Детоубийцы
Шрифт:
Глава 19
Руссо туристо
– И что дальше? – спросил Приходько, когда Белов закончил свой рассказ.
– А дальше нам всем крышка, – сказала Джезла, долго хранившая молчание в углу гостиничного номера. – Убит не простой полицейский, а майор, да еще человек Тананзе. Они этого так не оставят.
– Помолчи, женщина. – Глядя Белову в глаза, Приходько повторил свой вопрос: – Что дальше?
– Для начала перевоплотимся в бэкпэкеров.
– Это еще кто такие? Ребята типа пикаперов?
– Нет, –
– Ага, – сказал Приходько, – понял. Впечатления от девушек?
– От путешествий.
– Зачем?
– Ну, такие уж они люди, – сказал Белов. – Заядлые туристы. Знаешь, из той породы, которые не меняют одежку, ночуют в разных сомнительных приютах и питаются чем бог пошлет, лишь бы повидать дальние страны.
– А, – протянул Приходько. – Неопрятные такие типы с рюкзачками за спиной.
– Вот-вот. Кстати, рюкзачки нам не помешают. Ну и соответствующая экипировка. Ни одна собака нас не опознает, особенно если мы будем вести себя непринужденно и хлестать пиво из банок.
– Против пива я не возражаю. – Приходько протянул Джезле несколько купюр. – Отправляйся за покупками. И подойди к делу с выдумкой.
– Мне это не нравится, – заявила она, вставая.
– Тогда убирайся на все четыре стороны, – предложил запорожец.
– Эта идея мне нравится еще меньше, – сказала Джезла и испарилась.
– Честно говоря, – медленно произнес Белов, – на твоем месте я бы не ввязывался.
– Я уже ввязался, – оборвал его Приходько. – Что ты еще придумал? Выкладывай. Уверен, что это будет что-то нестандартное.
Достав визитку водителя министерского «Линкольна», Белов вкратце обрисовал свой замысел.
– Эрик Мамунья доставит нас хоть в пекло, – сказал он, – лишь бы ему хорошо заплатили. Расходы беру на себя.
– То есть, – проговорил Приходько, – ты предлагаешь сунуться прямехонько в осиное гнездо?
– Именно. Если ты откажешься, я не обижусь.
– Какой наемник откажется от столь восхитительной перспективы! Я ведь работаю на тебя, забыл?
– Помню, – вздохнул Белов. – И это здорово действует мне на нервы.
– Твои причитания тоже действуют мне на нервы, – сказал Приходько. – Мы мужчины или кто? Надеюсь, не напрасно прокатимся.
– Полной уверенности, что грузины все еще отсиживаются у Тананзе, у меня нет. Но шансы хорошие.
– Значит, попытаем счастья, – заключил Приходько, потягиваясь.
Очень пестрой была эта компания, рассаживавшаяся на великолепных креслах правительственного лимузина. Темнокожая красотка в драных джинсах и с яркой лентой на лбу. Голубоглазый парень в соломенной шляпе, великоватых сандалиях и ярких шортах по колено. Мужчина постарше, повязавший пиратский платок на голову и напяливший джинсовую жилетку прямо на голое тело. Наряд довершали разноцветные рюкзаки за плечами.
Увидав
– Куда едем?
Ему объяснили.
– Э, нет, – запротестовал водитель. – Так не пойдет.
– А если…
Приходько полез за пистолетом. Остановив его, Белов развил мысль:
– А если мы заплатим по двойному тарифу?
– По тройному, – отрезал Мамунья.
– Договорились, – сказал Белов. – Только по пути остановимся у банкомата.
Так они и поступили. Получив деньги, Мамунья повеселел и погнал лимузин по городу. Настроение у него было отличное. Гибель министра означала, что в ближайшее время водитель предоставлен сам себе, и «Линкольн» находится в его полном распоряжении. Если и дальше будут попадаться такие щедрые клиенты, то через неделю Мамунья станет обладателем подержанного авто, запишется в таксисты и станет свободной птицей.
В самом радужном настроении он вел лимузин по улицам, не обращая внимания на многочисленные полицейские патрули. Зато пассажиры всякий раз умолкали, разминувшись с полицейскими, не подозревающими, что мимо проносятся те самые люди, которых им было приказано искать.
Два поста повстречалось за чертой города, но лимузин с флажком так никто и не остановил. И все же расслабляться было рано. Самое трудное ждало впереди.
Они подъехали к решетчатым воротам, преграждающим путь в резиденцию Тананзе, без пяти минут час. Палило полуденное солнце, но внутри шикарного автомобиля было прохладно. Несмотря на это, Белов почувствовал, как струйка пота ползет вдоль его спины, когда Мамунья посигналил.
Волнение оказалось напрасным. Охранник в камуфляже лишь кивнул знакомому водителю и, открыв ворота, тут же уставился куда-то назад. Второй охранник не заглянул внутрь лимузина и не приказал опустить тонированные стекла. Внимание вояк с автоматами и дворовой челяди было приковано к армейскому вертолету, готовящемуся взлететь с центральной клумбы. Рокот мотора заглушал реплики зевак.
Никто не обращал внимания на пеструю троицу, выбравшуюся из лимузина, который тут же развернулся, чтобы покинуть территорию резиденции. Поднявшись первым по лестнице, Приходько улыбнулся темнокожему мужчине, стоящему у приоткрытой двери.
– Привет, – сказал он по-русски. – Классная рубаха.
– Что? – спросил мужчина. – Вы по какому вопросу?
– Сейчас объясним, – пообещал Приходько.
Схватив собеседника за промежность, он втолкнул его внутрь дома, где стиснул пальцы еще сильнее.
Издав стон, полный муки, мужчина в гавайской рубахе осел на пол. Его лицо моментально покрылось потом. Приходько сбросил рюкзак, достал оттуда пистолет с навернутым глушителем и выстрелил мужчине в сердце.
– Все равно был бы импотентом, – пояснил он спутникам. – Лучше смерть, чем такая жизнь.