Девушка сбитого летчика
Шрифт:
– Поговорила. Знаешь, они… он не виноват, квартира стояла закрытая почти два года. Теперь все в порядке.
– «Он»? Кто это «он»?
– Женя… – говорит Баська, улыбаясь во весь рот. – Помнишь, я тебе говорила, что мы застряли в лифе и я расплакалась… помнишь?
– Помню. Строитель, который сделал ремонт. Его зовут
– Ну да, Женя. Евгений. Он еще читал мне стихи… в лифте.
– Стихи? – изумилась я. – Про стихи ты не говорила!
– Разве? – слегка смутилась Баська. – Неужели не говорила? Не может быть!
– Не говорила. Какие стихи?
– Про дождь и девушку… – сказала Баська неуверенно. – Не помню точно.
– Ну-ка! – потребовала я.
– Помнишь ли ты, Барбара, – начала Баська нараспев:
как над Брестом шел дождь с утра,а ты, такая красивая, промокшая и счастливая,ты куда-то бежала в тот день, Барбара? [13]Я рассматриваю Баську – что-то новое появилось… взгляд, улыбка… ожидание чуда?
13
«Помнишь ли ты, Барбара…» – песня «Барбара», стихи Жака Превера, муз. Жозефа Косма.
– И дальше про войну, как они расстались… – Она вздыхает, но глаза радостно блестят. – Знаешь, мне еще никто никогда не читал стихов. Женя живет наверху…
– Это он протек на тебя? – сообразила я.
– Ну!
Я всматриваюсь в нее – Баська сияет!
– И вы…
– Да! – выпаливает она. – Женя починил краны, дверцы шкафа,
«Так сразу и пробить, – думаю я скептически. – А в случае чего – заделать? Если не сойдутся характерами?» Мне хочется сказать: не спеши пробивать потолок, мало ли, как дело обернется, но я не успеваю – открывается дверь и входят папа Владик и Веня с флейтой.
– Девочки! Привет! – обрадовался Владик. – А мы… играли!
– Людей почти нету, – озабоченно говорит Веник. – И туристов тоже нету. Совсем мало заработали.
– Веничка, поиграй нам, – предлагаю я.
– Я выучил новую пьесу! – говорит Веня с готовностью. – Хочешь? Только, Аня, ты мне денег не давай. Ты мой друг, поняла?
– Спасибо, Веня. Ты тоже мой друг.
Веня подносит флейту к губам, лицо у него делается строгое. Нахмуренные брови, красный замерзший клювик, торчащий вихор…
Нежный дрожащий звук повисает в воздухе, незатейливая мелодия бежит, как ручей по камням…
Запах кофе и ванили, замерзший парк и февральские лиловые сумерки за окном…
Веня играет, мы слушаем. Лицо у Баськи задумчивое и растроганное, она улыбается своим мыслям. Владик тихонько отпивает кофе и поглядывает на Веника с отцовской гордостью…
И я знаю, что запомню этот день навсегда. Вырастет Веня, возможно, станет известным музыкантом или… не станет; Баська выйдет замуж за своего строителя, и они пробьют дыру в потолке; и я наконец выясню отношения с Николенькой Биллером-Котом и его теткой… а этот теплый февральский сумеречный день, похожий на дни ранней весны, останется в памяти, как преддверие перемен… как начало перемен… как знак и обещание!