Дети солнца
Шрифт:
Наконец у Любы моей вышел срок, и надо было ей уезжать домой. Тут она меня просит, чтобы я ушла на всю ночь. Куда ж я уйду? Она говорит: ну что ты, как маленькая, в самом деле? Иди к Алгису, или пусть он сюда идёт, а я туда. Я говорю: ты с ума сошла, я не могу, с какой стати и вообще… Она говорит:
— У вас что, до сих пор ничего не было с ним? Ну, ты даёшь! У тебя же через три дня путёвка кончается! Я бы таких, как ты, вообще на курорт не пускала, место только занимаешь!
Я говорю: раз ты так, я вообще никуда из комнаты не уйду. Не знаю, как уж там они устроились, к нему ходили
— О! – говорит. – Я думал, вы уехали.
— Нет, это Люба уехала, а я завтра.
— Вот как. Жаль. А про Любу я в курсе, — говорит и смеётся.
— Почему вы смеётесь?
— Потому что меня сегодня опять попросили погулять.
— Как? Уже?
— Представьте себе.
— И что же вы будете делать? – спрашиваю я, а у самой мурашки по телу бегут.
— А, ничего! Как-нибудь, — и смотрит на меня пристально.
Пошла я к себе и зачем-то двери на два оборота закрыла, легла, а спать не могу и всё время о нём думаю. И вдруг слышу: какой-то шорох на балконе, я вскочила, дрожу, не от страха, а от… возбуждения, что ли… Вижу: тень за занавеской, я даже охнуть не успела, как он вошёл в комнату и шёпотом так:
— Не бойся, это я.
По акценту только и поняла, что это действительно он.
— Надеюсь, у вас хватило ума его не прогонять? – быстро спросила золотая рыбка.
— Хватило. Только на это и хватило, а в остальном было полное безумство. И такой короткой показалась эта ночь, что мы и на завтрак не пошли, и на обед, а после обеда пора было мне уезжать. И чуть я не плакала от досады на себя, на свою вечную закомплексованность. И так мне было обидно, что всё случилось только в последний день, так хотелось вернуть назад эти дни, да поздно…
— А он что? – опять нарушила правила игры оранжевая, за что получила от главной дамы лёгкий толчок в спину.
— Обещал написать, и действительно, примерно через месяц после моего возвращения пришла открытка с видом Вильнюса, и несколько строк всего, какие-то общие слова, только в конце: «вспоминаю с нежностью…». Очень мне хотелось ему ответить, но… не было обратного адреса.
— А ещё были письма?
Второй толчок в спину, почувствительней.
— Нет, не было. Но я долго ту единственную ночь вспоминала. И, знаете, за всю жизнь это был единственный мой курортный роман, хотя его и романом-то нельзя назвать. Вот. А вы говорите: раз в году…
— М–да… Ну, и что мы тут должны угадывать? – не понял загорелый господин. — Вы, мне кажется, и так всё рассказали?
— Почти…
— Ах, значит, что-то все-таки осталось недосказанным? — краснолицый внимательно смотрел на рассказчицу. – А позвольте узнать, сколько лет назад была эта история?
— Восемь.
— Ага. Вы теперь замужем или по–прежнему?
— По–прежнему.
— Не хотите ли вы сказать, что так же, как ваша очаровательная соседка, до сих пор любите того человека и помните ту довольно… случайную связь?
— Нет, теперь я люблю другого человека. Но о той, как вы выразились,
— О! Тут слышится какая-то загадка! – погрозил пальцем бледнолицый.
— А я не буду вас мучить загадками и открою вам конец этой истории. Простите, если он покажется вам банальным. В общем… вскоре после моего возвращения из Сочи выяснилось, что я беременна.
Дамы ахнули, а мужчины сказали: «Э–ге–ге…».
— И вы решили родить этого ребёнка? – с ужасом, а может, и с завистью спросила золотая рыбка.
— Да, — просто ответила дама–морская лазурь. — Возраст у меня был уже критический – 31 год. С замужеством все не получалось, и я уже давно подумывала о том, чтобы просто родить себе ребёнка. А Алгис, он был красивый, молодой и здоровый мужчина…
— Ну и?
— И родила. Сынок у меня, Олежка, в этом году в первый класс пойдёт.
Компания с восхищением смотрела на даму в лазурном.
— Это ж надо, одна ночь и… Что значит судьба! – оранжевая даже прослезилась (заодно вспомнив о своих тайных послеотпускных абортах).
— А папаша, конечно, не в курсе? – уточнил господин, не успевший загореть.
— Нет. Я ведь даже фамилии его не знаю.
— Ну, это можно было и узнать, на той же турбазе.
— Что вы, зачем?
— Но вы не жалели потом, что все так случилось?
— Бог с вами! Олежка – это моё счастье, единственный человечек, которого я люблю, и никто, кроме него, мне не нужен.
Теперь и лазурная дама разрумянилась, почувствовала жару и даже шляпку свою сняла, обнажив маленькую светлую головку. Солнце действительно припекало, и хотелось уже бросить все и спуститься к морю, но лиловая дама–распорядительница игры была неумолима:
— Так нечестно. Остались вы двое. Рассказывайте быстро, и пойдём. Счёт, пока в нашу пользу, 3:1. Вы ещё не забыли уговор? Кто проиграет, тот…
— С вами забудешь! — сказал небритый. Он слегка устал от женских историй и теперь с надеждой ожидал, что мужчины расскажут что-нибудь повеселее.
— Вас послушать, — задумчиво произнёс упитанный краснолицый господин, — так все женщины только и ищут на курорте, что романтической любви. Но любой мужчина, кто хоть раз сталкивался с этим феноменом, скажет вам, что это не так, и далеко не так! Женщины на курорте встречаются разные. Лично я разделили бы их на три основные категории.
— Ну-ка, ну-ка! Уже веселее! – обрадовался загорелый.
— Отдыхающих с мужьями и детьми, мы в расчёт не берём. Берём только тех, кто приезжает самостоятельно. Итак. Категория первая. Едут на юг в тайной надежде встретить здесь свою судьбу, то есть найти жениха, или, на худой конец, любовника для длительных отношений с возможной перспективой опять-таки замужества. Категория вторая. Дома, как правило, остался муж, разводиться с которым они не собираются, но не прочь заодно с принятием морских и солнечных ванн наставить ему парочку хорошеньких рожек. Таких, кстати, среди одиноких отдыхающих женского пола, лично по моим наблюдениям, – большинство. Категория третья. Женщины, которым не нужна ни романтическая любовь, ни развлечения, а нужны деньги. Они сюда на работу едут, бабки заколачивать.