Девочка сталкера
Шрифт:
Получается, что Демид не зря настоял на том, чтобы пойти со мной.
— Ты… откуда ты узнал, что так может быть? — накидываюсь на него, после того, как он прикуривает одной из девиц неизвестно откуда взявшейся у него зажигалкой, а потом соизволит усесться в салон.
— Я не знал, — говорит он и заводит двигатель.
— Да?
— Но не исключал.
— А как ты догадался, что он не мой родной отец? Я прочитала, но вот ты?
— Я думаю, твой отец был магом, — произносит Демид, немного
— Иначе никак не объяснить, почему зеркала так сильно на тебя влияют. Ведьмы этого не умеют. Вампиры и демоны могут, но ты не из них.
— В чем отличие ведьмы от мага?
— В наборе умений. Маги сильнее. Но магов сейчас тоже не осталось. Они были истреблены еще раньше ведьм.
— Ты можешь проходить сквозь зеркала, значит, ты демон?
— Почти, но не совсем.
Он выезжает на проспект, и я продолжаю распросы.
— А кто?
— Спроси о чем-нибудь другом.
— Ладно. Ты и твоя семья тоже приложили руку к этому истреблению?
— Нам незачем было это делать.
— Чтобы не делиться с ними властью, — вношу предположение.
— Они бы никогда не стали нам помехой.
— А кому это нужно?
— Всем остальным.
— А вам, значит, нет?
— Мы… наша семья, так скажем, соблюдает нейтралитет.
— И что это значит?
— Это значит, что, по большому счету, нам все равно на то, что происходит в мире. Куда бы ты хотела поехать теперь? Или возвращаемся домой?
— Я бы съездила к маме на кладбище, но оно осталось в том городе, откуда я приехала. Это далеко, займет целый день. Да и… не знаю, что это мне даст. Кстати, я в курсе, что ты там был. Ты и твои друзья.
— Я в курсе, что ты в курсе.
Демид отрывается от дороги и кидает на меня взгляд из-под очков.
Я краснею.
— Вы… мы… встретились, когда я примеряла платье к выпускному. Ты пялился на меня.
Демид молчит.
— Не хочешь ничего сказать мне по этому поводу?
— Ты выглядела охренительно, я не мог оторвать взгляда.
По моему телу против воли проносится жаркая волна.
— Демид, я не о том. Как вы узнали, что я… ну… ведьма? По каким признакам?
— Мы не знали.
— Как это не знали?
Демид пожимает плечами.
На его языке это означает, что дальше думай сама.
Я вздыхаю и откидываюсь на сиденье.
Ладно, у меня есть, над чем поразмыслить и без его странных тайн.
— О чем он думал? — спрашивает вдруг Демид и я понимаю, что он имеет в виду отца.
— Если я не захочу говорить, применишь Глас?
— Нет, можешь не рассказывать. Я примерно догадываюсь. Подумал, может ты хочешь это обсудить.
— С
— Ты бы предпочла Кристиана?
Демид снимает очки, бросает их на панель и переводит взгляд на меня. Сейчас его глаза, как и обычно, светлые. Никакого огня или черноты.
— Кстати о Кристиане, как он? — спрашиваю я.
— Нормально, — говорит он и отворачивается к дороге.
— Почему вы трое стараетесь меня обмануть? Я видела то, что видела.
— У тебя был стресс и…
— Прошу, оставь это для кого-нибудь другого, — перебиваю я, — лучше уж тогда молчи, чем держать меня за ненормальную.
Демид замолкает.
— Отец подумал, — произношу немного помедлив, — что я не его родная дочь. Об этом ты и сам догадался. Что мама исчезла, а через месяц ее нашли в лесу. Мне кажется… я не уверена, но мне кажется, та женщина, которую убил ваш Валентин… это могла быть она.
Думаю, мне нужно получше порыться в голове Валентина, чтобы узнать наверняка. Мне нужно попасть в его голову так, как я попадала в голову Демида. То есть взглянуть на все его глазами. Тогда я смогу увидеть лицо той женщины и буду знать точно. Я ведь помню, как выглядела моя мама.
И если это окажется она, что он ее убил, мне нужно самой уничтожить старика. Отомстить за маму. А заодно избавить себя от проблем. Как-то добиться, чтобы он ответил за все. Но сначала мне необходимо научиться Гласу.
— О чем задумалась? — спрашивает Демид.
Я понимаю, что рот не открывается против воли и благодарю бога за то, что он не принуждает меня отвечать.
— Ты обещал посадить меня за руль, — говорю я, — а потом не ругать, если я вдруг поцарапаю твою машину или нас остановит ДПС.
Последнего он не обещал, но я надеюсь, так и будет.
— Демид усмехается.
— Само собой, что я не буду тебя ругать, когда есть другие, гораздо более приятные способы наказания.
— Ты о чем? — хмурюсь я.
— Если поцарапаешь машину, будешь должна мне поцелуй.
— Что? Ну уж нет. Тогда я лучше и дальше посижу на пассажирском.
— Старайся получше и тебе не придется целоваться со мной.
— Я отказываюсь.
Но Демид все равно останавливает машину у обочины.
Я снова отрицательно верчу головой.
— Нет, не рассчитывай.
— Я думал, ты смелее. А если придется удирать от погони? А ты не умеешь водить.
— Ладно, — сдаюсь я.
Мы одновременно выходим из машины и меняемся местами.
Глава 39
Сказать, что я неуютно чувствую себя за рулем машины, да еще такой, на которую с завистью пялятся все прохожие, это не сказать ничего. Но я старательно делаю вид, что все происходящее сейчас в порядке вещей.