Девять минут до взрыва

Соболев Сергей Викторович

Едва они сошли на перрон, как к ним подошел рослый, крепкого телосложения мужчина лет тридцати пяти, одетый в темные брюки, белую рубашку с коротким рукавом (пиджак он держал на сгибе локтя). Мужчина снял солнцезащитные очки и сунул их в нагрудный карман рубашки. Посмотрел сначала на парня, затем на девушку…

На его гладко выбритом, со следами загара лице появилась сдержанная улыбка.

– Я так понимаю, что вы те, кого я здесь встречаю. Вы – Дмитрий? А вы – Дарья?

Он протянул ладонь.

– Андрей Сергеевич. Можно просто – Андрей.

– Дмитрий, – мужчины обменялись рукопожатием. – Рад познакомиться, – сказал Краснов. – Много о

вас слышал, Андрей… Сергеевич. Когда Лена выходила замуж, я был еще совсем пацаном. Ну а потом… армия. И вот, наконец, удалось с вами познакомиться.

– Давай-ка, Дмитрий, на «ты»! – мужчина коротко приобнял Краснова, затем отстранился и посмотрел на девушку. – Дарья, вас я тоже рад видеть! Николаич по телефону такие вам дифирамбы пел… вы бы послушали!

На лице у Дарьи сквозь матовую, чуть смугловатую кожу пробился румянец…

– Золотые люди… ваши родственники! – она всхлипнула, потянулась в кармашек за носовым платочком. – Я им по гроб жизни обязана.

– А вот этого – слез – не надо! – встречавший мягко улыбнулся. – Все будет хорошо… так у наc принято говорить! Ну-с… Доехали, я так понимаю, нормально?

Он жестом показал, что они могут продолжить разговор на ходу – и все трое тут же направились к выходу с перрона.

– Да, все в порядке, – сказал Краснов. – Доехали без происшествий.

– На поезд в Воронеже садились?

– Нет. Николаич довез нас до станции Графская. Это километрах в сорока уже за Воронежом. Там мы и сели на поезд…

Выход из перрона, на который только что прибыл пассажирский состав, был частично перегорожен при помощи двух металлических барьеров. В этом месте, превращенном в узкое бутылочное горлышко, сейчас находились сразу четверо милиционеров, сотрудников местного ЛОВД. Проходу некоторых пассажиров они не препятствовали. Других же, руководствуясь какими-то своими соображениями, останавливали и просили предъявить документы либо показать содержимое их багажа.

Когда двое молодых людей и встретивший их на перроне мужчина оказались возле прохода между барьерами, один из сотрудников милиции, лениво козырнув, произнес:

– Ваши документики, граждане!

Мужчина достал из нагрудного кармана служебное удостоверение сотрудника ФСБ, развернул и сунул его под нос милиционеру.

– Эти двое молодых людей – со мной! – сказал Андрей Сергеевич.

Сотрудник ЛОВД поспешно козырнул и отступил в сторону, освобождая проход…

Они вышли на привокзальную площадь. Возле скромной «десятки» цвета металлик, припаркованной на Павелецкой, отирались двое: сотрудник милиции и какой-то мужик в тужурке «парковщика».

– Ваша «десятка», гражданин? – строго поинтересовался старшина милиции. – Па-ачему нарушаем?

Андрей Сергеевич молча достал служебную корочку, продемонстрировал – в развернутом виде – документ старшине.

Милиционер и парковщик буквально дематериализовались, исчезли с глаз в считанные мгновения.

– Садитесь в машину, ребята, – скомандовал Андрей Сергеевич. – Должен признаться, что у меня небольшой напряг со временем, – эта реплика уже предназначалась Краснову, который сел справа от него, в кресло пассажира. – Мне к десяти на службу! Я вас сейчас отвезу к нам на квартиру, в Балашиху! Лена вас уже ожидает там… А сам отправлюсь на работу… такова у нас «диспозиция» на настоящий момент.

