Десятая сила

Констебль Кейт

— …увязалась за нами. Говорит, Самис ушел в Спарет. Он недалеко, мы видели места, где он ночевал. Но как же бесит эта женщина! Дэрроу подумал, что он зашел сюда…

Бывшая принцесса величаво прошла по снегу, поцеловала Калвин в обе щеки, будто они встретились на балу при дворе.

— Милая Калвин, как приятно тебя снова видеть! Разве Дэрроу не чудесный товарищ в пути? Такой забавный и умный! Мы ехали от Геллана на санях по льду, по рекам, день за днем, и он не дал мне пострадать от дискомфорта! — принцесса

властно обвила рукой руку Дэрроу.

Калвин смотрела на них. Дэрроу стряхнул руку Килы. Он без слов кивнул жрицам и пошел к поселениям.

— Бедняга! — бормотала Кила. — Такой храбрый! Болезнь его беспокоит, конечно, но он не дает позаботиться о нем, решил петь весь путь… — она покачала головой, вздохнула и пошла за Дэрроу.

— Болезнь? — завопила Калвин. — Что за болезнь?

— Он подхватил чуму колдунов в Геллане, — Тонно обвил сильной рукой плечи Калвин. — Но Халасаа помогает ему, и он будет еще долго в порядке.

— Чума колдунов? Снежная болезнь? — лед заполнил тело Калвин.

Тут она тоже есть? — Халасаа был мрачен.

— Она тут началась. У сестер было Колесо. Тамен сломала его, и вылетела темная магия. У меня одна часть, другую украл Самис. Если мы его починим, отменим зло… — рассеянно говорила Калвин, глядя на худую темную спину Дэрроу и красный плащ Килы, что развевался, пока она бежала рядом с ним. До нее донесся музыкальный смех Килы.

Тонно присвистнул.

— Колесо? Дэрроу захочет услышать об этом. Кусочек, как и сказала Кила… Так она хоть раз в жизни не соврала?

— Дэрроу был не в себе, когда взял ее с собой! — сказала Мика.

— Я надеялась, что мы больше ее не увидим, — сказала Калвин.

Тише, сестра! — Халасаа обнял ее. — Мы еще успеем поведать истории. Идемте, втащим сани внутрь.

По пути к поселениям Калвин шла рядом с Микой на расстоянии за остальными.

— Кэл, — сказала девушка после долгой паузы. — Я хочу с тобой поговорить.

— О чем? — Калвин едва слушала, выглядывала Дэрроу и Килу.

— Когда ты уйдешь, Кэл… — Мика глубоко вдохнула. — Я не пойду.

— Что?

— Я хочу остаться. Мне тут нравится. Я говорила с Джилли, и если мы объединим силы, то сможем растопить лед и отгонять снег. И тогда вырастет трава, козы поедят, дадут больше молока. Или можно выращивать овощи. Стоит попробовать.

Калвин была так напугана, что не знала, что сказать:

— Но ты нужна нам, Мика! Как мы отгоним бури и… очистим лед, сыграем на Горне?

— Теперь это может делать Дэрроу. Сестрам я нужна больше, чем вам, — Мика упрямо сжала губы.

— Но Дэрроу болен! — резко сказала Калвин.

— Он в порядке. Халасаа так сказал. Он хорошо выглядит. Он ходит быстрее нас! Даже если он пытается уйти от Килы, — пробормотала она.

— Мика!

Как можно быть такой эгоисткой?

— Я устала, Кэл! — завопила Мика. — Я не рождена для льда и снега, как ты, и я ненавижу его! И я не пойду снова в лес, чтобы жить в палатке и мерзнуть день и ночь, страдать из-за замерзших пальцев!

Калвин побелела от гнева.

— Думаешь, нам нравится мерзнуть, жить на мясе землероек и сухарях? Ты не понимаешь, как важно найти Самиса и другую половину Колеса? Мы столько прошли вместе…

— Мы столько прошли, так что ты могла просто по-доброму отпустить меня! — завопила Мика. Они остановились посреди тропы и обе тяжело дышали.

— Вот в чем дело, — тихо сказала Калвин. Она очень злилась. — Ты думаешь, что я не была добра с тобой.

— Так и есть.

— Прости, если задела твои чувства, — выдавила Калвин.

Мика отмахнулась.

— Мои чувства не задеты, и мне все равно, что ты скажешь. Но ты изменилась, Кэл. Я будто тебя не знаю. Ты была мне как сестра. А теперь ты стала эгоисткой. Знаю, у тебя есть повод страдать, злиться. Но ты так себя ведешь, будто тебя никто не принимает.

— Злись на меня, если хочешь, — сказала Калвин после паузы. — Но остальные? Тонно, Траут и Дэрроу? Им тоже нужны твои чары. Ты навредишь им, наказывая меня.

— Я тебя не наказываю! — выпалила Мика. — Вот ты снова! Это не из-за тебя! Я же сказала, я устала. Я хочу отдохнуть. Траут не против.

— Ты говорила с Траутом об этом? — Калвин была потрясена, это казалось огромным предательством. Девушки стояли и молчали пару долгих мгновений, их дыхание уносил ветер.

— Заберите меня, когда закончите с Самисом, — неловко сказала Мика. — Я буду ждать.

— А если мы не вернемся? — сказала Калвин. Она сунула руки в карманы и ушла, оставив одинокую фигурку Мики позади.

* * *

Калвин казалось, что время в Антарисе пролетело быстро, и она проснулась в путешествии по тихим лесам. Но теперь они шли на юго-запад, вдоль реки, что текла к большой и неровной горе, которую люди Халасаа звали Пиком Саара, а потом к далекому морю, где лежал Спарет. Дэрроу и Тонно вели их, смотрели на дрожащую иглу прибора Траута, ожидая подсказок, и разглядывали звезды.

Дэрроу пел чары железа, и двое саней летели по льду. За ними тянулись на веревках ребята на коньках, старались не запутаться и не попасть на выбоины во льду. Мика сдула с их дороги обломки.

Первые пару дней было ясно. Ветки в снегу тянулись над головами, как балки крыши, и шумели только лезвия об лед. Сосульки сверкали с веток бриллиантами, и сугробы сияли в голубом свете.

Но потом собрались черные тучи, и они скучали по Мике, когда началась снежная буря. Они шесть лишних дней ждали, пока пройдет буря, грелись у Горна, пили бесконечно горячую воду.