День проклятья
Шрифт:
Я ринулся вверх, вскрикнул и облился кровью. Из сломанных ветвей, пульсируя, вытекала моя жизнь. Мир провалился в бездонную черную яму. Я умер в исступленном восторге. И родился. Одинокий. Во тьме. Мечущийся. Падающий. И наконец… заснул.
В. Как хторране называют кучу из тысячи червей?
О. Соревнование по выеданию пути наружу.
В. И каков результат победителя?
О.
32 СУП
Лучший будильник на свете – переполненный мочевой пузырь.
И однажды ночью я проснулся, задыхаясь. В горле пересохло и першило. Страшно хотелось пить. Я попытался 1позвать кого-нибудь, но легкие взорвались болью. В груди все мумифицировалось. Я молил о смерти как об избавлении.
Откуда-то донеслось:
– Все хорошо, лейтенант, расслабьтесь, если можете. Я попытался рассмотреть говорившего, но все расплывалось. В комнате было слишком темно.
– Не разговаривайте, – произнес кто-то. – Не пытайтесь дышать, за вас это делает аппарат. Не мешайте ему. Подождите.
Мне так и не удалось рассмотреть, что делает обладатель голоса, а в следующее мгновение я снова куда-то поплыл, но сознания не потерял. Спустя еще мгновение голос спросил:
– Может, попробуете поесть?
Я кивнул – хотелось подольститься, чтобы меня не покидали.
– Хорошо. Откройте рот. – Меня мягко приподняли и, поддерживая голову, стали кормить с ложечки супом. – Ешьте и молчите. Говорить буду я. – Голос принадлежал медсестре с очень гладкой кожей.
– Мн-н-ф. – Я поперхнулся, разбрызгав суп. Она вытерла мне рот салфеткой.
– Вы – в Центральной Оклендской. Уже вечер понедельника, так что вы пропустили очередную серию «Дерби». Очень жаль, было интересно. Грант по– прежнему разыскивает пропавшего робота и теперь выяснил, что робот все еще на заводе. Керри стало известно о последних торгах – рассказал конечно же Ти– Джей, – и она потребовала собрания акционеров. Все упирается в Стефанию, но она неожиданно отказалась улетать из Гонконга, никто не знает почему… Еще ложечку?
– М-м-фл.
– Хорошо. Откройте рот пошире… Так что по сравнению с этим ваши проблемы – сущие пустяки, верно?
Я не ответил, слишком сильно болели легкие. А кроме того, Грант с самого начала знал, что Ти-Джей не осмелится стереть у пропавшего робота память.
– Отлично, еще один глоток, и довольно. Ну, вот и все. Сейчас придет доктор Флетчер.
Флетчер была в перчатках; сквозь маску виднелись усталые глаза. Прямо с порога она начала:
– Не разговаривайте, иначе рискуете порвать голосовые связки. – Они присела на край койки и осмотрела мои глаза, уши, нос. Потом взглянула на дисплей, лежавший у нее коленях, и наконец сказала: – Примите мои поздравления.
– М-м?
– Вы будете жить. Честно говоря, мы этого не ожидали. Ваши легкие так отекли, что в них не осталось места для воздуха. Вы родились в рубашке.
Я попытался задать вопрос, но она прижала палец к моим губам.
– Я же сказала: молчите. – И, поколебавшись, добавила: – У вас один из самых тяжелых случаев отравления в штате, лейтенант. Мы уже собирались поставить на вас крест – позарез требовались свободные койки, – но руководство отстояло вас.
Говорят, вы задолжали кое-кому обед с омарами, и вам не позволят так легко отделаться. Кроме того, вы помогли кое-что выяснить. Теперь мы знаем, что даже при самых тяжелых отравлениях состояние обратимо. Если удалось спасти вас – можно вытащить любого. Мы уже начали готовиться.
– Умф.
Я поднял руку, останавливая Флетч.
– Вы поправитесь, – успокоила она. – Худшее позади.
Я сжал ее руку.
– М-мф?
– С полковником Тирелли тоже все в порядке. – Дмк?
– И с Дьюком тоже. Он лежит в палате интенсивной терапии в стабильном состоянии под постоянным наблюдением. Лейтенант, вы можете гордиться собой.
– Мп.
– Вам надо поспать, – сказала Флетчер. – Сейчас я снова подключу вас к искусственной поддержке. Так вам будет легче.
Она дотронулась до клавиши на аппарате, и я опять вырубился.
В. Почему хторране никогда не пьют соду?
О. Потому что у них не бывает изжоги.
33 ЛЕЧАЩИЙ ВРАЧ
Я бы относился к врачам намного лучше, если бы их работа не называлась «пользованием больного».
К следующему визиту доктора Флетчер я чувствовал себя гораздо лучше. Первым делом она посмотрела на дисплей. Здесь, наверное, принято делать это автоматически.
– Ну и как мое состояние? – поинтересовался я.
– Прекрасно. Заявляю это с полной ответственностью, потому что я – ваш лечащий врач. Только президент и кинозвезды получают лучшее лечение. – Она накрыла ладонью мою руку. – Дело в том, что весь медицинский персонал научного отдела срочно перебросили на помощь здешним врачам. Но я все равно не бросила бы вас.
Ваш случай интересен не столько с медицинской, сколько с научной точки зрения.
– Потому что я больше других надышался пыли?
– И поэтому тоже, – уклончиво ответила Флетчер и многозначительно замолчала.
После секундной растерянности до меня все-таки дошло.
– Значит, есть другая причина?
– А вы сами не помните? Я покачал головой.
– У меня были странные красные галлюцинации. От какой гадости?
– Герромицин. Флетчер снова замолчала.
Я потрогал грудь: прохладная и сухая кожа, может быть, слегка шершавая, но в остальном абсолютно нормальная. Я больше не ощущал вкус пальцев…