Девочка Дикого
Шрифт:
У меня так много было вопросов к мужчине, но они все, словно по щелчку пальца, исчезают из головы.
Вот только стоит сделать парочку коротких вдохов, как одна мысль все-таки появляется. Она настолько яркая, что у меня не получается удержать ее в себе:
— Где твои родители? — выпаливаю и сразу жалею.
Дикий на мгновение замирает, после чего отрывает взгляд от окна. Пронзительно смотрит на меня.
В стальных глазах Дикого отражается настоящая тьма.
Глава 25
Молчание
В любом случае, это не сильно важно, потому что от меня не скрывается, что тьма в глазах Дикого становится гуще. Его черты лица заостряются, ноздри раздуваются. Сам же мужчина напрягается настолько, что я вижу, как у него на руках под кожей играют вены.
Желудок скручивает с такой силой, словно его канатом перевязали.
Какая же я все-таки дура! О чем думала, когда задавала настолько личный вопрос? Дикий — непростой мужчина, которого можно спрашивать, о чем угодно. В какой момент, я об этом забыла? Главное, чтобы расплата не ждала меня “за поворотом”.
— Прости… — бормочу, опуская глаза на стол.
Слышу, как Дикий шумно втягивает в себя воздух. Прикусываю щеку, жду того, что мужчина меня отчитает или скажет хоть что-то, но возле нашего столика мелькает светлое пятно. Стоит мне поднять голову, сразу замечаю высокого, светловолосого парня-официанта, который останавливается возле нас и ставит две стеклянные бутылки с водой на стол. Собирается открыть, но Дикий одним взмахом руки показывает, чтобы тот уходил.
Парень лишь кивает и скрывается из вида.
— Ты же знаешь, кто я? — произносит мужчина, когда тянется за бутылкой.
Хмурюсь, не сразу понимая, что он имеет в виду. Но, когда до меня доходит, жар опаляет щеки. И вместо того, чтобы ответить, я просто киваю.
Отворачиваюсь к окну, слыша смешок.
— Тогда все будет проще, — слышу резкий щелчок, а потом шипение, оповещающее о том, что Дикий одним движем открыл бутылку. — Моих родителей убили, — он произносит настолько спокойно, что требуется пару мгновений прежде чем я осознаю сказанное.
Мои глаза распахиваются, а из легких выбивает весь воздух.
— Ч… что? — медленно возвращаю взгляд к Дикому, сцепляя пальцы на коленях.
— Мой отец в девяностые был еще той шишкой, — мужчина тянется через стол к моему бокалу, наливает в него воду.
Размеренное бульканье, как и пузырьки, взрывающиеся на стеклянных стенках, не помогают успокоиться. Сердце несется с такой скоростью, что его стук отдается в ушах. Во рту пересыхает, горло сжимается. У меня едва получается протолкнуть в легкие воздух, не говоря уже о том, чтобы вздохнуть полной грудью.
Все мое внимание сосредотачивается на мужчине передо мной, который уже наливает воду в свой бокал.
— На самом деле, его история настолько прозаичная, какой только может быть. Папа перешел дорогу не тем людям, поэтому в их с мамой машину подложили
Из меня в очередной раз выбивает воздух. Дикий так просто говорит о потери родителей, будто его это не волнует. Или он уже пережил все произошедшее?
Приходится с силой стиснуть челюсти, чтобы не задать следующий вопрос, который рвется из меня. Видимо, Дикий замечает мои метания, потому что уголок его губ ползет вверх.
— Друзья отца, — произносит он, прежде чем сделать глоток воды.
Хмурюсь, не понимая, о чем речь.
— Ты же хотела спросить, как я попал в не совсем законный бизнес, — поясняет он, откидываясь на спинку кресла. Смотрю на мужчину, хлопая глазами. Откуда он знает, о чем я думала? — У тебя все на лице написано, — хмыкает Дикий, снова отвечая на мой вопрос.
Щурюсь.
Может, он читает мысли?
«Три, пять, восемь», — считаю про себя, проверяя Дикого на сверхспособности.
А уже через пару мгновений подавляю желание ударить себя по лбу. Не потому что не верю во сверхъестественное, скорее из-за того, что Дикий — не идиот, чтобы так просто спалиться.
И судя по широкой улыбке, появившейся на лице у мужчины, он это прекрасно понимает.
Черт!
— Ты такая… — на мгновение прерывается, словно подбирает слово, — …милая, — произносит он так неожиданно, что я застываю на кресле. — Я могу тебя читать, как открытую книгу.
— Я не простушка! — насупливаюсь.
— Я этого не говорил, — усмехается Дикий. — Просто сказал, что легко считываю твои эмоции, — ненадолго замолкает. Всматривается в мое лицо, из-за чего жар со щек распространяется на шею. Кажется, что он хочет запомнить каждую мою черточку, каждую мимическую морщинку. Но исследования Дикого длится всего пару секунд, после чего он снова делает большой глоток, так и не оторвав взгляд от меня. — Еще вопросы? — спрашивает, когда глотает.
— Чем ты занимаешься? — немного подумав, задаю следующий по важности вопрос.
Если Дикий дал мне карт-бланш, нужно им пользоваться.
Спустя пару минут нам приносят едят еду, а я узнаю, что у Дикого вполне законная частная охранная компания. Он обеспечивает безопасность разных учреждений от частных до правительственных, а также предоставляет охрану на важные мероприятия, в том числе подпольные. На этом информация, которой Дикий решает со мной поделиться, заканчивается.
И тема плавно переходит на меня.
Рассказываю, что мама умерла, живу с отчимом. Не забываю упомянуть, что поступила в медицинский вуз, но тут же поникаю, поняв, что меня, скорее всего, отчислили за прогулы. Дикий, выпытав причину, из-за которой я резко загрустила, сказал, чтобы не волновалась — он разберется. И… я ему поверила.