– Андрей Сергеевич…

– Просто Андрей.

– Мне жаль, что мы оторвали вас…

– Не вас, а тебя. Во-вторых, все нормально, Дмитрий. У нас… там где я служу… сегодня штабное учение. В

другой день я бы отпросился без проблем. Пробуду на службе до вечера, а когда вернусь, обо всем подробно поговорим. А можем, если есть такое желание, и в дороге побеседовать. Николаич в телефонном разговоре сказал, что у вас имеются какие-то проблемы. Так вот, чтобы не терять времени даром… а ехать нам часа полтора, если не встанем в пробках… можете начать свой рассказ прямо сейчас.

Только закончив эту свою речь, Андрей Сергеевич завел движок и стал выруливать с паркинга.

– Андрей, тут вот какое дело, – Краснов прокашлял горло, после чего, обернувшись, посмотрел на делающие ему отчаянные знаки Дарью. – Счас, Дашка… Извините… извини, что я сразу не сказал! Мы в Балашиху пока не поедем…

– Не поедете? Почему? У вас какие-то другие планы?

Краснов на короткое время смешался. Рано-рано утром, еще в пути, часа за полтора до прибытия поезда на Павелецкий, Дарья упросила его дать ей мобильник – он взял в это путешествие свою трубку. Она хотела сделать кому-то из московских знакомых короткий звонок, предупредить о своем приезде. Краснов дал ей сотовый, но предупредил, чтобы она «не болтала лишнего» и что вариант, при котором ее кто-то будет встречать на Павелецком – совершенно не допустим. Ну и вот: она дозвонилась кому-то из своих знакомых, обменялась с ним несколькими эмоциональными фразами… на таджикском! А потом сказала Краснову, что договорилась с этим человеком о том, что ее будут ждать в условленном месте, начиная с половины седьмого утра…

– Нет… То есть – да… Короче, ситуация такова, Андрей. Дарья хочет… и настоятельно просит… чтобы ее отвезли в другое место.

– На Даниловский рынок! – подала реплику Дарья. – Это ведь недалеко отсюда, да?

– Даниловский рынок? – спокойно переспросил Адрей Сергеевич (кажется, он решил ничему не удивляться). – Минут десять-пятнадцать езды. К тому же, в нужном нам направлении.

Какое-то время в салоне царило полное молчание. Краснов чувствовал себя крайне неловко. Как-то некрасиво все складывается. Получается, что они водят за нос этого взрослого мужчину, работающего в очень серьезной организации. Муж Лены приехал их встретить на вокзал, хотя у него, как выясняется, своих дел выше горла. Если бы не он, то менты могли – и наверняка так и случилось бы – задержать Дарью, у которой нет при себе никаких документов. Это не вот чтоб было смертельно, но все равно его присутствие, его служебное удостоверение, помогло избежать многих ненужных хлопот и треволнений… Ну и вот. Теперь, едва успев познакомиться, молодые люди дали понять, что у них имеются какие-то свои планы. И что они не собираются ехать в Балашиху, где проживает семья этого мужчины, в том числе и его супруга Лена, двоюродная сестра Дмитрия Краснова… Во всяком случае, не сейчас, не нынешним утром.

– Андрей Сергеевич! – скороговоркой произнесла Дарья. – Я хочу вам сказать огромное-преогромное «спасибо»! И за то, что вы встретили нас на вокзале! И за вашу готовность помочь мне! Но… Понимаете… мне удалось дозвониться до одного… своего родственника! Дима мне дал телефон и я ему дозвонилась… наконец-то!

– Это он вас будет ждать возле Даниловского? А где именно, в каком месте?

– Не на самом рынке… Там, на Мытной, рядом с базаром есть жилой дом… я покажу!

– Добро, завезу, – все тем же спокойным тоном сказал Андрей Сергеевич. – А ты, Дмитрий? У тебя какие планы? Федор Николаевич говорил мне по телефону, что у тебя возникли какие-то серьезные проблемы…