Девятое зеркало
Шрифт:
Глава 11
Железный дворец был наполнен мраком даже днем. Робкие солнечные лучи проникали внутрь и тотчас растворялись, ползли светлой дымкой по стенам, мерцали на поверхности воды в огромном гулком гроте. Эхо здесь было звонким и тревожным, точно плач ребенка.
Несколько природных каменных бассейнов, наполненных горячей вулканической водой, и прохладное подземное озеро, теплые каменные лежаки, ступени вытесанные в скале, широкое вырубленное в камне окно, открывающее вид на бесконечное снежное
Я вошла в воду, погрузилась в один из бассейнов, не сдерживая стон блаженства. Горячая вода мигом расслабила каждую мышцу, потянула в сон.
Рэйкон был на удивление спокоен. Не взирая на то, что он обрел силу, он просто наблюдал за происходящим, предпочитая не вмешиваться.
У меня, наконец, выдалось время подумать. Каким даром он наделил меня? Этот вопрос все еще оставался без ответа. И был ли этот дар вообще?
Согревшись вдоволь, я насладилась минутами уединения, которые предоставил мне Акар.
Я постоянно твердила себе, что на поиски Светоча у меня есть целых три дня, а после я должна сбежать из дворца.
Надев чулки и штаны, грубую серую рубаху и жилет из овчины, я завязала мокрые волосы узлом и вернулась в покои, которые отвел для меня хозяин гор. Предполагаю, это была спальня самой Эморы, потому что апартаменты были украшены былой позолотой, мрамором, тяжелой черной парчой и зеркалами. Постель, усыпанная подушками – теплая, как объятия любимого – была украшена черными лентами балдахина.
Я взобралась на нее, скрестила ноги и медленно разглядывала все вокруг. Одна из дверей вела в будуар с круглым кованным столиком, другая – в гардеробную комнату, заполоненную мрачными манекенами, облаченными в одежды Эморы. Такой роскошной одежды я не видела ни у одной благородной дамы. Даже у жены архитектора Энталя, Агнес, а ведь она была первой модницей Молберна.
По периметру пьедестала, на котором стояла кровать, располагались желоба для огня – наверное, когда работала Кузница, они пылали пламенем Борогана.
Огромные железные чеканные двери дрогнули и отворились, пропуская внутрь мужчину, который нес в руках черный плащ, отороченный мехом.
Я перестала дышать, наблюдая, как он идет к моей постели, а затем боязливо замирает и опускается на колени.
– Приветствую, госпожа, – незнакомец, который, определенно, не был Акаром, склонился, касаясь лбом пола в знак глубочайшего уважения.
Темноволосый, сероглазый, смуглый и совершенно юный – он, похоже, был из Драгмы.
– О, боги! – задохнулась я от изумления и соскочила с кровати. – Проходи, пожалуйста!
Он поднялся и подошел ко мне, предлагая на вытянутых руках принесенный плащ.
– Ты – драгманец! – возликовала я. – Как твое имя?
– Ашарес, великая госпожа гор, – произнес он с покорностью, которую сложно ожидать от жителя Драгмы.
Наконец, он поднял голову, и я увидела
– Простите, не хотел пугать вас, – прошептал он, снова склоняясь в поклоне, – прошу принять этот дар от хозяина гор, – и он снова протянул плащ, – он согреет вас в любые морозы.
Глядя на чудовищный шрам на его лице, я прошептала раздавлено:
– Это от меча Акара…
– Я остался жив, приняв бессмертие от моего хозяина.
– Он тебе не хозяин!
Ашарес склонил голову ниже.
– Прошу вас, примите его дар, – простонал он, теряя голос от страха. – Умоляю.
Я схватила плащ, начиная ненавидеть Акара чуточку сильнее. Если это, вообще, возможно.
– Почему Акар сам не пришел?
– Волки, великая госпожа, – пояснил драгманец. – Волки в горах. А я здесь, чтобы показать вам дворец, если вам угодно.
– Волки?
– Лесной король не оставляет попыток вызволить вас отсюда.
Значит, Дерион не смирился. Не знаю, радует это меня или наоборот.
– Сколько ты уже находишься в Зазеркалье, Ашарес?
– Сотни лет.
Сильный некогда воин, драгманец, теперь вынужден преклоняться перед жестоким духом, пленившим его. Нет, в сотый раз убеждаюсь, у Акара действительно нет сердца!
– Хорошо, – прошептала я сквозь стиснутые зубы. – Я буду рада, если ты покажешь мне дворец.
Это, в конце концов, поможет мне сбежать отсюда.
Я все-таки накинула плащ, подаренный Акаром. Скорее, это была мантия, длинная и теплая, расшитая по подолу серебряной нитью.
– Я здесь тоже пленница?
– Нет, великая госпожа, – произнес Ашарес. – Вы – избранница моего хозяина, и я буду служить вам так же, как служу ему.
– Приму только твою дружбу. Мне служба ни к чему, я не аристократка. Я из Меясы, как ты мог догадаться. Со мной сюда прибыл драгманец по имени Ха-шиир, сын эдигора Драгмы.
Ашарес слушал внимательно и подавленно, будто каждое произнесенное мною слово о Драгме отзывалось болью в его сердце.
– Все там… в моем прежнем доме, наверно, сильно изменилось, – тихо сказал он. – Я бы хотел поговорить с Ха-шииром хоть немного, прежде, чем он умрет.
Я резко остановилась, ощущая, как сознание наполняет паника, щемящее чувство потери, тревога.
– С чего ты взял, что он умрет?
Ашарес лишь склонил голову ниже, скрывая глаза за длинной челкой.
– Великая госпожа, – прошелестел его тихий печальный голос, – кто-то из вас должен погибнуть, иначе проклятие заберет обоих. Я знаю. Я и сам прошел через это. Но в свое время я был упрям и глуп. Я посчитал, что, победив соперника из Меясы, я смогу одолеть самого хозяина гор. Я безрассудно бросился с ним в схватку, и вот, что вышло, – уголок его губ дернулся, искажая пересеченное шрамом лицо. – Я истекал кровью, изрубленный его мечом и молил, чтобы он сохранил мне жизнь. И он сохранил. И вашу гибель он не допустит. Вы останетесь с ним навечно.