Десант в настоящее

Яценко Владимир

Моя невеста без ума от Джеймса Бонда — моего полного антипода, кто бы из артистов не брался за эту роль. У Катерины полное собрание бондианы, и мне пришлось смотреть эти фильмы по долгу и подолгу. Не буду упрямиться: этот парень в подобных ситуациях действует с большей изобретательностью, чем я. Уж он сумел бы обеспечить отход изящно и красиво. Взрывы, дым, пожар, суперагент переодевается в пламезащитный комбинезон, сливается с прибывшими пожарными, потом незамеченным смешивается с толпой зевак на улице, и… исчезает.

Ну, да. Попробуй, заметь в толпе зевак человека

в костюме пожарного… или как он переодевается в штатское на глазах у изумлённой публики. Ага. А брандмейстер спокойно наблюдает за дезертиром… ехидничаю, конечно. У киношных сценариев есть только один недостаток — большая зависимость от нештатных обстоятельств. Очень не люблю импровизации; предпочитаю домашние заготовки и стопроцентные решения.

…Вываливаюсь в подвал соседнего дома. Ловлю ртом воздух, запыхался, вспотел. Смотрю на часы — до ликвидации туннеля ещё четырнадцать секунд. Рекорд! На тренировках таких результатов ни разу не добивался.

"На тренировках позади не бухало, и не трещало", — напоминаю себе.

И сейф. Чёрт бы его побрал! Не нравится мне это.

Отрываюсь от пола и закрываю лаз деревянным щитом, который плотно прижимаю двумя брусками дерева, уперев их в пол. Сейчас начнёт рваться в туннеле, а грунт не должен вываливаться из стены. Вот теперь всё. Папки на месте, мешочек на месте. Прикладываю руку к щиту, прислушиваясь к вибрации. Всё! Разбрасываю доски по подвалу и небрежно роняю щит: на месте отверстия, через которое я только что вылез, — плотно утрамбованная глина пополам с битым ракушняком. По спине бежит холод: вовремя я оттуда убрался.

Заваливаю стену специально приготовленным мусором: каркас громоздкой мебели, ветошь, полусгнивший картон… Будем надеяться, что мостовая, под которой я только что пролез, не просядет: по расчётам должно обойтись. Тем более что там брусчатка: улицу Свердлова при Советской власти заасфальтировать не успели, видать, не очень большой разбойник был. А сейчас и подавно: кто же в Камышлове [1] Челябинской губернии асфальт класть будет? Знаем, знаем, что местные власти кладут на состояние дорог… так что даже трещин быть не должно.

1

Камышлов Челябинской области, судя по карте, существует. Всё остальное (улицы, дома и пр.) следует относить к моей фантазии. Приношу извинения тамошним властям, если действительное состояние дорог не соответствует "мнению" Отто.

Пора заканчивать. Вот она — полочка с ключиком…

Вторая неожиданность: а ключика-то нет!

Я тупо шарю ладонью по полке: проржавевшие шурупы, гнутые гвозди, каменная крошка пополам с мумифицированными останками мух… и пыль.

Очень много пыли.

А ключа нет.

Это ещё не катастрофа. Есть второй отходной вариант.

Существует и третий.

Но что же это в мире делается?! Сейфу полагалось быть запертым, а он открыт. Здесь должен лежать ключ, но его нет. Ничего без присмотра оставить нельзя! До чего

же народ в этих краях к чужому добру падкий!

Ну, и что там, впереди?

Минуту стою неподвижно, слушаю. Тихо. Выхожу в коридор, поднимаюсь по лестнице и подхожу к двери, ключа от которой так бесславно лишился. Берусь за ручку и осторожно поворачиваю… нет. Дверь заперта. Но там кто-то есть. Я слышу, как из крана в ванной комнате бежит вода. Вот это наглость!

"Чтоб ты утопился"!

Поднимаюсь на второй этаж, кожаный мешочек оставляю в потайной нише под толстыми сосновыми перилами, делаю шаг… дверь открывается навстречу. Лиза.

Квартиру снял господин Титов. Я — не Титов. Я — его друг.

Встречаюсь на этой квартире со своей подружкой Лизой.

Всегда милая и нежная, а сегодня что-то напряжена. Я вхожу, и она сразу запирает за мной дверь. Забирает папки. Под её придирчивым взглядом стаскиваю с себя изодранную, пропахшую потом и гарью одежду. Мне безразлично её внимание. Это уже её работа: следить, чтобы я не прихватил с собой чего-нибудь лишнего. Голым прохожу в душевую. Знаю, что сейчас она проверит мою одёжку и скормит её мусоросжигателю.

…Через три минуты я опять в комнате, меня ждут отутюженный костюм, белая рубашка и чистое бельё. Лиза суетится рядом, помогая мне одеться. Всё делаем молча. Да и о чём тут говорить? Бедняжка, она тут месяц жила, меня прикрывала. И хорошо ещё, что под занавес не прикрыла туннель деревянным щитом, пока я оттуда выбирался. Запросто! И не такое бывает.

Впрочем, не могла она этого сделать: папки…

Ещё минута, и мы выходим из квартиры. Пока Лиза запирает дверь, я достаю мешочек из пазухи в перилах и кладу добычу в карман плаща, который небрежно держу в левой руке. Когда она оборачивается, галантно предлагаю ей руку, и мы спускаемся по лестнице. Выход здесь на улицу Ленина (асфальт, между прочим!), улица Свердлова с другой стороны дома. Поэтому вся суета скрыта от наших глаз, ну, и слава Богу!

Не на что там смотреть!

Я подзываю показавшееся из-за угла такси, ещё раз восхищаясь слаженностью действий своей группы: с момента первого взрыва прошло десять минут, а до сих пор всё идёт с точностью до секунды. Вот только сейф и ключ… и в моей квартире кто-то принимает ванну. Обидно. Так славно было придумано.

"Забудь, Отто, — говорю себе. — Судьба погнала тебя по другому лабиринту…"

* * *

— Отличная работа, Шарки! Клиент — он и в штанах, и в юбке — всё одно "клиент". Молодец: "ба-бах!" и точка. Наши-то без соплей не обошлись бы!

Он опускает в бумагорезку содержимое тощей папки с корявой надписью синим фломастером "Калима", а я думаю о том, что это, конечно, преувеличение: я и моря-то до восемнадцати лет не видел… почему "Шарки"?

Но вместо протеста скромно молчу. Если Шефу нравятся цветистые клички, пусть будет "Шарки". На то он и Шеф, чтобы лепить ярлыки по своему образу и подобию.

— И от девки избавился, и сейф открыл, супермен хренов. Могу поспорить, тебе не терпится узнать, куда ты сейчас отправишься.