Дева дождя

Комарницкий Павел Сергеевич

Сам хозяин кабинета сидел в массивном кресле, обитом чёрной кожей, и смотрел на большие напольные часы, лениво ворочающие массивным маятником. Тик-пауза-так… тик… так… Лицо человека было мертвенно бледным, и даже в полутьме кабинета он не снял чёрных очков.

Длинная стрелка часов передвинулась скачком, слившись воедино с короткой, и часы ожили, гулким медным боем возвещая наступление полуночи. Боммм… бомммм… Тринадцатый удар затихал особенно долго.

Бледнолицый взял новую свечу, чёрную, как уголь, и зажёг от одной из прежних. Вставил в теменное отверстие черепа и принялся нараспев

читать заклинание ровным, безликим голосом. Слова нанизывались одно на другое, точно бусины на нить, и по мере чтения в кабинете становилось всё мрачнее. Внезапно пламя свечей вытянулось и погасло – все тринадцать потухли разом. Обычно в таких случаях говорят "будто задутые порывом ветра", но ни малейшего движения воздуха в кабинете не ощущалось. Так гаснут свечки, помещённые под стеклянный колпак, когда пламя задыхается от отсутствия кислорода.

Зато тёмный шар осветился изнутри мертвенным синеватым светом, явив взору изображение металлической головы.

– Успеха и благополучия, о мой господин!

– И тебе того же, Ждущий Своего Часа. Докладывай.

– Прежде всего, нам удалось достать вещь с отпечатком её ауры.

– Что именно?

– Троллейбусный билет. Мелочь, но…

– Неважно. Для гончих будет достаточно. Далее?

– Куплены железнодорожные билеты до Куйбышева. Трое, в одном купе. Разумеется, на чужие имена. Ещё три билета куплены на проходящий поезд, притом только до Сызрани. Естественно, на другие имена. Но я полагаю, и то и то просто отвлекающий маневр на случай слежки. Они доберутся до Проклятых Скал без всяких билетов… и заодно попробуют уловить наших наблюдателей.

– Ты молодец, Ждущий. Всё так. И всё же не оставляет меня мысль, что не всё тут просто.

Пауза. Бледнолицый почтительно ждал, когда вольфрамовый голем продолжит свою мысль.

– Ответь мне на один вопрос. Почему они не пошли через Верхние Миры?

– Потому что её точка сборки – здесь, в Энрофе.

Пауза.

– Возможно. Однако для надёжности усиль наблюдение за Неразрушенным.

– Хорошо, о мой господин.

– Мы должны исключить всякую возможность незаметного проникновения.

– Могу ли я высказать свои соображения, о мой господин?

– Это твоя обязанность – мыслить.

– Мне кажется, это весьма нелогично. Путь от Инфры до Соморры через весь Агр…

– Вот именно поэтому. Они могут решить так же. И на этом построить план.

– Как скажете, мой господин. Я сегодня же выставлю свежих наблюдателей.

– Будь начеку. До связи.

…

Дом выглядел странно, будто зарос кочками зеленовато светящегося мха. Горчаков осторожно тронул пальцем непонятную дрянь и тут же отдёрнул руку. Палец онемел, будто под воздействием новокаина. М-да… Надо быть осторожнее.

Вообще здешняя Соморра выглядела убого. Ни одного здания выше трёх этажей, на улицах слежавшаяся пыль… Вероятно, таким был город-матрица где-то во времена Островского, когда по улицам делали променад Дикие и Кабанихи. Узнаваема была лишь тюрьма, только в этом мире она, похоже, не была тюрьмой. Впрочем, от данного заведения Алексей держался подальше и разглядеть детали не мог.

Убежище…

Страж Грани выразился достаточно ясно: убежище имеет "крест наверху". Стало быть, церковь? Ну не завод же, в самом деле… Однако найти таковую в кромешной тьме было непросто. Вообще практически единственным освещённым зданием тут, в Агр-Соморре, была та самая тюрьма-острог. Если не считать источниками света вот эти кочки потустороннего мха.

Входная дверь в доме оказалась выбита словно тараном. Осторожно войдя внутрь, Горчаков осмотрел помещение. Потемневшие от времени деревянные стены, на полу слой пыли, как в лунном кратере… И пятна светящейся плесени по углам. О, а вот это сгодится…

Подобрав кованую железную кочергу, валявшуюся за печкой, Алексей продолжил обход строения. Одна лесенка вела в полуподвал, вторая наверх. Постояв, он осторожно двинулся наверх, стараясь ступать бесшумно.

Лестница упиралась в узенькую дверцу, очевидно, ведущую в мансарду. Эта дверь также носила следы грубого взлома, но по крайней мере держалась на петлях. Вообще, складывалось впечатление, что кто-то нарочно уничтожал все потенциальные преграды на пути – ни одной целой двери…

В темноте чердака-мансарды метнулась какая-то тень.

– Кто тут?! – диким голосом спросил Горчаков, холодея.

– Я… я это… – и невидимый собеседник судорожно всхлипнул.

…

– …У-у-у… Как всё серьёзно-то…

Йорген смотрел в окно, то и дело подворачивая окуляры небольшого лупоглазого бинокля.

– А вон и второй на морозе топчется…

Ангел выглянул из-за спины друга, всмотрелся в окошко, за которым разгорался новый день.

– Что ж… Не зря мы ночевали здесь, у Вайры.

"Теперь к "Васику" открыто не подойти. То есть можно, но там уже будут ждать" – счёл необходимым пояснить рыцарь, перехватив взгляд девушки.

– Ладно… Пойдём трудным путём. За мной!

Без лишних слов Йорген направился к центру помещения. Осмотрев, обошёл кругом, потопал ногой. Отодвинул какой-то письменный стол.

– Вот тут, я полагаю, удобнее будет. Древнее метро на пешеходной тяге – самое то для нас сегодня.

Марина озадаченно разглядывала пол. Где люк?

– Ну сама подумай, какой тут может быть люк? Да если бы тут был люк… Давно бы под погреб приспособили, или под выгребную яму товарищи из всяких вопииков.

Тон Аги не оставлял сомнений, что именно так всё и случилось бы.

– А как мы тогда туда попадём?

– Как всякое порядочное привидение, разумеется, – улыбнулся рыцарь. – Провалимся сквозь землю.

Марина смотрела на пол с большим сомнением. Нет, сквозь стены там, в тонких мирах, она проходить худо-бедно научилась… Но здесь, в плотном мире, да ещё сквозь пол…

"Разница существенная, не спорим. Но не принципиальная. Ага, покажи"

Ангел вздохнул, поднял руки над головой, точно прыгун с трамплина перед прыжком… и провалился сквозь пол, точно это был глинистый кисель.