Девочка Лида
Шрифт:
Фантазия Иринки была неисчерпаема, и когда у нее недоставало готовых историй, она сочиняла их сама и с самым серьезным видом рассказывала Леве, о чем, например, сидя на крыше, сегодня спорили маленькие воробушки, про что думает в своей клетке ее канарейка.
– Ну, а о чем мечтает вон та ворона на заборе, может быть, ты и это знаешь?
– пошутил однажды Лева, указывая на большую черную птицу неподалеку от них, желая озадачить девочку.
Но Иринка не задумалась над ответом.
– Ох, у нее очень дурной характер, у этой вороны!
– серьезно
– Она со всеми птицами перессорилась и теперь завидует нам, потому что осталась одна и ее никто не любит!
Словно в ответ на эти слова, ворона пронзительно закаркала и, тяжело хлопая крыльями, поднялась с забора и улетела.
– Ты видишь, ты видишь, как она рассердилась!
– тихонько заметила Иринка.
– Это оттого, что мы догадались, а ей это ужасно неприятно!
Но Иринке, к сожалению, не всегда удавалось кататься с Левой вдвоем; иногда он запаздывал, и тогда на каток собиралась молодежь - гимназисты и гимназистки, его отзывали, нужно было каждую минуту раскланиваться, и все это им обоим очень надоедало.
II
Уездный городок Вельск, где жила семья Левы, был очень небольшой, и, разумеется, все местное маленькое общество отлично знало друг друга.
Гимназистки-подростки, восхищавшиеся Левой Субботиным как главным танцором и спортсменом в их кружке, были теперь крайне возмущены его дружбой с Иринкой.
– Нечего сказать, нашел себе компанию!
– презрительно поджимала губки хорошенькая Милочка Назимова, слывшая первой красавицей среди подруг по гимназии.
– Терпеть не могу эту Чернушку, даром что маленькая и все молчит, а посмотрите, как она смело глядит в глаза! Чертенок этакий!
Сама Милочка была довольно полной блондинкой, почти одних лет с Левой, с прелестными ямочками на пухлых розовых щеках и с васильковыми глазами. Она ужасно возмущалась тем, что Лева не обращал на нее никакого внимания.
Милочка и на коньках-то начала бегать, главным образом, чтобы иметь случай ежедневно встречаться с Субботиным, и в душе надеялась, что он будет учить ее; но перспектива учить тяжеловесную и не особенно ловкую Милочку нисколько не прельщала Леву; он предпочитал по-прежнему отмеривать голландским шагом каток вместе с Иринкой и оставался совершенно равнодушным ко всем улыбкам своей хорошенькой поклонницы. Зачастую она нарочно притворялась, что ужасно боится, то и дело вскрикивала и подзывала Субботина на помощь...
Это страшно надоедало и Леве и Иринке; темные глаза ее становились совсем черными и мрачно устремлялись на Милочку.
– Какая противная девчонка!
– не утерпела она однажды.
– Я не хочу больше, чтобы ты катался с нею!
Мальчик с удивлением поглядел на Иринку; он никогда еще не видал ее такою сердитой.
– Что с тобою, Черный Жук, почему я не должен кататься с Милочкой? Она наша знакомая и бывает у нас, ее мама обидится, если я буду невежлив с нею.
Иринка ничего не ответила, но только стала ужасно молчалива, и всякий раз теперь, когда Лева болтал
Однажды был праздник; дети в гимназию не пошли, а так как на дворе стояла ясная и довольно мягкая погода, то понятно, что вся молодежь собралась на катке, где к тому же в этот день ожидалась музыка.
Лева тоже пришел.
Милочка уже ждала его. Ради праздника она надела бархатную голубую шапочку, отделанную белым пухом, на шею повязала такой же голубой шелковый шарфик, выпросила у матери пару новеньких светлых перчаток и была уверена, что на этот раз затмит всех подруг изяществом.
Милочка уже несколько раз пробегала мимо Левы, грациозно наклоняя голову и посылая ему самые очаровательные улыбки, но Лева и не думал следовать за нею.
Он оставался у эстрады, где играла музыка, медленно прилаживая свои коньки и нетерпеливо поглядывая на улицу в ожидании Иринки.
Почему-то она сегодня немного запоздала, а мальчик так привык к своему маленькому другу, что ему явно не хватало его.
Милочка наконец не вытерпела.
– Кого вы тут поджидаете, Левочка?
– насмешливо спросила она.
– Уж не вашу ли Чернушку?
– Да, я жду Иру, что-то долго нет ее сегодня, - откровенно ответил мальчик.
– Ну, вот тоже охота ждать ее, не пропадет она, ваша Ира, сделаем лучше один тур со мною, вы еще не хвалили меня за успехи!
Лева неохотно подал ей руку, и они быстро помчались вперед...
– Ну что, разве не удобнее кататься с ровесниками?
– спросила немного погодя Милочка, нагибаясь к нему и всеми силами стараясь обратить внимание Субботина на ее голубую бархатную шапочку.
– Правда ведь, гораздо удобнее?!
– Пожалуй, удобнее, - равнодушно согласился Лева, - но зато Ира лучше вас всех катается и при этом умеет бегать голландским шагом, чего ни одна из вас не умеет.
Самолюбивая Милочка даже покраснела с досады и сердито закусила губки. "Противный, противный цыганенок!" - мысленно возмущалась она. Ну почему Лева предпочитал эту девчонку? Милочка была готова отколотить бедную Иринку.
А "цыганенок", словно нарочно, как раз появилась в эту минуту у входа, и девочка уже издали делала знаки Леве, призывая его помочь ей надеть коньки, так как она привыкла, что он всегда это делал.
– А вот и Черный Жук!
– обрадовался Субботин.
– А я-то горевал, что она не придет сегодня!
И, не обращая более внимания на Милочку, Лева быстро покатил навстречу своему маленькому другу.
Милочка Назимова видела, как радостно повисла у него на шее Иринка, как затем он бережно усадил ее в кресло, а сам стал на колени и начал прилаживать ей коньки... и Милочке стало еще досаднее. С этой минуты она уже окончательно невзлюбила "чернушку".
А между тем на катке становилось все оживленнее и оживленнее, музыка так и гремела, молодежь разбрелась попарно в разные стороны и теперь, взявшись за руки, весело неслась под звуки вальса по гладкому, блестящему льду.