День Луны

Абдуллаев Чингиз Акифович

Ты посчитай, сколько сегодня людей из-за них погибло. А ты тут из себя коммерсанта изображаешь, миллионами швыряешься.

— Значит, миллион тебе мало? — тихо спросил Майский. — Что же ты тогда хочешь?

— Ты такую цену дать не сможешь.

— Ха! — хмыкнул Майский. — Значит, все-таки есть цена?

— Конечно, есть. Всему в мире есть своя цена, — рассудительно сказал Абуладзе.

Даже Карина начала с любопытством прислушиваться к их разговору.

— Ну да, конечно. Тебе просто нужно больше.

— Гораздо

больше. Такая цена, которую ты мне дать не захочешь.

— А ты скажи, полковник, может, дам, — заулыбался Майский.

— Вот когда ты, Майский, и твои люди будут в камере смертников сидеть, вот тогда я получу настоящую цену. Высшую цену за все, что сегодня случилось.

Наступила тишина. Бык подвинул к себе автомат. Абуладзе заметил это движение.

— Лучше ножом убить, — сказал он равнодушно, — автомат может повредить обшивку самолета.

— Смелый ты, — мрачно сказал Майский, — и юмор у тебя, как у висельника. А еще говорят, что грузины остроумные люди.

— Про грузин много разного говорят, — рассудительно сказал Абуладзе, — а я тебе скажу: ты всему не верь. А вот насчет камеры поверь.

Это действительно будет.

— Заткнись! — вскочил Майский. — Мы тебя не для этого в самолет взяли, чтобы ты нам свои проповеди читал. Ты думаешь, я хотел тебя вообще с собой везти?

— Знаю, что не хотел, — сразу ответил Абуладзе, — ты свою машину ждал с друзьями.

Милицейскую машину.

— И это ты знаешь, — криво улыбнулся Майский.

— Конечно, знаю. И даже другое знаю.

Майор Сизов, который ни в чем не виноват, должен был сейчас вместо меня лететь в этом самолете. Вы его захватили нарочно, чтобы все думали о нем как о предателе. А на самом деле он настоящий герой.

— Так, значит. Тебе пора умирать, полковник. Ты у нас все знаешь лучше меня.

— Работа такая у меня. Майский. Должен все знать.

Из кабины экипажа вышел Константин.

— Пролетаем Белоруссию. Они спрашивают, куда лететь.

— В Прагу, — быстро сказал Майский, метнув взгляд на Абуладзе, — скажи, что мы летим в Прагу. И не оставляй их одних. Они тебе что хочешь могут сделать, пока одни.

Константин ушел в кабину.

— В Праге заправимся, — громко сказал Аркадий Александрович, обращаясь к Седому, — а потом полетим дальше. — В этот момент раздался звонок сотового телефона. Майский достал свой второй телефон и спросил: — Кто говорит?

— Как ваши дела? — спросил Переда.

— Все в порядке. Мы уже взлетели. Все идет по плану, Мигель. Деньги уже на борту самолета.

Очевидно, Переда кричал от радости, если даже Майский улыбнулся.

— А у вас как дела? — спросил он в свою очередь.

— Питер уже на борту, — доложил Переда, — летим по графику.

— Ждите нас, — сказал Майский, — мы будем вовремя. Главное, забрать Всеволда в Чехии. Тогда все будет нормально. — Он закончил разговор, встал и снова подошел к

ящикам с деньгами. — Эдик, — крикнул он, — пойди и скажи, чтобы они запросили разрешение на посадку. И передай наши позывные в Москву. Пусть предупредят чехов, чтобы нас не трогали. Иначе не увидят своей третьей капсулы.

Эдик вскочил, бросившись в кабину экипажа. Седой молча встал, проходя к ящику, где была еда. Принес несколько бутербродов, протянул один из них Абуладзе. Тот не стал даже смотреть. Седой положил бутерброд рядом на сиденье, горько усмехнулся и отошел от полковника. Майский, заметив, как он понес бутерброд полковнику, тем не менее ничего не сказал. Карина взяла бутерброд.

— Спасибо, — сказала она.

Седой кивнул. Сам он также ничего не ел.

Просто пил воду.

— Ты не хочешь есть? — спросила Карина.

— Не хочу.

— Почему?

— Не хочу, и все.

— Ты чем-то встревожен, — убежденно сказала молодая женщина, — расслабься, все уже кончилось.

Седой посмотрел на нее и очень тихо сказал:

— Все только начинается, Карина. И мы еще не знаем, чем это действительно кончится.

Москва. 21 час 20 минут

Программа «Время» началась, как обычно, точно в девять часов вечера. Телевизор был включен, и все невольно прислушивались, опасаясь услышать о сегодняшних событиях в Москве. Но первые десять минут холодновато-благожелательная ведущая ничего не сказала.

И лишь на одиннадцатой минуте рассказала о взрывах нескольких машин и погибших бандитах добавив, что это, очевидно, разборки между кланами мафии. И почти сразу вслед за этим позвонил Президент, которому премьер докладывал уже трижды о ходе операции.

Сначала премьер-министр долго рассказывал об убитых террористах, о захваченных в аэропорту «оборотнях» — нескольких офицерах милиции, оказавшихся пособниками бандитов. Не забыл упомянуть про полученные две капсулы из трех. И только в конце признался, что самолет с деньгами на борту и оставшимися террористами уже покинул территорию России, держа курс на запад.

— Вы разрешили им уйти? — не поверил Президент. — Уйти с такими деньгами? С нашими деньгами?

Премьер сверкнул глазами, глядя на окружавших его министров. Это они уговаривали его отменить штурм. И он их послушался.

— Мы держим ситуацию под контролем, — доложил он, — следим за самолетом со спутников. Группа спецназа готова вылететь в любую точку земли, куда сядет самолет террористов.

Здесь с нами министр иностранных дел. Все послы, аккредитованные в Москве, уже предупреждены о возможной посадке самолета с террористами. И все единодушно обещали свою поддержку.

— Держите меня в курсе, — сказал Президент, положив трубку. Премьер недовольно посмотрел на сидевших в кабинете людей.

— Ну, что мы имеем? — спросил он.