Девятая надежда
Шрифт:
Приземление вышло жестким. Все тело мигом вспыхнуло болью, и когда попыталась встать, поняла – сил у меня больше не осталось. А шаги за спиной зазвучали громче. Ближе.
Я резко перевернулась и встретилась с наемником лицом к лицу, если так можно сказать – маска все еще надежно скрывала его личность. И, надо признаться, битва с Тенью его сильно потрепала. Одежда местами порвалась, кожаных наручей совсем не осталось, а мокрые рукава блестели в скудном свете солнца, и с них капала кровь. Но даже раненый наемник крепко сжимал рукоять меча. Да так сильно, что даже под
Испытывая самый настоящий ужас, я принялась отползать и почувствовала под ладонью камень. Тут же метнула его в убийцу, но тот с поразительным проворством от него уклонился и продолжил приближаться. А когда до меня осталось не больше шага, он вдруг остановился.
Дернулся раз, два… Три! Но так и не сдвинулся с места и тогда посмотрел вниз. А я проследила за его взглядом и с удивлением обнаружила, что ступни убийцы по самую щиколотку заковал белый лед.
Глава 16
– Рензел? – прошептала я и резко втянула воздух, когда позади убийцы заметила движение возле кромки деревьев.
Это он… Принц. И сказать, что он был зол – это ничего не сказать. Рензел пребывал в самом настоящем бешенстве.
Его черные волосы растрепались, и влажная челка прилипла ко лбу. Глаза горели холодным, голубым огнем. Ярко-красные губы на фоне белого, точно снег, лица, растянулись в оскале. Тяжелое дыхание часто поднимало грудь и срывалось сквозь стиснутые зубы морозным облаком. Воротник черной рубахи сбился, оголяя столь же светлую ключицу, а рукава… Рукава покрылись тонкой паутинкой зимнего узора.
На кристаллы льда, что выбивались из-под земли и тянулись бугристой полосой от ног принца к ступням убийцы, с ладоней принца проливался водопад белого пара. И пока я скользила взглядом по блестящей реке холода, Рензел в три шага преодолел расстояние до убийцы. Поймал его за руку и пустил по ней сетку льда. Кулак наемника задрожал от холода, расслабился и выронил на землю третий кинжал, который я даже не заметила, когда он успел вытащить.
– Рензел! – воскликнула я, заметив, как убийца перехватил меч и попытался вонзить его в живот принца.
Рензел ловко отклонился от острия, сверкнувшего совсем близко, и оно не задело даже рубахи. Поймал вторую руку убийцы, заморозил ее и от всей души впечатал кулак в спрятанное за маской лицо наемника.
Удар вышел настолько мощным, что замерзший бинт на кулаке принца раскололся, точно стеклянный. А ледяные оковы в ногах убийцы раскрошились, и тот рухнул на землю.
С горящим от ярости взглядом Рензел опять к нему подошел и, приподняв за рубаху, снова замахнулся, а я закричала:
– Не убивайте его!
Окутанный паром кулак принца дрогнул.
– Не надо…
И почувствовала, как по спине поползли мурашки, когда принц на меня посмотрел. Он даже не сделал этого прямо. Только искоса глянул, не повернув головы, и опять впился взором в убийцу, но густота пара от его рук
Губы принца дрогнули, стоило пальцам наемника медленно сомкнуться на его запястье. И все-таки Рензел не удержался: влепил ему еще одну затрещину, только на этот раз слабее. Голова убийцы безвольно мотнулась, но сознания он не потерял, а замерзший воротник откололся и оголил его шею. Принц тут же за нее ухватился и зловеще прошептал:
– Молись богам… – он приблизился к лицу наемника. – Чтобы ты ожил. Потому что видят боги, – убийца захрипел, когда по его шее, скулам и щекам пополз ледяной узор, а глаза остекленели то ли от холода, то ли от ужаса. – Сегодня я себя хреново контролирую.
От ладоней принца опять повалил пар, спрятав от меня убийцу. Но когда дымка холода рассеялась и Рензел швырнул окоченевшее тело на землю, я больше не узнавала в наемнике живого человека. Отныне он походил на ледяную статую с широко распахнутыми глазами, и чувство опасности иссякло – перестало придавать мне сил. Накатила неимоверная усталость и потянула вниз, вынуждая меня обхватить себя руками и опуститься на колени.
– Цесса! – бросился ко мне принц.
Магия в его взгляде погасла. Рензел потянулся к моей щеке, но по его руке пробежалось синее пламя, и он тут же ее отдернул. Попытался спрятать за спиной, только я не позволила. Поймала его ладонь, чувствуя сухое тепло, хотя совсем недавно она замораживала и превращала в густой пар воздух. И с часто бьющимся сердцем перевернула тыльной стороной.
– Отчасти я не верила, что вы придете, – провела пальцами по сбитым костяшкам принца, но раны не были свежими. Они давно зарубцевались и почти зажили. – Отчасти я знала…
Осеклась, когда мой палец дрогнул и остановился на чистой, гладкой коже, где я всегда ожидала увидеть глубокие царапины от собственных ногтей. И вскинула взгляд на принца, с осторожностью наблюдавшего за моими действиями:
– Это не вы, – с жаром выдохнула я и почувствовала, как синее пламя лизнуло кончики пальцев.
Я мгновенно выпустила ладонь принца и прижала руки к груди. Скорее от испуга, нежели от боли. На самом деле, кроме тепла и легкого покалывания, я ничего не почувствовала, да и пламя быстро погасло. Но этого хватило, чтобы между мной и Рензелом опять возникло расстояние. А принц поджал губы, поднялся с земли и довольно-таки сдержанно заметил:
– Рад, что вы наконец-то это поняли, – он скользнул взглядом по моим обнаженным ногам, отчего я начала краснеть, и после недолгих раздумий все-таки предложил мне помощь подняться.
А вот я совсем не сомневалась и смело вложила в его руку свою ладонь, чем сильно удивила. Похоже, он до последнего не верил, что я решусь к нему прикоснуться. Думал, испугаюсь. Но, увы, ваше высочество, невозможно бояться того, кто дважды спас мою жизнь. Только жаль, что смелость не добавила мне сил. Из-за усталости ноги совсем перестали слушаться, и не успела я выпрямиться, как колени предательски подкосились.