Девичник после развода
Шрифт:
– Зеленый чай. С медом, – ответил Макс. – Говорят, хорошо помогает после девичников, – послал Максим Лизе неотразимую улыбку. – Если захотите чего-то больше, то я буду у себя, – еще шире улыбнулся Боровский и уверенно прошел в кабинет. Но перед тем, как прикрыть дверь, босс высунул в приемную дурную голову и с интересом посмотрел на смущенную девушку. – Мой стол к вашему распоряжению, – заржал Боровский и бодро захлопнул дверь до того, как ее достиг карандаш, метко брошенный раздраконенной Лизочкой.
– Шут какой-то, а не босс, – хмыкнула Лиза, вцепившись в спасительный стаканчик зеленого
Стрелки на часах ползли неумолимо к обеду, и бедная Лизочка уже предвкушала очередную встречу с Боровским. Но кому-то определенно не хватило выдержки – и встреча состоялась раньше.
– Нет. Так продолжаться не может, – Лизочка сорвалась со своего места и фурией влетела к Максу Боровскому. – Максим Викторович – вы хам и интриган! – с порога заявила девушка, так не вовремя застукав Максима Викторовича за просмотром пикантного видео. – Вам что меня было мало?! – взвизгнула Лиза, осознав, чему так самозабвенно предается Макс в своем шефском логове – такого от Боровского она точно не ожидала.
– Вы ревнуете? – ничуть не смутился Макс. Босс быстро справился с брюками и уже стоял возле Лизочки, преодолев немаленькое расстояние за считанные секунды. Лиза, оказавшись нагло зажатой между Максимом и дверью, испытала чувство эйфории. Она вспомнила, как совсем недавно, Макс не позволял ей пройти у кабинета Миши. Неумолимый пожар возник между ее ног и поднимался выше удушливой волной – потеплело в животе, затем щекочущие тепло разлилось по груди и достигло лица, вызвав на нем яркий румянец.
– Еще чего? – не сдавалась Лиза, она трепыхалась всем телом, не понимая, что еще больше заводит несносного босса. – Уберите от меня свои руки! – зашипела Лиза, когда Максим не смог удержаться и до боли сжал аппетитное бедрышко секретаря.
– А вчера вы просили не останавливаться, – Боровский привлек к себе Лизочку и стал искать ее нежные губы, чтобы отблагодарить девушку за вчерашнее. – Что ты делаешь?! – пришло время кричать Максиму. Он приложил ладонь к своим губам, пытаясь остановить кровь. – Совсем с ума сошла! – выругался Максим Викторович, позволив секретарше упорхнуть из почти захлопнувшейся ловушки.
Глава 17. Лизочка, Макс, аптека
Максим Викторович упорно изменял своей блудливой натуре целых две недели. Целых две недели Лизочка могла наслаждаться отсутствием домогательств со стороны шефа, могла, но не наслаждалась. Ей казалось, что все в этом мире против нее, даже собственный организм.
Каждое утро Елизаветы Артемовны начиналось с зеленого чая и унылого просмотра новой корреспонденции, а затем личный помощник Боровского неслась в туалет, чтобы избавиться от выпитого минутой раньше. Лизе постоянно хотелось спать, плакать и кого-то прибить, например Макса Боровского.
– Лиза, с вами все хорошо? – испуганно переспросил Макс, когда увидел вместо сексапильного секретаря грустную панду. Потекшая тушь гармонично сочеталась с синяками под глазами. Тем временем раздосадованная Елизавета Артемовна жевала зеленый толстый стебель. На проверку он оказался не бамбуком, как сначала подумал Максим Викторович, а обычной вареной спаржей.
– Есть сомнения?! – сразу завелась Лизочка, сверля Максима презрительным взглядом.
– Вообще-то есть, –
– У меня нет времени на всякие глупости! – нахохлись Лизочка. – С таким боссом не то, что в зеркало не посмотришь, в туалет лишний раз не выскочишь, – Елизавета демонстративно уткнулась в журнал, показывая тем самым, что разговор окончен.
– Это чем вам босс не угодил? – искренне удивился Макс Боровский. – Вы же, моя дорогая, в туалете чаще бываете, чем за компьютером. Никак приключения там ищите! – не думая, чем обернется для него последняя фраза, выпалил босс.
– Приключения? Какие еще приключения? – Лиза медленно поднялась и подошла к Максиму с такой решительностью, что Боровский инстинктивно отпрянул к двери. А Лиза продолжала напирать на босса, пока не приблизилась к нему вплотную.
Боровский рисковал пасть в неравном поединке, если бы не его природная изворотливость – Макс ловко поменялся с Лизочкой местами, и теперь секретарша вжимала в деревянную поверхность выступающие лопатки. Максу определенно надо было подумать о том, чтобы обтянуть дверь чем-то мягким – уж больно часто Боровский прижимал к ней Лизу.
Руки Лизочки предательски ослабли, и журнал, выскользнув из них, с грохотом упал на пол. Макс нетерпеливо схватил Лизу за запястья, вырвав из ее груди крик боли. Чтобы успокоить девочку, Боровский прильнул к нежным губам и наградил Лизочку жарким поцелуем, от которого у нее могло снести голову – ведь убегала Лиза от Боровского так, словно ничего не видела, сбивая попадающие на пути стульчики и пугая вышедших на шум коллег.
– Можете возвращаться к себе! – прикрикнул на подчиненных шеф. – Елизавета Артемовна плохо себя чувствует, – пресек любопытство Максим, недостаточно хорошо скрывая раздражение – еще никто после его поцелуев не мчался прожогом в туалет. Разве что, чтобы освежиться перед горячим соитием. Но чтобы, простите, блевать… Самолюбие Макса было жестоко поругано.
Лиза ползла домой зверски голодной и раздавленной. Головная боль снова дала о себе знать, и Лизочка завернула за угол, где, в тени деревьев, стояла небольшая аптека. Лизка старалась придерживаться левой стороны, игнорируя яркие коробки с детским питанием, бутылочки и соски с мишками и пчелками. Лиза столько времени провела за их рассматриванием, когда жила с Мишей, что теперь, оставшись одной, старалась не рвать себе сердце.
– Что-то от головной боли, – бросила девушка, гуляя взглядом по витрине с презервативами. – И коробочку вот этих, – Лиза ткнула пальчиком в первые попавшиеся резинки, ничего не смысля в их надежности – вначале сексуальной жизни Лизочки контрацепцией занимался Михаил, а в последнее время они вовсе не предохранялись.
– Это, конечно, не мое дело, – заговорщицки зашептала аптекарь, – но если вы будете такие покупать, таблеток стоит взять побольше – головной боли с ними не оберетесь. Какой размер у вашего партнера? – спросила девушка, не понимая, что ставит этим вопрос Лизочку в неудобное положение.