Девятый
Шрифт:
Япет приближался. Мы замедлялись, лавируя в гравитационном поле спутника и выходя на экваториальную орбиту. Сверкающее полушарие разрослось на полнеба, поплыло над нами, промелькнула извилистая граница между ведущим и ведомым полушарием, и белизна исчезла — мы понеслись над угольно-черной поверхностью. Переход был резким, будто в значке Инь и Ян.
— Великий предел… — прошептал Боря с неожиданным трепетом. — Слушай, Свят… а это ведь не случайно, да?
— Что? — сказал я, глядя на уплывающую белую сторону.
— Ну смотри, ведь это
Боря — он знает больше меня, потому что всё помнит.
— Добро и зло, — подхватил я.
— Нет, что ты! В Инь и Ян нет добра и зла, одно не существует без другого. Всё меняется и дополняет друг друга. Нет ничего окончательного, застывшего, нет конца и нет победы.
— Но есть случайности, — сказал я. — Поэтому мир и живой… Ты хочешь сказать, Япет таким сделан?
— Ну нет, конечно, — смутился Боря. — Но его выбрали для встречи. Как символ.
Пульт пискнул и на главном экране появились точки. Восемь отметок.
— Идентифицированы истребители твариков, — сообщил искин. — Падших не наблюдаю. Идентифицированы семь истребителей и тяжелый заградитель. Следуют по стабильной орбите, активности не проявляют. Фиксирую радарное облучение.
Ну вот и началось.
Вонючки пришли на встречу, как и обещал Харгунт.
— Привет! — звонко прозвучал в эфире мой голос. — Я Святослав Морозов! Прилетел на встречу со своими друзьями!
Хелен явно наслаждалась радиоигрой. Искин переделывал её голос в реальном времени и если вонючки не совсем уж параноики, то подмены они не заметят. Но вот что они собираются делать?
Истребители вонючек оставались на орбите. Мы ждали.
— Я Харгунт Муг’ур, — раздался голос переводчика. — Рад слышат Святослав Морозов! Мы чэстно говорым. Дам точку посадкы. Я с тобой. Одын корабл сопровождает. Хорошо?
— Хорошо! — откликнулась Хелен моим голосом. — Меня сопровождает «Оса». Все ждут на орбите.
— Удачи, ребята, — вклинился Джей. — Мы рядом.
На карте Япета загорелась точка — на пересечении экватора и границы светлой и тёмной зоны, между областью Кассини и землей Ронсенваля.
«Пчела» Хелен отработала на торможение и начала спуск. Искин выстроил её траекторию — она садилась на следующем витке.
— Надеюсь, там есть ровная площадка, — пробормотал я, пошевелил руками, разворачивая «Осу». — Не хочу садиться вертикально.
Истребитель мог сесть и так, тем более в крайне слабом притяжении Япета и при полном отсутствии атмосферы. И всё же не хотелось завалиться в какой-нибудь мелкий кратер или трещину во льду.
— Мне кажется, я что-то понимаю, — тихо сказал Боря. — Дурацкие детские мозги! Они плохо думают, всё время отвлекаюсь!
Я вёл «Осу» вслед за Хелен. Наши «пчёлы» и истребители вонючек остались на орбите, лишь один истребитель и тяжелый заградитель начали спуск к точке встречи.
— Нет, это не подстава, —
— То есть? — я наклонил «осу» и увеличил тягу. Поверхность Япета была уже в десятке километров под нами, чёрная траурная равнина.
— Мы не добро и зло, понимаешь? Но мы не можем смешаться. Мы боремся. Не доверяй им!
— Я и не доверяю, — я даже обиделся на такой совет. — Выслушаю Харгунта. Потом всё обсудим.
— Времени обсуждать не будет, — сказал Боря. — Вот поверь. Они что-то придумали, и мы недостающий компонент.
— А мы не придумали, да?
— Свят, неандертальцы были креативнее, чем кроманьонцы. Мы аутсайдеры эволюции, понимаешь? Только чудом стали главенствующим видом. Если бы не их гены в наших телах — так и бродили бы по лесам и полям, ковыряя землю палкой и охотясь. У них уже есть какой-то план, понимаешь? А мы послушно ему следуем!
— Посмотрим ещё, кто кого перехитрит, — сказал я.
Боря замолчал. Потом вздохнул:
— Взрослый… Ты стал самоуверенным взрослым! А я слишком маленький, чтобы тебя переспорить.
— Подрастёшь — поймёшь, что взрослым быть хорошо, — сказал я.
Боря не ответил. А я всё прижимал и прижимал «Осу» к поверхности, пока искин не начал тревожно сигналить об опасном сближении. Впереди неслась «Пчела» Хелен. Притяжение Януса такое слабенькое, что, по сути, мы всё ещё находились на устойчивой орбите. Чуть выше за нами шёл истребитель вонючек под эскортом заградителя.
— Боря, ты пойми, вонючки не используют воскрешения, — объяснил я. — И с враньём у них плохо. Пусть они умнее, но и мы кое-что умеем.
Он фыркнул и явно хотел что-то ответить.
Но в этот момент датчик «осы» издал до боли знакомый звук.
— Бом-бом, бом-бом-бом.
Ну вот, приехали.
— Что происходит, Харгунт! — крикнула Хелен моим голосом. — Вы предали нас?
— Нэт-нэт-нэт! — мгновенно отозвался переводчик вонючек. — Нэт плана! Нэт!
— Свят, Хелен, — донесся голос Эриха. — Фиксируем появление падшего, опознан как престол Соннелон. Возник из пустоты в сотне тысяч километров к Сатурну, движется к Япету… скорость около пятидесяти километров в секунду, мгновенно разогнался от нуля! Действуем по плану «ди».
— Надо говорыт! — выкрикнул Харгунт. — Надо!
Я поймал взгляд Бори.
План «дэ» — вся группа прикрывает нас, а мы пытаемся уйти. По большому счёту — спасаем Борю.
— План «би», — сказал я.
И включил общий канал.
— Харгунт, садись. Я сяду рядом. Скажи своим, пусть прикрывают нас, пока мы говорим. Скажи, пусть работают вместе с нашим эскортом. Ты готов?
Чтобы сесть нам надо ещё две-три минуты. Пусть три. Ещё несколько минут, чтобы выбраться из «осы». Соннелону, если он способен мгновенно погасить скорость и не будет бить издали, нужно примерно полчаса, чтобы добраться до Япета.