Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Щит… - произнес он.
– Как для Небесной собаки…
Акито кивнул. Он поднял руку и коснулся своего браслета. По выражению лица брата, Данте понял, что бесполезно.
– Что происходит?
– Амацукумэ поднял щиты. Что-то случилось.
Хорхе? Да что могло произойти? В Академии-то? Данте не мог поверить. Они же в самой надежной твердыне! Да тут безопаснее, чем в Небесном доме! Быть этого не может. Но результат на лицо.
– Возвращаемся к Главной башне, - решил Акито.
Данте застыл столбом. Он расширившимися глазами смотрел на брата, который спешно прошел мимо него, и в этот
– Йокай!
– крикнул он, прыгая на Акито и сбивая его с ног. Тот первое мгновение хотел его оттолкнуть, уперся руками в него, но Данте обладал нечеловеческой силой, когда дело касалось Инстинкта. Он накрыл брата собой, цепляясь когтями в землю.
Акито замер, глядя на то, как решимость покидает лицо Данте, как он смотрит на него с преданностью и совершенно нелогичной для Акито любовью, его губы растягиваются в знакомой улыбке, а из уголка рта вытекает тонкая, в темноте кажущаяся черной, струйка крови. Акито моргнул, осознавая происходящее. Он чуть наклонил голову и увидел, что из спины Данте торчит нож. Нож, который предназначался ему!
– Не уйдешь!
– взревел Акито, выбираясь из-под Данте и хватаясь за меч. Обнаженный меч засверкал яркой водной Сейкатсу, Аши встал в боевую стойку, готовясь драться. Но сколько бы он ни озирался по сторонам, никого не видел. Тогда, он решился на отчаянный в таком положении шаг - активировать ветряную, информационную Сейкатсу, чтобы заклинанием обнаружить нападающего.
Акито наклонился к рукояти меча, глубоко, что было силы, вдохнул, собирая Сейкатсу, рассеянную в воздухе, ведь с Великим потоком не давали связаться щиты, и подул на свои ладони.
– Через врата вечности, минуя все остальные тропы, я призываю Великий Дух, повелевающий четвертой сферой, явиться ко мне и указать путь обнаружения врагов!
– пропел Акито. Его ладони вспыхнули белым, на мгновение ослепляя, и почти сразу же погасли. Пространство наполнилось переливчатым звоном, будто сотни, тысячи колокольчиков устроили дружный перезвон, под ногами заклубился жидкий дым, а небо потемнело. На несколько мгновений мир обрел почти болезненную четкость и прозрачность в радиусе одного ли* (прим.автора - 1 ли = 500 м), цвета поменялись местами, и трава стала красной, а огонь - синим. Акито перевел дыхание и расслабил плечи, опуская меч. Врагов здесь не было. Кто бы ни кинул этот нож, он уже ушел.
Он посмотрел на Данте, который лежал на земле, иногда подрагивая. Его глаза были распахнуты, рот приоткрыт, а на спине растеклось некрасивое темное пятно. Нет, для ками эта рана не смертельна. Они вообще на удивление живучие. Не такие хрупкие, как люди. Но Акито понял, что просто так развернуться и уйти не может. Хотя бы потому, что этот нож предназначался ему, а лгунишка почувствовал раньше и заслонил. Все-таки от ками тоже бывает польза.
Акито загнал меч обратно в ножны и подошел к ками. Тот слегка повернул голову, слабо улыбнувшись, узнавая. Аши мысленно вздохнул: вот хоть сейчас бы перестал пытаться солгать. Не до того же.
– Нужно вытащить нож, - сообщил Акито, присаживаясь рядом.
– Только, боюсь, что сейчас все медицинские заклинания будут бесполезны - Сейкатсу Земли заблокирована.
Данте согласно
Данте умолк, но теперь казалось, что кровь ртом пошла сильнее. Акито почувствовал, что боится. За какого-то незнакомого ками, который утверждал, что его сестра. Да оставить умирать его за такое надо! Но… он был похож на нее. Как-то неуловимо. В мелочах. Уж если даже об этом Хидехико сказал…
Не теряя больше не минуты, удивляясь собственным действиям, Акито поднял на руки Данте и быстрым шагом направился в сторону Главной башни. Там ему помогут. Данте прижался к брату, пряча голову у него на груди.
– Акито… - произнес он ласково и почти счастливо.
Аши нахмурился, но ничего не сказал, только ускорил шаг. Он боялся опоздать. А мир вокруг казался пустыней, в которой нет жизни. Наверное, так же в Еминокуни, хотя Акито в ней никогда не был.
Главная башня уже показалась на горизонте. Если бы она не была сделана из белого камня, сверкающего при лунном свете, ее бы, наверное, можно было не заметить. Потому что она тоже выглядела безжизненной. Но на подходе к ней из парадного входа выбежал Накатоми, который неизменно ощущал приближение командира - и как только?
– Хидехико и еще несколько каких-то незнакомых ками. Акито сделал мысленную пометку их тоже сдать куратору, а то и ректору. А потом потребовать строжайшего наказания. Разве, они не должны сейчас спать у себя в комнатах?
– Акито! Что случилось?
– Накатоми был взволнован. Пожалуй, Сарумэ еще не видел, чтобы Садахару настолько ярко проявлял свои чувства. Он казался… удивленным?
– Нужен врач. Сейкатсу заблокирована, такими темпами он умрет.
Ками молча взирали на Данте, истекающего кровью, на руках у Акито.
– Здесь никого нет. Только в лазарет, - произнес Садахару. Он бегло осмотрел Данте.
– Кровоостанавливающее пробовал?
– При таких условиях хватит только на внешние повреждения. Я не стал, кровь может заполнить легкие, будет… хуже.
Кровь восстанавливается с помощью Сейкатсу, но если она заполнит легкие, то станет все тем же "посторонним предметом", который будет мешать нормальному восстановлению. Акито все же неплохо разбирался в специальной медицине. (прим.автора: специальная медицина - раздел медицины, в которой лечат ками)
– Хорошо. Идем, - кивнул Накатоми, пропуская Акито с Данте на руках вперед. Он заметил, что его давешний знакомый Удзумэ находится в полубессознательном состоянии. И даже в этом бреду он старался как можно теснее прижаться к бывшему брату.