Дева дождя

Комарницкий Павел Сергеевич

– Вот и солнце село… – Агиэль смотрел в окно, за которым пламенел закат на полнеба. – Когда видишь заход солнца, попрощайся с ним, ибо никто не знает, увидит ли он восход…

– Что за декаданс, Ага? – герр рыцарь раскатывал спальные мешки поверх уложенных прямо на пол пенополиуретановых ковриков, какими обычно. пользуются разные туристы-альпинисты. – Давайте-ка проверим инструменты и баиньки. Свет мы зажигать не будем, уж извини, Мариночка. И вообще никакого лишнего волшебства тут. Бережёных и Бог бережёт.

На конторском столе были разложены предметы, которые даже на неискушённый взгляд выглядели

волшебно. Амулет, жезл, увенчанный богатым навершием с громадным камнем – не то голубым карбункулом, не то топазом – какой-то фонарик с рубчатой оплёткой…

"Это и правда жезл. Личный магический жезл герр Йоргена. Он подчиняется только ему, намного увеличивая магическую силу в ряде… ммм… боевых приёмов"

Йорген взял в руки "фонарик", и стало очевидно – это рукоять оружия, настолько характерно и удобно лёг предмет в ладонь.

"А вот это меч. Смотри внимательно!"

Из рукояти выплыла крохотная зелёная искра, отлетела на пару метров и зависла. Рыцарь шевельнул череном "меча" – искорка выписала в воздухе затейливую фигуру, как на экране осциллографа.

"Этот огонёк обозначает конец лезвия. Само лезвие – тончайшая нить, её даже в микроскоп не видно. Режет всё, включая алмаз. Попробуй"

Девушка осторожно взяла в руки волшебный меч, повела в сторону…

"Аккуратней!"

Но было поздно – соседний письменный стол с грохотом развалился на две неровные половинки, срезанные наискосок.

– Ой… Я не хотела…

Йорген мягко отнял у Марины опасную игрушку. Зелёный светлячок скакнул в рукоять и исчез.

– Пустяки, переживут, – Агиэль взял в руки крупный кулон на серебряной цепочке. – А вот это тебе. Примерь. И браслеты. Мама Элора сама делала.

Браслеты, достойные лучших индийских танцовщиц или коронованных особ, легли на запястья и щиколотки неожиданно плотно и удобно, будто приросли к коже тонким серебряным узором. Марина почувствовала лёгкий озноб. Она лишь несколько раз попробовала эти "ручные усилители"

"Боевые браслеты – не шутка" – понимающе кивнул ангел. – "Жаль, что нельзя опробовать их прямо сейчас. Шуму будет много"

В мозгу Марины возникла отчётливая картинка – храм Варвары разваливается, как песочный замок. Смешная шутка, ага…

– Давайте-ка спать, – Йорген демонстративно зевнул. – Завтра воскресенье… трудный день.

…

Огненные цветы в массивных платиновых вазах зловеще рдели, точно россыпь углей, провожая гостя пристальными свирепыми взглядами. Решётки на окнах состояли из косо перекрещенных огненных лазерных лучей, и каждый луч словно готов был ударить, рассадить на куски неподатливый вольфрам. Стальные истуканы замерли в немом молчании, готовые без слов ринуться, скрутить… Весь дворец дышал жаром, будто кузнечный горн. Открытой и явной угрозой.

– Успеха, господин Алмазный Голем.

– Успеха, господин Вольфрамовый Голем. Великий

Игва ждёт вас.

Ворота дрогнули и разошлись, давая гостю дорогу – словно в зев плазмотрона, где бесследно испаряется любой металл.

– Докладывай, – огненный монстр на троне полыхал, точно пламя в мартене.

– Новое осложнение, мой господин. Объект опустился в Агр.

– Детали.

– В камере, где он находился, помимо штатных провокаторов из числа узников был размещен волгр, которому придали внешний облик, примерно схожий с обликом прокормителей. Для создания соответствующей психологической обстановки, обычное дело… Он во время планового ежедневного побоища не сдержался, оглушил объекта и выпил. Прямо из сердца… Нужны более тонкие подробности?

– Более тонкие? – голос Друккарги был страшен. – Так. Безмозглую тварь – в небытие. Всех, кто был в камере, на гаввах со списанием, вне зависимости от степени готовности. Золотого болвана раскатать в фольгу, пустить на облицовку дверей. Частями! Тебе ещё одно предупреждение. Ещё по теме?

– Она вернулась в Энроф. Разумеется, как и можно было предположить, вся история с мотоциклом – отвлекающий маневр… Обратно она доставлена тихо, на закрытой машине. Если бы не тамошние технические средства наблюдения, вполне могли пропустить…

– Зачем эти подробности? Когда она выйдет к нам? Состав группы?

– Состав, очевидно, прежний. Выйдет, очевидно, через день-два, иначе бы не вернулась. Успокаивает родителей, готовит и прочее… Важная деталь – либо ей известно, что за ней следят, либо она, по крайней мере, это подозревает.

– Аргументы?

– Разговор с родителями, предваривший возвращение домой, шёл не с обычного телефона и в необычном режиме. Обычный "жучок" – так называют люди подслушивающее устройство – ничего не услышал. Только специальный зафиксировал разговор. И сам разговор свидетельствует…

– Ты сильно рискуешь.

– Я знаю, мой господин. Я не мог скрыть этого прискорбного факта. Если ты решишь, что я буду полезней в виде бруска вольфрама – воля твоя. В любом случае это лучше, чем полное небытие, каковое неизбежно для каждого, кто попытается обмануть Великого Игву Друккаргу.

Огненный монстр громыхнул инфразвуковым смехом.

– Ты прав, мой верный слуга. Ладно. Свободен!

Алмазный секретарь работал сразу на двух клавиатурах, мерцая изнутри лазерными сполохами.

– Всё благополучно, господин Вольфрамовый Голем?

– Вполне! – голос главы Особой Службы был твёрже вольфрама, из которого он состоял.