громким смехом, наверху открываются двери.
Тони смотрит на меня пьяным взглядом и не может ничего понять.
На улице уже стемнело. Я долго не решался приехать, а теперь вот просто стою возле знакомого дома, который и не был моим.
Он почти не изменился с тех пор, только оброс палисадником и парой новых елей.
Может, теперь там жила не она?
Я не мог сдвинуться с места.
В который раз садился в машину и опять выходил из неё.
Через час из ворот вышла Виктория.
Она уже собралась уезжать, нажав на брелок от машины, я окликнул, она обернулась.
Виктория прищурилась, будто вспоминая. Я
– Керри, – она ускорила шаг, я бежал к ней навстречу, – а я и не узнала тебя!
Мы стоим напротив друг друга, ветер с моросью хлещет в лицо. У неё всё тот же запах и голос такой же родной.
Я протягиваю руку, чтобы пожать. Она пожимает в ответ, я чувствую её пальцы, их тепло и уют. Она пахнет садом и домом, тем, который я потерял.
– Ты что здесь… По работе? – недоумённо смотрит она.
– Нет, проезжал тут мимо.
– Понятно…
Мы оба молчим.
– Не забудь, завтра опять планёрка, Хендерсон всех достанет.
– Да к чёрту планёрку.
– Ну, до завтра, – она хочет уйти.
– Как дети? Как муж? – не выдерживаю я.
– Ты же знаешь, что мы разошлись? Да и какие дети? – она смотрит на меня удивлённо.
Точно, они же расстались и детей у них нет.
– Ты меня с кем-то путаешь, Керри.
– С кем-то путаю, – согласился я.
Я молчал, и она молчала. Я смотрел в её голубые глаза с рыжим ободком по краям, как будто солнце в них растворялось. Те же глаза были у Роско. Как он похож на неё. Я и не верил, что его больше нет.
Если бы ты знала, какие прекрасные у нас дети… Как они на тебя похожи.
Я набираюсь мужества, чтобы сказать. Сейчас скажу, сейчас…
– Может, поужинаем сегодня?