Девочка Дикого
Шрифт:
После чего весь ужин мы говорим обо всем и ни о чем, а когда приходит время платить, Дикий встает, помогает мне подняться и собирается просто уйти.
Я уже успеваю подумать о том, что ужин просто запишут на счет мужчины, но администратор останавливает нас почти у выхода и просит Дикого подойти на кухню, чтобы обсудить с шеф-поваром новое меню. Так я узнаю, что ресторан тоже принадлежит мужчине.
Дикий хочет забрать себя с собой на кухню, но я предлагаю подождать его на первом этаже за столиком. Он, немного подумав, соглашается, после чего говорит
Вот только посидеть одной у меня не получается. Не проходит и минуты, как ко мне подсаживается мужчина, в котором я сразу же узнаю… своего отчима.
Глава 26
Смотрю на мужчину передо мной. Синяки на его лице почти сошли, остались только желтые пятна. Рана на брови затянулась, от нее осталась только едва заметная корочка. Трещины на губах, видимо, давно зажили. Да и вообще, отчим выглядит очень даже прилично: в черных брюках, белой рубашке, с русыми волосами, зачесанными назад. Похоже, приоделся, чтобы его пустили в ресторан.
— Настя… — начинает он, но я взмахом руки его прерываю.
— Убирайся, — цежу сквозь стиснутые зубы, пытаясь справиться со злостью и обидой, клокочущей в груди.
Отчим сводит брови к переносице.
— Настя, — добавляет голосу строгости, из-за чего бесит меня еще больше. — Я, вообще-то, пришел помочь.
— Помочь?! — возмущение так и плещется из меня. — Помочь?! — повышаю голос, но сразу одергиваю себя, когда понимаю, что привлекла к нам лишнее внимание.
Хотя какая разница? Пусть все слышат. Нужно вообще найти Дикого, чтобы он разобрался с отчимом.
— Да, я собираюсь помочь тебе вырваться из лап этого монстра, — в глазах отца мелькает огонь ненависти.
— А ты не опоздал? — складываю руки на груди, откидываясь на спинку диванчика.
Я всегда уважала отчима, даже была благодарна ему за то, что он заботился о маме до самых ее последних дней. Но когда он без сопротивления оставил меня Дикому, не зная, что этот жесткий мужчина может со мной сделать, во мне что-то оборвалось. Все теплые чувства к отчиму растворились в горечи обиды и боли, которую мне пришлось пережить, пока я не поняла, что Дикий не такой уж плохой, как может показаться на первый взгляд.
— Настя, — лицо отчима разглаживается, мгновение, и на нем появляется горестное выражение. Это происходит так быстро, что я теряюсь. Видимо, отчим видит изменения во мне, поэтому решает воспользоваться ситуацией и начинает быстро оправдываться: — В тот день я не мог помочь тебе. Правда, не мог. Их было так много, а я был один. Чтобы я сделал? Ты же видела, в каком я был состоянии. Чтобы я сделал? Но сейчас я могу вытащить тебя из лап Дикого, только ты должна мне помочь.
На последней фраза мои брови взлетают, в груди начинает неприятно печь.
Вроде бы я не должна удивляться, что отчиму что-то от меня нужно. И уж точно это не должно меня задевать. Но, похоже, эмоции берут надо мной
— Помочь? — спрашиваю, чувствуя, как напряжение разливается по телу.
Отчим, явно, что-то задумал. И хорошо бы понять, что именно.
Мужчина замечает, что я внимательно слушаю, поэтому быстро оглядывается по сторонам, пододвигается к столу, нависает над ним.
— Ты же идешь завтра на открытие казино? — понижает голос до едва слышимого.
Желудок тут же скручивается в тугой узел. Сужаю глаза. Медленно киваю.
Отчим расплывается в широкой улыбке. Облегченно выдыхает.
— Именно там я и помогу и выбраться из заключения, — протягивает ко мне руку открытой ладонью.
Смотрю на нее так, словно она отравлена, и даже не думаю прикоснуться. Поднимаю взгляд на отчима, заглядываю ему в глаза и не вижу ничего. Последнее время мы мало общались, очень сильно отдалились после «ухода» моей матери. Но я и не думала, что за какой-то год человек может так измениться. Жизнерадостный мужчина превратился в бездушную оболочку.
Только сейчас осознаю, что, присматривая за мной, отчим просто отдавал долг моей матери. Если бы не обещание, он, скорее всего, уже давно отказался бы от меня.
Но я бы никогда не подумала, что мужчина, который когда-то заменил мне отца, захочет меня использовать. В его благородство не сильно верится. Тем более, в памяти всплывает разговор двух охранников Дикого. Неужели, эти трое успели спеться?
Мелкая дрожь сотрясает тело.
— Что от меня требуется? — спрашиваю аккуратно.
Нужно же знать о планах «на меня».
Отчим какое-то время подозрительно смотрит на меня, после чего все-таки забирает руку и забирается в карман брюк. Достает оттуда телефон, кладет его на стол и подталкивает ко мне.
— Ничего особенного, — откидывается на спинку диванчика, расслабляясь. — Просто откроешь нужную дверь, я пришлю в сообщении, какую именно. И получишь желанную свободу.
— То есть, ты хочешь сказать, что я смогу просто уйти? — выгибаю бровь. — Ты же понимаешь, что Дикий меня в любом случае меня найдет?
Отчим хмыкает.
— По этому поводу можешь не переживать, — в его глазах появляется зловещий блеск. — Откроешь дверь и пойдешь, куда глаза глядят. Сможешь вернуться к своей обычной жизни, вернуться в университет, жить спокойно. А Дикий останется для тебя страшным сном. Разве ты этого не хочешь? — отчим сужает глаза, какое-то время пристально смотрит на меня, прежде чем резко выпрямить спину и оглядеться по сторонам, словно вспоминает, что в любой момент может появиться Дикий и поймать его с поличным. Но, видимо, не находит ничего подозрительного, поэтому возвращает свое внимание ко мне. — Я обещал твоей маме, что позабочусь о тебе, и не откажусь от него. Но если хочешь, дам тебе слово тоже — если ты откроешь дверь, Дикий тебя больше не побеспокоит. Обещаю, — в голосе отчима столько уверенности, что мне становится страшно.