Девушки в лесу
Шрифт:
— Он ударил тебя?
— Нет, он схватил меня за лодыжку, когда я бежала наверх, чтобы запереться в ванной и позвонить тебе. Он дернул меня слишком сильно, и я потеряла опору. Я скатилась с лестницы на спине, так что болеть должна именно она, а не голова. Я даже ей не ударилась.
Уилл положил руку ей на живот, раздвинув пальцы так широко, как только мог.
— Он повредил ребенку?
— Нет, он сел на мои ноги, не на мой…
Энни снова зажмурила глаза, когда очередная волна боли пронеслась в ее голове. На этот раз она сопровождалась образом девушки, которую Энни видела в своем доме. На
Уилл нажал на оранжевый звонок, чтобы вызвать медсестру, которая появилась через несколько секунд.
— Что-то не так. У нее постоянно болит голова.
Медсестра измерила ее пульс.
— Врач уже на подходе. Вам повезло — он как раз собирался домой до вашего появления. Он собирается осмотреть ребенка, а затем осмотрит вашу голову. Это ненадолго. У вас болит живот?
Энни покачала головой.
— Хорошо. Я пойду и все приготовлю.
Она смотрела, как медсестра исчезает за блекло-оранжевой занавеской, и повернулась к Уиллу.
— Где Стью?
— Кав отвез его на ночь к Дебс, пока мы не решим, что с ним делать.
— О Боже, что за день сегодня. Тилли появилась?
Уилл не хотел расстраивать жену еще больше, чем сейчас, но она не глупа и скоро все узнает.
— Нет, не появилась. Я поговорил со Смити, который принимал заявление о пропавшем человеке. Мне жаль, Энни, но ей уже почти восемнадцать. Знаю, что ты беспокоишься о ней, но она найдется. Как бы ты себя вела, если бы тебе пришлось жить с Лизой?
— Я знаю, что она — ужасная, но это не похоже на Тилли — даже не сказать Бену. Они очень близки.
Вошел врач и представился. За ним следовала медсестра с портативным аппаратом УЗИ.
— Теперь позвольте мне проверить вашего ребенка, на всякий случай. У вас были боли в животе?
— Только раз. Похоже на спазм, но с тех пор ничего такого.
— Как давно это случилось?
— Сразу после того, как я упала с лестницы на пол, но ничего страшного — ковер на ней очень толстый.
Врач рассмеялся. Выдавив на ее живот большую порцию холодного геля, он начал двигать допплером, пока не получил четкое изображение ребенка. Они могли видеть, как малыш двигается, и его крошечное сердечко билось в такт. Уилл сжал ее пальцы. Сколько бы раз он ни видел его, он не мог поверить, что маленькая черно-белая фигура, больше похожая на инопланетянина, чем на человека, — это их ребенок. Через несколько минут врач передал Энни горсть зеленых бумажных полотенец.
— Отлично — ваш ребенок не пострадал. Однако для вас обоих лучше будет, если вы воздержитесь от такой напряженной активности. Медсестра сказала, что у вас болит голова — вы ударились при падении?
— Нет, не в этот раз, но за последние пару лет у меня произошло несколько несчастных случаев, которые привели к довольно серьезным травмам головы.
— И почему это меня не удивляет?
Энни
— Если честно, я не виновата ни в том, ни в другом. Мой бывший муж ударил меня по затылку пустой бутылкой из-под шампанского, в результате чего я потеряла сознание, и мне понадобилось тридцать скоб на затылке. Затем в прошлом году моя машина съехала с дороги и врезалась в дуб. Я пролежала в коме несколько дней.
— Правда, это все? Черт возьми, ваша бедная голова, она, должно быть, сделана из прочного материала. Вы теряли сознание?
Уилл ответил.
— Да, на пятнадцать минут. Она пришла в себя перед самым приездом скорой помощи.
— Но вы не ударялись головой?
Он начал светить фонариком ей в глаза и водил пальцем перед ее глазом, двигая им из стороны в сторону.
— Я думаю, нам лучше госпитализировать вас и посмотреть, что происходит — хотя сегодня я ничего не могу сделать. Но скажу вам, что невролог, с которым я тесно сотрудничаю, будет утром, и она замечательная. Она сможет сказать вам, что происходит, без тени сомнения.
— Откуда вы знаете? Может у нее не получится?
— О, я могу поручиться за нее. Она моя жена и она очень настойчива.
Он подмигнул Энни, и она улыбнулась.
— Мне действительно нужно оставаться здесь? Я бы лучше поехала домой.
— Ну, я не могу запретить вам уехать, но тогда вам просто назначат амбулаторное лечение, которое может занять несколько недель. Если вы останетесь ночевать здесь и на завтрак, то я расскажу о вас своей жене, когда вернусь домой, и она придет к вам первым делом утром. Как вам это?
За Энни ответил Уилл.
— Она останется. Спасибо, мы очень ценим это.
— Без проблем, это меньшее, что я могу сделать для наших правоохранителей.
Энни закрыла глаза. Она вполне могла говорить за себя, но Уилл прав. Ей лучше остаться здесь. По крайней мере, так ее быстрее осмотрят. Если у нее что-то не в порядке с мозгом, лучше узнать об этом сейчас и разобраться. Врач оставил их наедине. Уходя, он кивнул Уиллу.
Уиллу все равно, злилась ли Энни на него. Она никуда не уйдет, пока они не узнают, что у нее нет опасных для жизни травм или заболеваний.
— Дай мне твой телефон, пожалуйста.
— Зачем?
— Мне нужно поговорить с Беном и узнать, вернулась ли Тилли домой. Уилл, я волнуюсь. Что, если с ней случилось что-то плохое?
— Да ладно, Энни, ты же знаешь, что кроме катастроф, которые случаются с нами, жить здесь довольно безопасно.
— Ты действительно так думаешь? — Энни представила себе Генри Смита, человека, который преследовал ее, затем пытался убить в подвале заброшенного особняка в лесу рядом с фермой Бена, и снова после побега из психиатрической больницы. По ее искреннему мнению, жизнь в Южной Камбрии до сих пор не отличалась особой безопасностью. Энни лишь надеялась, что не привлекла еще какого-нибудь психопата, который решил похитить Тилли, чтобы добраться до нее. Что, если у Генри имелось более одного помощника, и они выполняли его последние желания? Она не сомневалась, что у него мог быть запасной план на случай, если с ним случится худшее. На самом деле, это вполне логично. Она уже собиралась сказать об этом Уиллу, когда Бен ответил на звонок.