День надежды
Шрифт:
—Мне жаль, что ваши старания так и не окупились, — пожал плечами Лукас и ядовито улыбнулся. — И спасибо за то, что не продали эту историю журналистам. Правда, теперь на приеме только и будет разговоров, что вокруг вашего заявления.
—Как вы можете так думать? Я всего лишь хотела найти отца для Аннабель, — возмутилась Райнона.
—Как мило! — Глаза его оставались холодными. — Вам это не удалось, так что можете с чистой совестью покинуть мой заповедник.
Обида терзала душу девушки. Обида,
—Что же, — она подняла голову. — Простите, что я потратила ваше время.
Лукас еле заметно склонил голову. Райнона пыталась обрести дар речи, но это ей долго не удавалось. Наконец она проговорила:
—Тут мне сказали, что меня могут переселить в другой отель. А как мне узнать, в какой?
Щеки ее вспыхнули от смущения.
—Информацию вы получите на ресепшене.
—Спасибо, — кивнула она.
Ноги ее дрожали, когда она направилась к выходу. Наверняка Лукас сверлил ее взглядом.
Она не заплачет. Не заплачет! Она будет сильнее. И потом, ей нужна ясная голова.
Лукас смотрел ей вслед, и тревожные мысли одолевали его. Какая странная особа! Она, похоже, и в самом деле верит своей Линн. Непогрешимо и свято верит в праведность своей миссии. Да. Денег она не просила. Она просила лишь признать ребенка своим. Безумие какое-то!
Ему и раньше доводилось сталкиваться с мошенницами, которые пытались его шантажировать и заработать деньги нечестным путем. Приходится признать, что мисс Дэвис ни капли не напоминала их. Она действительно верила своей Линн, которую он не знал.
В этом деле есть какая-то тайна. И он должен ее разгадать. Иначе его совесть будет нечиста.
Райнону мучила головная боль. Она неверной походкой вернулась в свой номер, отпустила сиделку и начала медленно собирать вещи. Аннабель мирно спала в колыбельке.
Молодая женщина с жалостью и нежностью взглянула на малышку. Что с ней будет? Как же им теперь быть?
—Ну, милая, извини, я сделала попытку, но у меня ничего не получилось, — тихо проговорила Райнона, и слеза едва не упала на личико младенца.
—Чей это ребенок на самом деле, мисс Дэвис? — раздался за спиной мужской голос.
На пороге стоял Лукас собственной персоной!
—Не ваш, уж точно, — отрезала она. — Иначе вы бы не отвергли его. Так что будьте добры, покиньте мою комнату. Пока что я здесь хозяйка. И ваш приход — нарушение моих прав.
Он молча переводил взгляд то на нее, то на ребенка.
Райнона набрала побольше воздуху в легкие:
—Зачем вы пришли?
Не ответив, он подошел к колыбельке и посмотрел на ребенка.
—Значит, эта ваша Линн и есть ее мать? — спросил он уже спокойнее.
—Я
Что ему еще надо? Зачем он пришел снова ее мучить?
—И вы доверяете ей? — медленно проговорил он, словно бы что-то обдумывая. — Значит, она утверждает, что у меня с ней была... интрижка?
Райнона помедлила. Ей показалось, что его тон стал другим.
—У нее не было причин лгать, — проговорила она, вспоминая бледную подругу, знающую, что ей осталось жить совсем немного.
—Я никогда не стал бы портить свою репутацию. И где же теперь эта Линн? Ожидает вас где-нибудь? В Уэльсе?
Глаза Райноны сделались большими и печальными.
—Никто меня не ждет... Она умерла.
Лукас пробурчал что-то себе под нос, потом подошел к ней.
—Почему бы нам не присесть? — сказал он и тут же опустился на кровать, жестом пригласив ее сесть рядом.
Их руки соприкоснулись, и оба вновь ощутили электрический разряд.
—Кажется, у вас нервы натянуты до предела, — заметил он, поднялся и, подойдя к мини-бару, достал оттуда бутылку с прозрачной жидкостью.
—Нет... мне просто грустно, — сказала она, хотя ее сердце разрывалось на части от самого настоящего горя.
К чему объяснять? Все равно он ни черта не поймет, этот богач. Как трудно ей было с Аннабель. Ведь это не ее ребенок. И она еще не умеет обращаться с детьми. И о разрушенных надеждах он тоже ничего не знал. Так к чему метать бисер перед свиньями?
Лукас налил жидкость в бокал и передал ей.
—Выпейте.
—Что это?
Она медленно приняла бокал из его рук и глотнула, но, обжегшись, закашлялась.
—Бренди. Наверное, никогда не пили такое?
—Нет. — Райнона беспокойно смотрела на гостя. — Могли бы предупредить.
Лукас передал ей платок.
—Чтобы снять стресс.
—Я же сказала, у меня нет стресса.
—Да? А мне показалось, вы готовы упасть в обморок.
—Ничего удивительного! Прошлая ночь выдалась слишком беспокойной. У меня есть все основания выглядеть бледной. Я почти не спала.
Она попыталась подняться, но тут ей на плечи осторожно легла его рука.
—Не надо, сидите.
Ладони его вдруг стали какими-то мягкими и теплыми. Он едва не обнимал ее за плечи. Враждебность пропала, атмосфера в комнате стала чуть ли недружеской. И оба почти одновременно ощутили очередной приступ желания.
Райнона испуганно выдохнула при его прикосновении, изумившись чувствам, которые проснулись в ней.
На губах Лукаса играла легкая ироничная улыбка, когда он склонился к девушке. Эти полные губы обещали райское наслаждение, хотя лицо в обрамлении черных кудрей скорее напоминало образ дьявола, а не лик ангела. Очень опасный мужчина!