Дети Сиспилы
Шрифт:
Когда Стос лёг в постель и приготовился к страданиям, он весил почти полтора центнера, а когда все закончилось, в нем было не более ста килограммов веса. Зато через шестнадцать часов он смог обнять счастливую красотку лет двадцати семи с густым ежиком черных, блестящих волос, но сил ответить на её страстные поцелуи у него уже не было. Свидетельницы этого преображения находились в полном трансе и только поэтому Стосу удалось спокойно уснуть в объятьях Ульты, которая перенесла своё перерождение с удивительным спокойствием.
Впрочем, эти три девицы ошалели не настолько
Видя, что эти стервозные девицы намерены тотчас подсунуть под него Магду, Стос тотчас объявил забастовку и заявил им, что хочет жрать, как собака. Поскольку об обеде никто из них не побеспокоился, то пока они стряпали, он тихонько умыкнул Ульту и заперся с ней в ванной. Вышел он оттуда только через полтора часа, но был очень доволен и к тому же чисто выбрит. Зато шаманку штормило из стороны в сторону и даже то, что Ольхон приехала за ней вместе с Вилли, не смогло привести её в чувство полностью.
Правда, в чувство её быстро привел запах жареного мяса и добрый стакан ледяной водки. Было около двенадцати ночи и потому Ольхон, которой в час нужно было уже выступать в "Метле", очень нервничала. Из-за этого Ульта даже не смогла толком поесть, но и за те четверть часа, что они сидели за столом вместе, Стос поразился тому, с какой страстью Вильям смотрел на эту, почти точную, копию Ольхон с яркими голубыми глазами и обалденной фигурой. Уводя сестёр, он крепко пожал ему руку и только махнул рукой вместо того, чтобы сказать ему что-нибудь на прощание.
Как только они ушли, Стоса тотчас снова стали кормить, со всех рук заталкивая ему в рот, что ни попадя. Больше всех старалась Магда, глаза которой горели просто диким, бешеным огнем. Ну, с одной стороны ему это было вполне понятно, ведь что ни говори, а прямо на её глазах произошло самое настоящее чудо, в результате которого женщина средних лет, получившая страшный травмы, была не только полностью исцелена, но ещё и подросла сантиметров на двадцать пять и помолодела на все двадцать лет. Однако, с той же Медеей, с которой также произошло нечто подобное и с Эллис, которая рассказала Магде о своем исцелении, ничего подобного не происходило. Одна просто выздоровела, а второй, словно бы сделали подтяжку.
На этот раз, хорошенько поужинав, Стос повел себя совершенно по другому. Достав из холодильника бутылку шампанского и насыпав в ведёрко льда, он открыл банку черной икры, выложил её содержимое в хрусталь, насыпал в серебряную вазочку пару больших пригоршней крекеров и, выудив из букета, стоявшего на обеденном столе, самую большую тёмно-бордовую
Магда, шатенка с длинными, распущенными по плечам волосами, в которых сильно серебрилась седина, одетая в золотистый полупрозрачный пеньюар, через который просвечивало её белое бельё и загорелое тело, шла не спеша и вовсю виляла своим спортивным задом. Её, в общем-то, нельзя было назвать красавицей, так как черты лица у неё были несколько грубоваты, но она, как и Медея, имела восточные корни и потому была довольно миловидна, не смотря на морщины у глаз и горестные складки на щеках. Зато она обладала потрясающей грацией и тут даже Ольхон, со своей обалденной пластикой, ей проигрывала с весьма крупным счетом.
Об этой сорокавосьмилетней женщине ему было известно немногое. В прошлом Магда была балерина, но оставила это дело из-за травмы спины. Детей у неё не было, мужа тоже. Вот и всё, что ему сообщила о ней Лулу. Сама Магда молчала и только порывисто, с хрипом дышала от волнения и страсти. Зато Стос, не спеша следуя за ней и затем, уже в спальной, стоя возле кровати и внимательно рассматривая эту даму, довольно громким голосом сделал звёздной целительнице весьма подробный инструктаж на счёт того, какой должна выйти завтра поутру или чуть позже из его спальной эта женщина, не стесняясь даже самых интимных деталей, подмеченных им с первого взгляда.
Это подействовало на женщину куда сильнее, чем любая другая любовная прелюдия. Однако Стос не стал сразу же набрасываться на Магду со страстными поцелуями. Раздевшись, он аккуратно сложил брюки, повесил их и рубашку в шкаф и только после этого подошел к кровати. Его очередная пассия уже не только открыла сама шампанское, но и разлила его по бокалам и теперь, глубоко дыша, сидела на кровати, плавно колыхающейся при каждом движении, опершись спиной на высокие подушки. Так что он тоже присел справа от неё и, обняв женщину за плечи, взял с подноса бокал и протянул его ей, после чего вынул розу изо рта и принялся не спеша водить цветком по её телу, начиная от шеи и, медленно спускаясь вниз, не спеша отбрасывая в стороны полы пеньюара.
Положив розу на её ноги, уткнув полураспустившимся цветком в белые, кружевные трусики, он взял свой бокал и, легонько коснувшись бокала Магды, отпил глоток вина. После этого они мило побеседовали, выпили бутылку шампанского и прикончили почти всю икру, аккуратно зачерпывая её крекерами и стараясь не оставлять крошек на постели. Стос очень подробно рассказал этой, несомненно, очень страстной женщине, что он с ней сделает. Внимательно слушая его, та сначала медленно и грациозно сняла с себя пеньюар, затем бюстгальтер и трусики, под которыми её тело было, до голубизны, пронзительно белым. Ну, а он продолжал говорить Лулуаной, что ещё та должна будет сделать.