Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Хорхе?… - уста его предали раньше, чем он смог что-то осознать.
– Прошу прощения, - вежливая улыбка на лице.
– Мы раньше встречались?
Амэ закусил губу, справляясь с собой, пока не наговорил других глупостей. Тем более на него смотрели, он не мог ударить в грязь лицом. Амако напряглась, ощущая неладное, в глазах братьев горел интерес.
– Нет, показалось, - мягко улыбнулся Амэ, спеша всех успокоить.
– Это вы меня простите.
И поклонился, досадуя про себя. Где были его глаза? Ведь перед ним человек, даже и думать нечего - никакой болезненной худобы, перламутровых
– Надеюсь, тот, с кем вы меня перепутали, не мой соперник, - рассмеялся он.
– Я уже готов бороться за ваше сердце, принцесса.
На Амэ так посмотрели, что краска невольно залила лицо. Одно дело Кунимити - с тем держать дистанцию проще простого, а этот опасен. "Как Хорхе, - промелькнула мысль.
– Может, они родственники?"
В установившемся неловком молчании Амако бросала на Амэ такие злобные взгляды, что юноша начал беспокоиться о том, как бы приступ не начался.
– Накатоми Хиро, - золотоволосый человек подошел к Сарумэ, стоящим на веранде, и поклонился.
– Рад знакомству.
Амэ посмотрел в глаза Хиро и подумал о том, что братья совершенно не похожи внешне. Иногда один ребенок идет в отца, а другой - в мать. Кунимити и Каору - яркий пример.
– Мы тоже очень рады, - ответила Амако с безжалостной вежливостью.
– Прошу в дом.
Как оказалось, наследный принц взял с собой только младшего брата Ирию, остальные были слугами. Бедняги тащили столько сундуков, что оставалось только гадать - Накатоми хотят задарить Сарумэ или собираются жить здесь, по крайней мере, несколько месяцев, и в сундуках притащили одежду.
Хиро ступал легко и уверенно. Его походка выдавала в нем фехтовальщика или даже охотника. Если бы Амэ не знал точно, что перед ним наследный принц Накатоми, младший брат Садахару, того самого тощего в очках, который давал умные советы и все про всех знал, то решил бы, что имеет дело с Аши.
– Чем увлекаетесь?
– спросил Амэ, искоса посмотрев на статную фигуру будущего жениха.
За такого и не грех выйти замуж, - со странным весельем подумалось юноше.
– Верховая езда. Единоборства, - он посмотрел на Амэ, в глазах плясали лукавые золотые искорки, - Ками запрещают нам носить оружие, и это позволяет не чувствовать себя уязвимым.
– Понимаю, - выдохнул Амэ. Порой ощущение собственной беспомощности убивало, и нет возможности взять в руки меч, чтобы защитить себя или того, кто тебе дорог. Нужно ждать и надеяться на Аши или ками. Хотя, Амэ они ни разу не подводили.
– А вы чем увлекаетесь?
И тут Амэ вспомнил о том, что хотел попросить курьеров связаться с Хорхе. Он не удержался и стукнул себя по лбу.
– Аши!
– О, неплохое увлечение. Но в чем оно заключается?
– Что?
– Амэ захлопал глазами, с трудом понимая, о чем речь. Да и времени не было, курьеры могут уйти с минуты на минуту.
– О, нет! Я крестиком вышиваю, а Аши… Простите, срочное дело!
Амэ сорвался с места, чтобы догнать курьеров. Впервые в жизни взгляд матери, который провожал его, не был раздраженным. Они ведь
Выбежав на веранду перед площадкой, Амэ понял, что опоздал. Земля еще дымилась, и минуты не прошло. От досады, юноша зарычал и схватил шлепанец, который стоял перед крыльцом. Обувь полетела прямо на площадку - таким образом Амэ мстил за то, что Аши ушли так рано. А он, забыл! Засмотрелся на этого Хиро, и забыл, что должен спасти Кунимити!
– Хорхе!
– заорал Амэ от досады, - Где тебя носит, когда ты так нужен?!
Но в ответ тишина, и шелест ветра в деревьях. Великая Богиня, как же обидно упустить такой шанс…
– И зачем он тебе так понадобился, принцесса?
Амэ резко обернулся, чувствуя, что лицо пылает от гнева на самого себя, и встретился со спокойным взглядом золотых глаз. Этот Хиро… Да что он здесь делает?
– Или вам вместе нравится вышивать крестиком?
– Вряд ли, - ответил Амэ, делая глубокий вдох и отворачиваясь. Сейчас он выглядит не лучшим образом.
– Не думаю, что он умеет.
– А умеешь ли это делать ты, Амэ?
Юноша снова порывисто повернулся и посмотрел на собеседника внимательным прищуром. Неужели? Неужели он все же не ошибся и это был…
– Хорхе?
Накатоми Хиро скрестил руки на груди и усмехнулся.
– У моей прелести завтра Церемония. Разве я мог пропустить?
Амэ не знал, что ему делать: либо избить этого нахала, либо броситься к нему на грудь и разрыдаться.
Возбуждение и облегчение быстро сошли на "нет", уступив место нервной бледности и поджатым губам. Хорхе, или же Хиро, был сущим наказанием, и не раз заставил пожалеть Амэ о том, что тот хотел его видеть. Лучше бы он никогда не приходил!
– У вас прекрасный особняк, наследная принцесса. И очень послушные слуги - просто мечта, - Хорхе широко улыбался, глядя на Амако. Амэ хотелось скривиться, ведь мама буквально млела от его лести. Всегда такая собранная и неприступная, всегда такая далекая и сильная, сейчас шла на поводу у Хорхе. Поганцу хватило нескольких точных слов, чтобы растопить ее сердце.
– Я стараюсь держать особняк в порядке, но это довольно сложно, - Амако призрачно улыбнулась, и ее лицо стало красивым. Наверное, такой она была до того, пока папа умер. Акито как-то рассказывал об этом, но Амэ не верил. Сумасшедшая и безжалостная, разве она могла быть когда-то другой?
– Люди сейчас слишком распущены. Папа говорил, что раньше все было по-другому, - ответил Хорхе, и Амэ бросил на него рассерженный взгляд. Самозваный Хиро усмехнулся, проигнорировав взгляд Амэ.
– Во времена моего детства были люди, которые помнили Вторую Войну, - вздохнула Амако.
– Все-таки это очень влияло на нравы… никто не сомневался в том, что многовековые традиции изжили себя, и аристократы больше не имеют значения.
Амэ уныло положил себе риса и взялся за палочки. Тема "трава зеленее, небо голубее" его вгоняла в тоску. Тем более, зная Хорхе и его грязные приемы, вряд ли можно думать об искренности…