Девять жизней
Шрифт:
Я бежала так, как никогда еще не бежала, чуяла так, как не подвластно чуять любому из ныне живущих на свете людей, я чувствовала каждую хвоинку на которую наступила, каждый бурый листик под своими ногами. А глаза...про глаза вообще отдельный разговор. Не смотря на темное время суток, видела я прекрасно. Каждый, торчащий из холодной земли, корень, каждую, случайно оказавшуюся перед лицом ветку, которую тут же ловко огибала. Пожалуйста, пусть это окажется не сном. А если и сном, то самым прекрасным в моей сухой жизни.
Мой разум постепенно затемнялся. Какие-то
Не знаю, сколько еще так бежала, ничему и никому не подвластна, пока на меня, внезапно, не свалилось что-то тяжелое с неба, придавив к земле. Я пыталась вырваться как только могла, но держали меня сильно. Я царапалась, кусалась, шипела, билась в истерике, но все равно пришлось смириться, что сегодняшнее приключение на этом и закончится. Я обмякла, полностью отдавшись земле, что меня держит. Перед глазами плясали разноцветные огоньки, сердце бешено колотилось, в боку закололо.
Чьи-то руки нежно прижали меня к себе, и я услышала такой знакомый и родной голос:
– Все хорошо, все хорошо, держись...
– Накао...
Его черные, будто бы дьявольские, крылья были раскрыты и слегка подрагивали. Сам он был горячий, словно июльское солнце. А еще от него пахло луговыми цветами, причем самыми что ни на есть сладкими. Я позволила себе утонуть в его объятиях и улыбнулась.
Защекотало те места, где когда-то покалывало. Превращение снова началось и через пару секунд я, кажется, вновь стала самой собой. Как же это скучно...но хотя бы безопасно для окружающих. И для меня. Но я бы с радостью побегала по лесу еще часика два.
– Глупая...зачем ты полезла? Я бы и сам с ним разобрался, - причитал синеокий, все сильнее прижимая меня к себе.
– Нет, - тихо отрезала я.
– Делаю только так...как считаю нужным и никаких...ко мне претензий.
Парень вздохнул. Конечно, после таких выкрутасов, всякая любовь может пойти на убыль. Но, может, в его случае все это не так-то просто окажется.
– А...какую сыворотку я выпила?
– спохватилась я.
– Для волка...слишком ловко бежала, для птицы...слишком низко летела.
– Кошачью, - избавил меня от догадок мой дорогой друг.
– Э...как? Помню, Камелия утверждала, что кошачья и лисья запрятаны...
– Они и были запрятаны. Просто ты их нашла ненароком.
Я большими глазами-чашками уставилась на парня.
– Да-да, - кивнул он.
– Нагоняй тебе устоят неплохой, можешь не сомневаться.
– Значит, повторяется история Юли.
– Она уже все тебе рассказала? Вот же болтливая девчонка.
– Эта девчонка старше тебя лет на сто, - хихикнула я.
– Не на сто, а на восемьдесят восемь, - поправил Накао.
– Мне двадцать два.
– Что?! Ты хоть в курсе на сколько меня старше?
Парень кивнул.
– А
– Восемнадцать.
– А...
– закатила глаза я.
– То-то я и вижу, что в нем юношеский дух плещется, а ты зануда старая.
– Эй!
– обиделся Накао.
– А вот за обзывательства и по заднице получить можно! И не старый я совсем...
– Зану-у-уда...
– А ну-ка поворачивайся!
Я засмеялась, вскочила, отошла на несколько шагов и приняла оборонительную стойку. Не ребенок же маленький, чтобы по мягкому месту получать. Да еще и от парня симпатичного. Тот тоже встал, убрал крылья и приготовился атаковать. Я игриво зашипела и выгнула спину как кошка, ведь теперь, хотя бы наполовину, я она и есть. Почему бы не перенять повадки?
Не успела среагировать. Накао кинулся на меня, и мы покатились по земле, устеленной мягкими листьями, хихикая и слегка покусывая друг друга. Потом я положила голову на его грудь, и мы с упоением глядели на молочно-белую россыпь звезд, которая была видна нам сквозь кроны высоких деревьев. Мне было так хорошо с ним, так спокойно. Мы молчали вместе. Не задавая глупых вопросов, не болтая о всякой ерунде...
Не знаю, что сказал бы Вельзевул, глядя на то, как его юная невеста развлекается в компании кого-то другого, а уж тем более ненавистного им Поднебесного, но мне сейчас было как-то все равно. Он плохо знал меня, я плохо знала его. Плохо знала? Да я вообще в первый раз его видела. И ничего я ему не должна. И, вообще, я пока даже не часть всего этого балагана. У меня даже клички нет.
– Эу, куку!
Чья-то большая перевернутая голова нависла надо мной, хлопая удивленными красными глазами. Сначала я просто смотрела на нее, потеряв дар речи. А потом поняла, что могу орать. И я заорала. Голова надо мной заорала тоже. Раздался глухой звук. Накао вздрогнул и резко обернулся. И я обернулась.
Позади меня на земле сидел ошарашенный парнишка лет семнадцати. Волосы иссиня-черного цвета смешно топорщились в разные стороны, красные глаза все так же с интересом меня рассматривали. Черная кожаная куртка, разодранные джинсы и пирсинг на брови придавали ему оттенок некой...шалапайности.
– Так и знал, что нарисуешься рано или поздно, - улыбнулся Накао.
– Где же ты, Ар, пропадал?
– Неотложные дела, - ответил он, так и не сводя с меня глаз. Удивительно, но его голос оказался настолько грубым и серьезным, что уж никак не совпадал с диковиной ребяческой внешностью.
– Запах кошачий. Но я не знаю...ее вот, - он тыкнул в мою сторону пальцем.
– Эй, не надо говорить так, будто меня тут нету, - насупилась я.
– Она только пару часов назад сыворотку выпила, - утолил любопытство молодого кота Накао.
– Хах! Неужели оракул додумалась расширить кошачий клан?
– усмехнулся парнишка.
– Долго же я от нее этого ждал.
– Это не оракул додумалась. Это я.
Арле прыснул.
– Ну, я рад! Слишком уж нас мало в особняке. Долбанные ограничения...
– Жить я буду не у вас, - поспешила добавить я.
– Почему?