Девятая рота. Дембельский альбом
Шрифт:
— А хрен их знает! У этих духов даже камни дебильные.
— Думаю, кто-то сверху столкнул их, — предположил Бекбулатов. — Ну, задел кто-то по неосторожности. В горах бывает такое: стоит пнуть один маленький камушек на верхотуре, и он полетит вниз, а за собой тащит другие. Это как снежный ком. Так вот войны начинаются.
— Стойте, — приказал Лютый. Все остановились. — Ты говоришь, — спросил он, испытующе глядя в глаза Пиночету, — кто-то столкнул камни и вызвал камнепад?
— Скорее всего — да.
— Со стороны блок-поста?
— Точно, — подтвердил Бекбулатов.
— То есть, кто-то прошел
Десантники переглянулись. Похоже, никто не сомневался, что ответ может быть только один.
— Мужики, — встревоженно крикнул Лютаев. — А ну, бегом к нашим! Бегом! Бегом! Бегом!
Позабыв об осторожности, солдаты ринулись к блок-посту, до которого оставалось всего ничего, минут десять ходу.
Вот, наконец, и дорога. Шириной в два с половиной метра, она плавно огибала горные склоны и уходила западнее, на Кабул. Здесь располагался пост — деревянный вагончик, обложенный со всех сторон камнями и мешками с песком, образующими небольшой дворик. Пост чуть-чуть возвышался над дорогой и сзади был защищен крутым неприступным склоном. Грамотно оборудованные бойницы и окна для наблюдения. От самого вагончика — вниз — вела узкая тропинка.
Интересное дело: когда семеро десантников, пришедших сюда на смену, приблизились к блок-посту, никто их оттуда не окликнул. Даже матюгами не обложили, как это обычно бывает. Тихо кругом. Ни ветерка, ни лишнего звука.
— Они там что, обкурились анаши и спят, придурки? — высказался вслух Лютый.
— Или кишмишовкой опились, — предположил Джоконда.
— Может, им гранату бросить для смеху? — подал голос Воробей.
— Я тебе брошу! — пригрозил ему Лютаев. — Тоже мне, вояка нашелся. Пойдем, посмотрим, чего они там.
Осторожно приблизились к посту вплотную. Осторожно заглянули в бойницы.
— Вот блядь! — со стоном выдавил из себя Стас и медленно опустился на землю. — У-у-у! — завыл, раскачиваясь из стороны в сторону, скинул с себя каску и, как клещами, изо всех сил сжал голову ладонями. — Сволочи!
— Нет, пацаны! — не верил своим глазам Лютаев. — Как же это? — Он растерянно заглядывал в лицо каждому и все никак не мог взять в толк, как же такое могло произойти. — Что же это, пацаны?
— Суки! Суки! Суки! — Джоконда несколько раз изо всех сил вмазал кулаком в набитый песком мешок. — Животные! — заорал он хрипло.
Семеро десантников с опаской вошли за бруствер блок-поста. Ребят здесь было четверо. И все четверо буквально плавали в луже собственной крови. У сержанта — дырка во лбу. И глаза открыты. Наивные такие серые глаза. Второй солдат — без головы. Голова, откатившись, лежит рядом с термосом, в котором наряду доставляли еду. У третьего парня вспорот живот. Тонкие розово-желтые кишки вывалились наружу и — еще теплые — слегка дымились. Четвертый лежал на пороге вагончика, прошитый крест-накрест автоматной очередью. Он, наверное, выбежал сюда на шум, когда остальных ребят уже зарезали…
— Понятно, кто нам камушки сверху сбросил, — подал голос Джоконда. — Вырезали пост и отсюда сразу поднялись в горы.
— Ты все еще считаешь меня зверем? — Лютаев поднял на Джоконду злые глаза. — А эти — кто? — Он медленно обвел рукой горные склоны, куда ушли духи, прикончившие
3
Ночной клуб «Амальгама» больше напоминал неприступную крепость. Располагался он на самой окраине города в полуподвальном помещении, которое раньше, в доперестроечные времена, использовалось как склад крупного гастронома. Здесь, в огромных холодильниках и в огромных залах, походивших на бункеры противоатомной защиты, хранились всякие деликатесы вроде сырокопченой колбасы, красной и черной икры и осетровых туш.
Недоступные горожанам дефицитные продукты проводились по документам как реализованные в розничной продаже через этот самый гастроном. В реальности же они распределялись без лишнего шума между ответственными работниками партийного и государственного аппарата, какие-то объедки с барского стола доставались и мелкой сошке.
Невероятно, но факт: директора гастронома посадили на пятнадцать лет за хищение социалистической собственности в особо крупных размерах в 1985-м году. Об этом случае даже в телепередаче «Прожектор перестройки» по Центральному телевидению трубили. Наверное, кому-то чего-то там, наверху, типа колбасы не довесил.
А колоссальных размеров подвал, обеспеченный всеми мыслимыми и немыслимыми коммуникациями, включая автономное энергоснабжение, систему кондиционирования воздуха и телефонную подстанцию, присмотрели себе новые люди.
Приблизившись к подпольному клубу, Лютый первым делом поймал себя на мысли, что он мало вяжется с определением подпольный. Ну разве что под полом первого этажа административного здания находится.
Клепа, объясняя другу, где располагается «Амальгама», тысячу раз повторил, что место это очень опасное, потому что там творятся темные дела, короче говоря, криминал чистой воды. Не похоже что-то. Олег решил издали понаблюдать за клубом.
Неподалеку от бронированных дверей, ведущих в полуподвал, стоит штук двадцать роскошных иномарок — от «мерседеса» до «Ламборджини». Рядом с ними прохаживается охрана — широкоплечие стриженые бугаи с выпирающими из-под пиджаков кобурами и рациями в руках. Саму автостоянку заливает ярким светом десяток прожекторов. У входа то и дело появляются вызывающе одетые девицы и исчезают за дверями.
По периметру клуба расставлена охрана. Парни отслеживают обстановку, вычисляя случайных людей, забредших сюда по недоразумению. Таких жестко и бесцеремонно отгоняют прочь, иногда — применяя силу.
Вот подъехал милицейский патрульный УАЗ. Из него вышли двое сержантов. Они покурили, дождались, когда из клуба к ним выйдет кто-нибудь из начальства — это был седовласый мужчина в сером костюме. При его появлении охранники вытянулись по стойке смирно. Не трудно догадаться, что тип в сером пиджаке — начальник службы безопасности заведения. Он спокойно подошел к ментам, о чем-то поговорил с ними накоротке, после чего они мирно погрузились в свой УАЗ и укатили прочь.
Лютый решил, что пора войти внутрь и решительно направился ко входу. Над дверью он заметил маленький глазок видеокамеры наружного наблюдения. Значит, внутри сидит оператор, отслеживающий прибывающих в клуб гостей. Да, не по-детски все организовано, солидно и круто.