Дети Судного Дня
Шрифт:
Хайделл торжественно ходил между рядами гнилых столов, но неожиданно он наклонился к ровно сидевшему Энди и интимно прошептал ему на ухо: «Принесите мел, пожалуйста!» Энди в этот момент рисовал в тетради автомобиль, взлетающий в воздух посредством взрыва из-под днища; застигнутый врасплох, он вздрогнул, натянуто улыбнулся.
— Извините, что вы сказали?
— Принесите мел, пожалуйста, — пробормотал Хайделл, как ни в чём не бывало продолжая лекцию.
Энди лёгким движением плеча скинул навалившуюся на него томно похрапывающую Софи; она упала влево, на презрительно скривившегося Молчуна, и невнятно
— Но самая главная проблема — быстродействие чипов. Увеличение тактовой частоты внутреннего тикера влечёт за собой усиленный нагрев процессора. Для уменьшения выделяемой теплоты понижается напряжение логической единицы, что, в свою очередь, увеличивает сбойность «железа», частоту появления ошибок.
Слово «ошибок» Хайделл произносил как «ошибокл».
— В общем, полупроводниковые процессоры имеют так называемый битовый барьер. Например, последний процессор «Гекстон», выпущенный четыре года назад, включает почти три миллиона транзисторов и имеет быстродействие буквально 20 миллионов операций в секунду. В прошлом году фирма представила усовершенствованный вариант — «Гекстон Плюс», имеющий соответственно параметры четыре миллиона транзисторов и 24 миллиона операций в секунду. Если вы сопоставите эти данные с законом Мура-Хайделла, то увидим наглядное отклонение от прогноза буквально не в лучшую сторону.
Профессор Хайделл равномерно ходил между столами, студенты послушно скрипели разнообразными пишущими средствами в тетрадях.
— Для нового скачка в производстве микропроцессоров необходимо новое, качественное изменение в технологии…
— Вы имеете в виду вакуумные процессоры? — подал голос высокий студиозус, Фелорет Лекс, чёрные волосы которого стояли дыбом и создавали впечатление ещё большей вытянутости его вверх. Лекс был псевдодигом, а Фелоретом его назвали родители в честь одного из национальных святых. На боку у Лекса, словно у настоящего дига, висел «Юнипак», скорее всего, поддельный, сделанный в Тяньго (так, во всяком случае, поведал когда-то Би-Джей).
— Нет, вакуумными чипами пока безуспешно занимается преподаватель Пи-Пи, я же говорю о процессоре с высокотемпературной сверхпроводимостью, который создавался в течение долгих месяцев мною, инженером Кроули и профессором Шварцхельмом. Вот перед вами «Гебдомон», процессор буквально нового поколения!
Хайделл вытянул руку, на неестественно плоской ладони чернела матовая коробочка с платиновыми ножками контактов, расположенными вдоль краёв в несколько рядов. Кто-то из впечатлительных студентов ахнул, кто-то засмеялся.
— Внутренности «Гебдомона» сделаны полностью из висмутосодержащей керамики, изготовленной уникальными методами молекулярного моделирования. Сие называется нанотехнологией, и наше правительство в нужное время сделало ставку на развитие этой научной отрасли. Количество транзисторов в «Гебдомоне» около десяти миллионов, а быстродействие… — Хайделл сделал эффектную паузу, — миллиард операций в секунду!
Алекс недоверчиво присвистнул, в аудитории пошёл гулять незапланированный гул, который был резко оборван звуком,
— Господин преподаватель, вы уже послали в Академию Наук доклад о вашем изобретении? — крикнул с места высокий студент, несмотря на то, что все вокруг спешили к выходу.
— Нет, мы сделаем это буквально на днях. Это будет иметь большое значение для построения систем искусственного интеллекта…
Алекс, Тайтус и Энди с Софи облюбовали обласканное солнышком местечко неподалёку от Университета. Энди устроил во рту очередную сигарету, в который раз проклиная себя за эту вредную привычку. Софи внезапно глупо захихикала, покрутила толстым задом и сказала:
— Друзья мои, я покидаю Энди. Он слишком молчалив, а мне необходимо живое, откровенное общение.
— Ну давай поговорим о том, — хмыкнул нисколько не огорчившийся Энди, — что ты по утрам бреешь ноги мужской бритвой…
По длинноносому лицу Софи пошли красные пятна, почему-то она залепила пощёчину Тайтусу, после чего демонстративно покинула это сообщество трёх заговорщиков. Диговские непроницаемые очки упали на асфальт, но не разбились; Тайтус с закрытыми глазами поднял их и водрузил на место. Алекс, дождавшись тишины, извлёк из кармана целый моток разноцветных проводов.
— Что это?
— Это моё дистанционное устройство, Энди. Кстати, ты принёс канистру авиационного топлива?
Курящий вамп кивнул, закрыв глаза от несомого дымом наслаждения.
— И где она?
— На месте, не беспокойтесь. Я засунул её под автомобиль Хайделла, — Энди взял в руки агрегат, изготовленный Алексом. — Я вообще-то представлял его без проводов, что-то типа радиодетонатора…
Алекс обиделся и загрёб своё изобретение обратно в карман, тем более, мимо ковылял страж порядка с противоестественно синей харей. Сей грязнокасочник, как нарочно, стукался лбом о всякое встречное препятствие, будь то дерево или столб. Проводив несчастного взглядами, Энди сказал:
— И это сгодится, только нужно присыпать провода грязью и мусором…
Спустя час коварный план был приведён в действие, а в ста метрах от машины, в густых колючих кустах, с пусковой кнопкой в потных руках засели вампы; диг словно бы невзначай уселся невдалеке на лавочку. Почему-то все прохожие цеплялись за замаскированный провод, и все страшно ругались, но никому не пришло в голову наклониться и разузнать получше, что так мешает пешеходному движению. Когда споткнулась и растянулась на асфальте девятилетняя девочка в приличном белом платьице, она выдала такой блок изощрённых ругательств, что даже у Алекса, большого в этом деле специалиста, слегка отвисла челюсть.
Наконец, часа через три, профессор Хайделл покинул здание Университета и быстрыми шагами поскакал к приобретённому на Государственную премию автомобилю.
— Как ты думаешь, а не взорвётся ли топливо из-за антигравитационной подвески? — спросил вполголоса Энди.
— Нет, Тайтус сказал, что хоть и появляются большие по значению вихревые токи, но этого всё-таки недостаточно… Внимание!
Профессор Хайделл делал последние шаги в этой жизни по бренной Земле, основательно замусоренной и заплёванной. Вот он уселся в автомобиль, захлопнул герметически закрывающуюся дверцу…