Девушка по имени Каламити

Лори Даниэль

Уэстон ждал меня с непроницаемым выражением лица, и мы бок о бок направились к гостинице. Небольшое пространство между нами заполнила напряженная атмосфера, и когда я подняла глаза, он смотрел на меня. Я задрожала в его рубашке, но на мгновение удержала зрительный контакт.

Меня поразило осознание того, что на мне была только рубашка наемного убийцы, когда я шла по пыльным улицам Сильвиана.

Мой мир сильно изменился.

Я отвела взгляд, и он проводил меня до самой моей комнаты. Я

подумала, что это было по-джентльменски, но потом он втолкнул меня внутрь и захлопнул дверь.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ПОХМЕЛЬЕ И ПРОВЕРКА НА РЕАЛЬНОСТЬ

Я очнулась от мертвого сна с болью в голове, стучащей синхронно с моим сердцем. Восходящее солнце посылало свет сквозь щели в ставнях. Я не могла встать, потому что, если бы я это сделала, я боялась, что меня стошнит, и я не хотела заставлять рабыню убирать за этим. Я перевернулась на другой бок, пока предыдущая ночь возвращалась ко мне. Предзнаменование, странное поведение мужчин и особенно действия Уэстона заполонили мой разум. Слишком многое нужно было переварить, и это вызвало у меня большую головную боль, чем раньше.

Самый соблазнительный запах ударил мне в нос, и я посмотрела вниз и увидела, что на мне все еще надета рубашка Уэстон. Нет, я передумала, запах был ужасный.

Я сунула в нее нос и глубоко вдохнула. Я снова заснула, окруженная запахом кедра, шалфея и кожи.

Глубокий голос нарушил мои сны.

— Вылезай из постели. Нам нужно уходить.

Я вздохнула и перевернулась. Мне было слишком плохо, чтобы идти куда-либо прямо сейчас.

— Уходи, — пробормотала я.

Чья-то рука схватила меня за лодыжку.

— Дон… — начала я, но Уэстон стащил меня с кровати.

Я с глухим стуком приземлилась на пол, простыни скрутились вокруг меня.

— Ой!

От моего голоса у меня заболела голова, я застонала и посмотрела на Уэстона.

— Это было необходимо? — спросила я и затем поморщилась от раскалывающей боли в голове.

— Будь готова в течение четверти часа. Или я уйду без тебя, — предупредил он, прежде чем выйти за дверь.

Я вздохнула и поднялась на ноги, потирая задницу. Лучи света резали мне глаза, пока я ходила по комнате, чтобы одеться.

Моя одежда от Сильвиан высохла, и я натянула ее обратно, прежде чем поняла, что не смогу ездить верхом в юбке. Поэтому я сняла ее и швырнула через всю комнату, а затем натянула укороченные брюки. Я фыркнула, когда пошла и подобрала юбку, думая, что она мне может понадобиться.

Я не была жаворонком.

Особенно после ночи, проведенной в моих чашках.

Я вслепую вышла из гостиницы, так как солнце было очень ярким, и встретила Уэстона в конюшне. Он бросил один взгляд на кожу,

обернутую вокруг моей руки, и сорвал ее одним рывком.

— Ой, — я нахмурилась.

— Тебе обязательно обращаться со мной грубо? — огрызнулась я, потирая руку.

Я даже забыла, что кожа все еще на мне.

Его взгляд стал жестким.

— У меня нет времени разбираться с тем вниманием, которое ты вызываешь, выставляя себя напоказ.

У меня разболелась голова, а от его слов раздражение пробежало только по позвоночнику.

— Я не выставляю себя напоказ, — проворчала я.

Он усмехнулся и поднял кожаный платок, зажатый в кулаке.

— Ты вообще знаешь, что это значит?

— Да, знаю, большое тебе спасибо, — вздохнула я.

— Значит, ты выставляешь себя напоказ.

Мой мозг был слишком затуманен, чтобы мыслить правильно, и я была сбита с толку, но не настолько, чтобы поверить, что я выставляю себя напоказ.

— Нет, это не так. Все женщины должны надеть кожу на фестиваль.

Он холодно рассмеялся и отбросил кожаную куртку в сторону.

— Кто тебе это сказал?

Я нахмурилась.

— Почему тебя это волнует?

— Кожа означает, что ты активно ищешь нового любовника.

Я покачала головой.

— Нет. ты ошибаешься. Это не то, что сказала Роза. Она сказала, что каждая женщина должна носить такое.

Я подумала о предыдущей ночи и не смогла вспомнить, все ли женщины носили кожу.

— Ну, Роза солгала тебе.

Я в замешательстве наморщила лоб.

— Зачем ей это делать?

Я подумала о танце и поняла, что они, вероятно, собирались сделать гораздо больше, чем просто "узнать друг друга’.

— Вероятно, по той же причине, по которой кто-то заставил тебя мыться олиановым мылом.

— Зачем кому-то хотеть, чтобы от меня воняло? Что это было за мыло?

Он посмотрел на меня сверху вниз с непроницаемым выражением лица.

— Сильвианцы хитрые. Никому из них нельзя доверять. Я удивлен, что мыло и кожа были твоими единственными проблемами.

Он повернулся ко мне спиной и начал готовить лошадей. Моему затуманенному мозгу потребовалось несколько минут, прежде чем я поняла, что он не ответил на мой вопрос.

* * *

Когда мы выезжали из города на пыльные тропинки, я подумала о гадалке. Ее предзнаменование оставило неприятный привкус у меня во рту, и меня затошнило еще сильнее, чем раньше. Я думала обо всех различных способах, которыми я могла умереть. Большинство из них были непрактичными, но мое воображение было далеко от разумного.

Упала на кактус, и один из его шипов пронзил прямо мое сердце.

Удушье от пыльной бури.

Упала с Галланта и сломала себе шею.

Падение со скалы.