Девятое зеркало
Шрифт:
– Я могу написать Дериону послание?
Ашарес с изумлением на меня покосился.
– Только если мой хозяин одобрит.
Тон бессмертного был красноречив – даже думать об этом не стоит.
Говорить Ашаресу о том, что я планирую побег глупо. Бессмертный в полной власти хозяина гор и, кажется, боится его и благоговеет перед ним, точно перед богом.
– Сегодня я еще увижу Акара?
– Повелитель никогда не ставит меня в известность, куда пойдет. Он лишь отдает указания, и я стараюсь их выполнить. После ужина он распорядился
К моему удивлению, Акар не появился вечером, и даже не пришел в мои покои поздно ночью. Наверное, мне стоило ценить его терпение. Но как бы я ни радовалась, меня терзала тревога.
Ашарес заночевал под дверью моей комнаты, словно преданный пес. Но предан он, конечно, не мне.
В полночь я проснулась из-за боя часов и со страхом наблюдала, как сгущаются тени в углах спальни. Я свернулась клубочком на постели и задрожала. Со мной больше не было рэйкона, и я чувствовала себя слабой и одинокой. Секунду всерьез думала о том, чтобы броситься с горы, прямиком в снежную пургу и разбиться о камни. Сердце сжималось от тоски… Я упрямо вертелась в кровати, а потом спустила босые ступни на теплый пол, накинула плащ прямо на рубаху и пошла к дверям.
Вокруг слишком много мрака, даже свет луны кажется пропитанным им, тусклым.
Толкаю дверь и выхожу, понимая, что Ашареса нет за дверью. Это кажется мне настоящей удачей.
Не думая ни секунды, бросаюсь к открытому саду на вершине горы. Несколько раз мне попадаются дозорные – каменные чудища – я быстро юркаю в тени колон, а затем снова бегу к серебряным воротам, которые оказываются заперты. Я врезаюсь в них, дергаю за прутья, пытаюсь пролезть сквозь них, дергаю снова.
Стоит поблагодарить бессмертного за экскурсию по дворцу, ведь теперь я смогу вспомнить, как вернуться в тронный зал к зеркалу, через которое мы с Акаром сюда попали.
Я выглядываю за поворот, но резко прячусь обратно в тень колон, потому что по коридору маршируют каменные великаны. Раздается незнакомый мужской голос:
– Приказано убивать всякую живность, у которой течет кровь по венам и есть сердце, – этот голос мертв также, как и у Ашареса, и я могу судить, что это очередной бессмертный раб Акара.
– Души за грядой волнуются, – отвечает другой голос, мягкий и мелодичный, судя по всему, принадлежащий выходцу из Меясы. – Их очень много. Я доложил об этом повелителю, но он медлит, а ведь карта почти составлена. Там, уверен, есть расщелина или… что-то другое.
– Молчи, – сурово обрывает первый.
Воины останавливаются напротив того места, где я прячусь, а отряд каменных монстров, скрипя механизмами, движется дальше.
– Пустошь – это ведь не просто неизведанная территория за грядой, верно? Это будто…
– Будто? – сдавленным голосом вопрошает бессмертный драгманец. – Будто другое королевство?
– Да, – выдыхает его собеседник с облегчением, поэтому что не он сам высказал это предположение. – Ты тоже видел это? Каменная долина… Теперь
– Считаешь? – страх и напряжение в каждом слове. – Будто каждые десять лет проход открывается не только для избранных воинов, но и для всех мертвецов. С тех пор, как исчезли боги, души будто не могут найти покой.
– И, тем не менее, мы должны держать их за грядой. Повелитель делал это тысячи лет.
Шаги стихли в конце коридора, и я прикрыла веки, чувствуя себя в безопасности. Но ненадолго. Едва я вспомнила, о чем говорили бессмертные, меня охватил ужас.
Тангор и Эмора оставили нас очень давно. Они бросили свои создания на произвол судьбы, не заботясь о душах тех, кто погибал.
Мне нужно быстрее убираться из Железного дворца, но, прежде, прихватить Светоч.
Я медленно вышла из своего укрытия.
Направо или налево? А, может, прямо и вниз по винтовой лестнице? Какого демона все коридоры здесь так похожи друг на друга?
Конечно, я должна была запомнить каждый поворот, но, увы, не запомнила. При свете дня они выглядели иначе!
Позади меня раздались шаги, и я поняла, что бежать поздно – попалась. Досадно.
Оборачиваюсь – безмолвная черная фигура выступает под свет, и я закусываю губу.
Прежде, чем сообразить, как все плохо, лепечу несвязно:
– Хотелось подышать свежим воздухом… вот, гуляю тут, – пожимаю плечами: – Не спится.
На ходу Акар снимает перчатки и наручи. Все это шлепается на пол, разбрызгивая вокруг алые капли. Он весь в крови и каких-то ошметках, даже длинные черные волосы. От него пахнет сталью и смертью.
Он даже шаг не замедляет, и я начинаю пятиться. Врезаюсь спиной в стену, и из меня вышибает дух.
Акар криво усмехается, глядя на мою рубашку, показавшуюся в разрезе плаща.
– Как ты оказалась здесь одна?
– Просто вышла из комнаты.
– Где Ашарес?
– Не знаю.
Я замечаю, что он тяжело дышит.
– Акар, ты ранен? – чувство тревоги придает мне некой смелости, я отрываюсь от стены и подхожу к нему. – Это твоя кровь?
– Меня почти невозможно ранить.
– Ты что… – и сглатываю. – Убил кого-то?
Будто это так невероятно.
Акар выглядит как воин, чья жизнь неотделима от войны. И смерти.
– Ты пыталась сбежать? – даже не вопрос, а, скорее, констатация факта.
– Ну, вроде.
– И как ты думала сделать это, глупая?
– Ну, выйти через зеркало, - делаю печальный вдох.
– И что?
– Заблудилась, - еще один печальный вдох. – Вот.
И вместо злости, Акар вдруг смеется. И его низкий, вибрирующий и такой приятный смех эхом звучит в каменных стенах коридора.
– Нужно было свернуть раньше. Направо.
– О, благодарю. В следующий раз я так и сделаю. А вообще, все эти руины, Акар, ужасно одинаковые.
– Руины? Ты разбиваешь мне сердце, Тея. Это мой дом.