Депортация
Шрифт:
В квартире, однако, ещё оставался один невозделанный участок, видимо, оставленный для очередной Болдинской осени хозяина, когда его настигнет новая волна дизайнерского пыла. Этим участком была комната средней величины в дальнем конце квартиры. В ней творился строительный шабаш: стояли стремянка, банки с краской, лежали мешки со шпатлёвкой и цементом, валялись кисти, валики, обрывки газет и обоев. Учитывая разгул фантазии хозяина, можно было предположить, что здесь для пущего креатива разместится прозрачный
Как бы там ни было, жилище Никанора было достойно уважаемого креативщика.
Друзья пили чай, и Мигель пытался воспроизвести другу всё до мелочей, начиная от интерьера помещения, куда его привезли, внешнего вида и одежды людей, с которыми разговаривал, до попыток передать атмосферу особняка-призрака, который вполне мог быть огромной двух– или трёхъярусной квартирой. Всё это получалось неплохо, кроме момента похищения и возвращения Веласкеса обратно к месту встречи. В этих случаях он ничего не мог вспомнить. Вообще.
– А долго тебя везли? – спрашивал Никанор.
– Как я тебе скажу, сколько везли, если не могу даже вспомнить момент отключки? Ведь ни удара, ни каких-то разговоров с незнакомцами, ничего подозрительного не было.
– А сейчас никакой головной боли, как после каких-нибудь препаратов, никакого тумана?
– Да в том-то и дело! Загадка. Бермуды какие-то.
– И даже рассола после побудки не хотелось? – пошутил Никанор. – Хорошо. Этого ты не помнишь. А тот момент, когда в сознание пришёл, можешь описать?
– Ну как будто проснулся после глубокого хорошего сна и всё. Ничего не помню, ничего не слышал. Просыпаюсь, именно просыпаюсь, в каком-то «царском теремке» с роскошной обстановкой, дополненной антиквариатом. Входных дверей нет в принципе. То, что происходило дальше, напоминает мне атмосферу тайных орденов из книг.
Он заметил Нику, что его поразила исключительная вежливость и даже доброжелательность людей, с которыми он общался, особенно если учесть то, каким нестандартным способом он попал к ним «на чай».
– У меня было впечатление, – рассказывал Мигель, – что я либо в дипломатической миссии, либо в представительстве тайного общества.
Никанор задумчиво постукивал по столу торцом авторучки:
– А может, это два ингредиента в одном флаконе. Можно любые версии строить – мы понятия не имеем, где ты был. Вдруг они на частном самолёте тебя в другую страну возили? Но это вряд ли, конечно. Скорее всего, это местечко где-то рядом. Если не в городе, то в пределах двух-трёх часов езды на машине. Может, у тебя есть хоть какая-то зацепка по местности? Вспоминай.
– Никанор, ты шутишь? ну какая зацепка: я очнулся в закрытом помещении и никуда не перемещался, хотя бы потому,
– Кстати, почему бы и нет? – оживился Никанор. – Вполне возможный вариант. Хотя, ты же говоришь, помещение просторное, роскошное.
– А сталинки и расселённые коммуналки, тем более, если выкуплено пару этажей друг над другом, у вас не роскошные? Или пентхаусы в элитных новостройках? А при нынешних технологиях можно такую шумоизоляцию забабахать, что соседям не помешает даже наличие кегельбана или музея пыток инквизиции с озвучкой. Но это сейчас не самое важное: они же вернули меня в целости и сохранности. Важнее, что мы теперь узнали кое-что о заказчике, если это не утка. Есть и тема для размышлений: стоит ли выполнять заказ? А ещё интересно узнать: с какого перепугу этому «тайному ордену» сдался наш заказчик? И какая им польза от нашей дополнительной информированности, которую они обеспечили?
– Возможно, хотят, чтобы мы прекратили разработку этой темы, отказались от заказа.
– А в чём резон?
– Ну ты ж не знаешь, кто они такие. Может, для них резон и есть. С другой стороны, если верить этим «лесным братьям» и твой клиент такая масштабная тёмная лошадка, то на фига нам это нужно – всяким козлам помогать, даже за деньги? Ты же его даже ни разу не видел.
– Нет, не видел, но деньги на карточку поступают регулярно. Как и договаривались.
– С кем договаривались? Ты же с ним не виделся.
– Правильно, не виделся, но мы обо всём договорились сначала через посредника – моего знакомого, а потом детально по телефону и электронной почте. Хотя именно заказчик отклонил моё предложение прилететь к нему в Лиму и даже отказался общаться по скайпу. Но я не первый год знаю своего приятеля, и его предложения и рекомендации для меня не пустой звук. Он же не отвечает за моральные качества клиента и не проверяет их, он лишь гарантирует платёжеспособность. Этого для работы вполне достаточно. Мы же не занимаемся контрафактными алмазами, оружием…
– Но как заказчик выглядит, ты не имеешь понятия. Может, он вообще фантом, вымышленный персонаж. Как в русской литературе Козьма Прутков.
– Джон с фантомами не общается. Но вполне возможно – не знает всей его подноготной. Да он и не обязан. Просто не упустил случая подкинуть мне денежный и интересный заказ. И зачем тогда меня похищали и стращали, если он – фантом?
– Чтобы нам не скучалось! – ответил Никанор.
– Мигель, ты уже вернулся? – радовался в трубке мягкий голос Даниэллы.