Девушка в моем свитере

Дементьева Анна

– Заткнись, ты не понимаешь… Я не собираюсь обращаться на «вы» к человеку, который покалечил меня! И это я еще не проверила скрипку. Если там будет хоть царапинка, то клянусь, я убью тебя!

– В нашу первую встречу ты уже общалась ко мне на «ты».

– Лучше бы я к тебе не подходила тогда.

Ева уперлась руками в сиденье и, нахмурив брови, смотрела прямо в глаза псу из соседней машины. Он пялился на Еву через окно, и Ева не особо была против. Эта игра в гляделки успокаивала, но ровно до тех пор, пока Максим не начинал говорить.

– А

мне надо было послать тебя к черту, и не было бы проблем! – Максим сильнее сжал руль, останавливаясь на красный светофор под пристальным взглядом чужой собаки. – Сидел бы сейчас со своей невестой в театре, а не торчал бы тут.

Ева демонстративно открыла дверь и, совсем не задумываясь о больной ноге, вышла наружу, но резкое покалывание заставило ее снова вскрикнуть и застыть на месте. Она схватилась за дверцу, чтобы не упасть на дорогу. В глазах потемнело, и все вокруг снова закружилось в тяжелом водовороте.

– Вернись в машину! – скомандовал Максим и, быстро вставая, посмотрел на Еву через крышу автомобиля. – Ты чего?

Ева стояла, как вросшая в асфальт, вцепившись дрожащими пальцами в холодное железо. По опухшей ноге несколькими струйками стекала кровь, окончательно пачкая светлые балетки. Максим быстро обежал вокруг автомобиля и вернул Еву на место.

– Ненавижу тебя, – слезно прошипела она, принимая помощь.

Глава 4

– Почему у тебя такое отношение к больницам? – наконец нарушил тишину пустого коридора Максим.

Он не ждал, что Ева, будучи внешне достаточно взрослой девушкой, начнет с таким отчаянием умолять увести ее как можно дальше от этих белых кабинетов, едких запахов и мониторов рентгенолога. Максим практически силком затащил ее на осмотр и с того момента не слышал ни одного слова от Евы. Ему слова и не были нужны: очевидно, что Ева глубоко обижена за это.

– Мама умерла в больнице, – быстро ответила она, показывая всем видом, что не настроена на дружеские беседы о личном.

– А отец?

Ева промолчала.

Максим пристально наблюдал за чужим взглядом, который улетел в окно, блуждая по синему небу. Ей ведь наверняка сложно говорить о семье, но у Максима пропадало чувство такта рядом с Евой. Она импульсивна, вспыльчива и непредсказуема, но, на удивление, именно это заставляло почувствовать себя комфортно рядом с ней.

Сонные медсестры вяло, напоминая зомби, вынесли снимок. Ева с опаской принюхалась, когда они с Максимом вернулись в кабинет: пахло таблетками, бинтами и тысячей жертв хирургов. Тело рвалось на улицу, на свежий воздух. Доктор долго рассматривал снимок, пока Ева сидела на кушетке и с напряжением смотрела в одну точку, упершись руками в мягкую поверхность. Максим стоял рядом в ожидании вердикта и то и дело переминался с ноги на ногу.

– Кость целая, – наконец сказал врач, поглядев на пациентку поверх очков. – Пусть девушка отлежится несколько дней. Прикладывайте холодные компрессы и мажьте мазью. Сейчас напишу название… Вы отец?

Ева

прыснула, но тут же прикрыла рот рукой, продолжая хихикать.

– Нет, – сдержанно ответил Максим, не глядя на нее.

Врач старательно протянул записку новоиспеченному отцу, взглядом давая понять, что более не смеет их задерживать. Рану не промыли и не перевязали, но вы идите с миром.

– Заедем в аптеку, и я отвезу тебя домой.

Максим понес уставшую Еву к выходу, озадаченно смотря перед собой.

– Скажи спасибо, что сейчас каникулы, а то пришлось бы возить меня в универ.

– Ты не в школе учишься? – повторяя недовольный говор собеседницы, передразнил Максим.

– Ты очень невнимательный, папочка, – выделяя последнее слово, с усмешкой ответила Ева. Она явно довольна своей шуткой.

Максим лишь нервно качнул головой и усадил Еву в машину. Ехали они молча, только девушка показывала пальцем, куда поворачивать. Живой навигатор. Поврежденный, но очень полезный.

– Сиди здесь, – сказал Максим, когда машина остановилась у аптеки.

– Я до дома сама дойду, – обеспокоенно заявила девушка и попыталась открыть дверь, но Максим вышел, заблокировав ее. – Класс…

Ева откинулась назад и посмотрела ему вслед. Нога ощутимо опухла, но болела чуточку меньше. Девушка аккуратно пощупала ее и сморщила нос: кожа мягкая, как желе. Фу. В машине было тепло, а на улице уже прохладно, но ехать с этим извергом до дома Ева не собиралась. Лучше медленно, но самой. Пусть едет к своей «невесте», а не возится с инвалидкой. Построив в голове план побега, она вытянула с заднего сидения футляр и рюкзак, готовая на самые экстремальные меры. Максим скоро вернулся и протянул Еве несколько коробочек.

– Как доехать до твоего дома? – спросил Максим, искоса глянув на приготовленные вещи.

– Я же сказала, сама дойду.

Ева спрятала все купленное в аптеке, и, чувствуя на себе пытливый взгляд, не поднимала головы. Максим смотрел на Еву, приподняв брови и удивляясь ее бесконечной глупости. А дама, в свою очередь, была слишком гордой, чтобы просто поблагодарить спасителя за то, что тот возится с ней.

– Куда ты пойдешь с таким ушибом?

– Тебя волнует? Се ля ви! – Ева снова попыталась открыть дверь, но та по-прежнему была заблокирована. – Открой… – тихо, но настойчиво сказала девушка, повернувшись к Максиму. Он лишь отрицательно покачал головой и, сняв пиджак, кинул его куда-то на задние сидения.

– Показывай, куда ехать?

– Мне в третий раз повторить?

Ева обняла портфель и, положив на него голову, обратила взгляд на мужчину. У нее не было ни сил, ни желания спорить с ним. Хотелось оказаться дома и уснуть.

– Куда ехать? – терпеливо повторил Максим, сжимая руль так, что костяшки побелели.

– Да с чего ты упрямый такой? – слезно прокричала Ева и спустя секундное молчание указала пальцем в сторону.

Максим повернул руль, автомобиль устремился в указанном направлении, а Ева надулась.