Девять кругов рая
Шрифт:
– У меня коллега страдает лишним весом. Так он какое-то кольцо вшил в себя. Звенит теперь, проходя через рамки металлоискателей.
– Я слышала про такие операции. Но не прибегала ни к одной. Худела сама.
– Еще раз прими от меня комплимент. Выглядишь великолепно.
– Ты тоже. Такой мужественный…
– Не смущай меня, – хмыкнул Леша.
– После той елки мы ведь еще раз с тобой встретились, помнишь?
– Нет, извини.
– На автобусной остановке…
– Ах да, точно!
Назарову не терпелось поскорее
– Можно я задам тебе несколько вопросов? – решился-таки Леша.
– Да, конечно. Присаживайся.
Он опустился на стул. Лана тоже села. Но не в свое кресло, а на стол. Рядом с ним. Ее колени оказались у лица Назарова. И он не мог не отметить, как они изящны. Просто не верилось, что когда-то у Ланы были слоновьи ноги. С трудом оторвав взгляд от ее коленей, Назаров задал первый вопрос:
– Сколько лет Файзаров проработал в компании?
– Вот сколько лет компании, столько он в ней и проработал. Можно сказать, стоял у ее истоков.
– Вы и до этого были знакомы?
– Нет. Он пришел устраиваться на работу по объявлению. Я только собирала команду. И Рамиль был первым откликнувшимся. Я взяла его без рекомендаций. Но с испытательным сроком.
– Как я понимаю, Файзаров справился со своими обязанностями?
– Он оказался отличным специалистом.
– Какую должность он занимал?
– Главного экономиста. К слову, тогда он был и единственным. Это в последние годы у него появились подчиненные, и Рамиль на самом деле стал главным.
– Вы с ним хорошо ладили?
– Леша, я со всеми своими сотрудниками лажу. Потому что отношусь к ним по-родственному. Мы ведь «Семь Я»!
– А как они к тебе?
– Тоже хорошо, – пожала плечами Милана. А подумав секунду, добавила: – С уважением, но без боязни. Так я, по крайней мере, думаю.
– Файзаров не был исключением?
– Нет.
– Тогда почему он перед тобой лебезил?
– Он не…
– Вчера на стройке, мне рассказали, он вел себя как лизоблюд. Чуть ли не в ноги тебе падал.
– Ах, вчера… Да, он заискивал. Потому что я утром устроила ему нагоняй. И пригрозила увольнением. А так как работу Рамиль терять не хотел, то… – И она развела руками.
– Из-за чего ты устроила ему выволочку?
– Я узнала, что Рамиль оказывает некие услуги Сергею Феофанову. И запретила ему делать это.
– Файзаров должен был работать только на тебя?
– Нет. Он и раньше «колымил», и я была не против. Но для Сергея он подделывал финансовые отчеты. А это дело противозаконное. И если бы все их махинации всплыли, пострадали бы не только Феофанов с Файзаровым, но и мы. Я стремлюсь к тому, чтоб наша репутация была безупречной, а тут такое пятно.
– Понимаю… И что же Файзаров? Пообещал больше не сотрудничать
– Сказал, что оказал тому услуги всего пару раз, и это было полгода назад. С тех пор якобы больше ни-ни. Потому что сам понял – в нехорошее дело ввязался.
– Я встречался с Феофановым час назад. И он уверял меня, что не знает Рамиля.
– Это объяснимо.
– Согласен. А вот чего я не могу объяснить, так зачем Феофанову вся эта благотворительность, если он свои отчеты подделывает.
– Не пойму связи.
– Такие, как Феофанов, на мой взгляд, ввязываются в дела, не сулящие прибыли, только затем, чтобы снизить налоги.
– Зря ты так, Леша. И среди не самых законопослушных граждан встречаются добрые люди. Нам даже из тюрем иногда деньги перечисляют, когда мы устраиваем акции. Убийцы, Леша, и грабители тоже имеют сердце.
– Угрызения совести они имеют. И страх перед тем, что настанет после того, как закончатся их земные дни. Вот и пытаются «добрыми» делами для себя на том свете «шконки» не у самой параши застолбить.
– Какой ты циничный.
– Работа у меня такая.
Милана скупо улыбнулась. Решила больше не спорить. Да и Леша не стал бы продолжать полемику на эту тему. Все равно каждый останется при своем мнении. И Феофанов, по его мнению, был одним из тех, о ком он говорил сейчас. Это точно – он и за завтра боится, и угрызениями совести мучается. Вот только что он такое натворил, что горстями сыплет денежки на благотворительность? Ходок-то у него нет…
Леша долго бы еще размышлял на эту тему, но его отвлекла Милана, предложив чаю.
Глава 4
Света Зарубина считала себя идеальным помощником руководителя. Она была сообразительна, расторопна, исполнительна, инициативна. И что немаловажно – не любопытна. То есть образы Шурочки из «Служебного романа» и секретарши из «Чародеев», той самой, что прослушивала стены фонендоскопом, никак не соответствовали Светиному облику. Но сегодня она превзошла и ту, и другую. Зарубиной так хотелось узнать содержание разговора Миланы с опером из уголовного розыска, что она вышла на балкон и притаилась под окном кабинета Черемушкиной. На нем стояли стеклопакеты, и ничего слышно не было, но Света надеялась, что Милана откроет форточку. Та не любила кондиционированной прохлады, поэтому обычно запускала холодок с улицы.
Однако время шло, а форточка так и оставалась закрытой. Свете пришлось смотреть «немое кино». А так как оно не сопровождалось титрами, понять что-то было крайне сложно. Она отметила, что капитан Назаров чертовски хорош собой!
Света самой себе не поверила, когда при взгляде на него в голове у нее прозвучало: «В такого я могла бы влюбиться!»
Алексей уже скрылся за дверью Миланиного кабинета, а Зарубина все удивлялась себе. Надо же! Сколько лет жила, и никто не нравился, а тут вдруг…