Девственница

Деверо Джуд

— Турнир созвал ты? А я думала, что это сделал Тал, чтобы дать всем племенам возможность претендовать на королевский трон.

— Этим дураком был я. Я созвал турнир, потому что не видел другой возможности получить тебя. Я был уверен, что ты победишь.

Мгновение Джура стояла неподвижно, но уже в следующее бросилась на Руана с кулаками.

— Ты изувечил мою подругу Сайлин только из-за своей похоти? — вскрикнула она. — Ты расстроил мою помолвку с Дайри!

Руан крепко схватил ее. Он был взбешен, но в то мгновение, когда прикоснулся к ней, вся его

злость превратилась в желание. Губы Руана с силой прижались к губам Джуры, и она ответила ему. Она обвила руками его шею, плотнее прижимаясь к нему, ее губы раскрылись. Ее гнев, отчаяние и одиночество превратились в желание. Он может сделать с ней все, что захочет.

Внезапно он оттолкнул ее, и Джура упала на каменный пол.

— Нам нужно поговорить, — процедил Руан сквозь зубы.

Он дышал, как загнанная лошадь.

— Я дал перед Богом клятву, что не прикоснусь к тебе.

Джура пыталась собраться с мыслями.

— Мы ведь муж и жена, — пробормотала она.

— Ты должна попросить меня об этом, — произнес Руан.

— О чем? — спросила Джура, поднимаясь.

— Если ты хочешь, чтобы я пришел к тебе в постель, ты должна попросить меня об этом. Джура непонимающе смотрела на него.

— Это одна из ваших английских традиций? Заставить ваших нежных англичанок просить вас? Это возможность лишний раз унизить их и продемонстрировать свою власть? Ланконцы не заставляют женщин унижаться. Ланконские мужчины — настоящие мужчины.

В Руане вновь вспыхнуло бешенство. Он сделал шаг вперед и попятился, как человек, слишком близко подошедший к огню.

— Я поклялся перед Богом и не нарушу свою клятву. А теперь нам нужно кое-что обсудить.

— Мне нечего с тобой обсуждать, — отрезала Джура и направилась к двери.

Он схватил ее за руку, но тут же отпустил.

— Сядь, — приказал он. Джура пожала плечами и села.

— Как бы то ни было, по коварному замыслу судьбы мы стали мужем и женой. Если бы я не был наполовину англичанином и если бы Джералт не был твоим братом, я бы расторгнул этот брак. Но обстоятельства сложились по-другому, и я не могу сделать этого. Завтра я отправляюсь на переговоры с предводительницей племени вательцев, и ты должна поехать со мной. Джура встала.

— Ни за что.

Руан тоже поднялся и вплотную подошел к ней.

— Для того, чтобы в мое отсутствие ты не попыталась собрать армию и посадить на трон своего наглого, крикливого братца, я хочу, чтобы ты… вы оба были около меня и я мог видеть, что вы делаете.

— А может, это для того, чтобы люди не думали, что ты не в состоянии лишить свою жену невинности? — кротко спросила Джура.

Она чувствовала на губах его дыхание.

— Я могу сделать это на счет «раз». Он перевел взгляд на ее губы и вновь посмотрел ей в глаза.

— Но я этого не сделаю.

Джура отошла от него. Неважно почему, но этот глупый англичанин отверг ее. Это стало еще одним пунктом в длинном списке причин, по которым она ненавидит его.

— Я останусь здесь и…

— Нет! — резко оборвал ее Руан. —

Хочешь ты или нет, но ты моя жена и должна вести себя так, как полагается жене. Если ты не хочешь разделить со мной постель, тебе все равно придется жить со мной в одной комнате или палатке. Я решил объединить племена, и ничто не встанет на моем пути. Если народ хочет видеть меня вместе с моей девственной женой, он это увидит. А я буду уверен, что за моей спиной не зреет заговор.

— Если я воткну в тебя меч, то в сердце, а не в спину.

— Я учту это, — ответил он сухо.

— Это твое дело, — сказала Джура. Потом в ее глазах появилось любопытство. — Как ты собираешься объединять племена? Ты хочешь завоевать их?

Руан подошел к окну.

— Нет, уговорами. Я хочу переженить их друг на друге, чтобы через пару поколений они уже не знали, какого они племени. Все будут ланконцами.

Джура улыбнулась.

— И как же ты думаешь сделать это? Они же ненавидят друг друга. — Улыбка исчезла с ее лица. — Ты ничего о нас не знаешь. Эти люди скорее умрут, чем потеряют свою независимость. Почему бы тебе не вернуться в Англию и не оставить нас в покое, пока не разразилась война?

— А ты поедешь со мной? Этот вопрос ошеломил Джуру.

— Жить в Англии, где женщины должны просить у мужчин благосклонности?

Руан открыл рот, чтобы возразить ей, но передумал.

— Я не буду тебе ничего объяснять. Твой долг — слушаться меня, и больше ничего. Тебе придется сопровождать меня в путешествии по Ланконии. Мне не нужны ни твои советы, ни твои замечания. Ты должна быть просто женой.

— Как англичанка, мышка в доме своего мужа, — сказала Джура. — Тебе предстоит узнать, что ланконских женщин не так просто подчинись, как твоих бледнолицых английских кукол. Я поеду с тобой, но какое это имеет значение? К ближайшему полнолунию я уже буду вдовой.

Она повернулась и вышла из комнаты.

Идя по тускло освещенному каменному коридору, Джура думала, какой же дурак этот Руан. Он собирается ездить по главным городам каждого племени и уговаривать людей перестать ненавидеть друг друга. Она была права: через пару дней кто-нибудь убьет его.

Но то, что он не пускает ее к себе в постель, — это не на шутку озадачило ее. Неужели он не хочет ее? Нет, это ерунда. Может быть, все англичане такие? Может, он никак не свыкнется с их браком? Она пожала плечами. Кто разберет, что думают эти иностранцы?

— Ты Джура, — раздался тонкий, тихий голос. — Ты победительница.

Джура оглянулась и увидела маленького сына англичанки. Она подозревала, что он младше, чем кажется. Его бледная кожа и волосы напоминали ей хлеб, который недодержали в печи. В свете факелов, укрепленных на стене, лицо мальчика казалось еще бледнее.

— Что тебе нужно? — спросила она, разглядывая малыша. Это был ее будущий враг. — Я видел тебя, — сказал мальчуган. Его круглые синие глаза были как полевые цветы. — Я видел, как ты победила. Ты научишь меня бегать, как ты? И бороться? И стрелять из лука? Джура не смогла сдержать улыбки.