День крысы
Шрифт:
– Увы, сударыня, вашему горю мы помочь бессильны. Но если понадобится человек для количества, то приходите за Григорием Ивановичем. Отдадим без сожалений…
– Я искренне желаю, чтобы вас сожрали крысы, - сказал Лиза, развернулась и вышла.
Блондинка что-то возмущенно пискнула. Лизу не преследовали.
Уже на лестнице Лиза расплакалась. Она уже знала, что проиграет.
Следующий этаж Лиза решила проскочить, не заглядывая туда. У нее имелись все основания полагать,
«Я дура и трусиха, - корила себя Лиза, спускаясь по ступеням.
– Я могла хотя бы попытаться».
Однако пересилить свое отвращение Лиза не могла. Сил на это уже не осталось. К тому же, возможно, ниже все-таки обитали вменяемые люди. Может быть, кого-то из них удастся заманить на переговоры к террористам? В конце концов, если дело стало за количеством людей, она согласится взять даже этого несчастного Григория Ивановича. Если от этого зависит спасение Димки.
Лиза спускалась, и взгляду ее открылась та самая курилка, где она встретила двух уродов. Сейчас здесь было пусто.
«Господи, пронеси!» - думала Лиза, стараясь спускаться бесшумно.
Подлость случилась, откуда не ждали. Один из баллончиков выпал и грохоча, как колокол, покатился по бетонному полу.
Лиза поместила дезодорант, который держала в руке, под мышку, наклонилась поднять выпавший. И вот тут-то на нее и напали. Грубые руки схватили Лизу за талию.
– Вот она, тварь эта!
– раздался пьяный мужской голос.
– Сама сучка к нам пришла, слышь, Михеич!
– Отпусти!
– кричала Лиза, пытаясь пяткой угодить узколицему уроду (а это, несомненно, был именно он) по голени.
Сейчас она впервые пожалела, что не надела каблуки.
– Она брыкается, Михеич!
Узколицый волок Лизу куда-то по коридору. Лиза выплеснула мощную струю из флакона за спину. Однако нападавший и не думал выпускать ее.
– Вот она, тварюшка!
– раздался голос Михеича.
Он схватил Лизу за волосы, рывком поднял голову.
Лиза видела, что сейчас его лицо превратилось в сплошной кровоподтек.
– Что, красавец я стал?
– спросил отморозок, ухмыляясь осколками зубов.
– Все из-за тебя. Но ты, сучка, не волнуйся. Мы тебя тоже сейчас изуродуем. Мало не покажется.
– Куда ее?
– спрашивал узколицый.
– А давай на стол? У Борис Евгеньича в кабинете? У меня давно мечта была: на том столе какую-нибудь телочку вздрючить.
– Да как скажешь!
Лиза поняла, что лучше не сопротивляться. Сопротивление не даст никакого результата. Для того, чтобы спасти Димку, она готова была вытерпеть даже насилие. Может, хоть этих подонков она сможет убедить? Или действовать хитрее? Завлечь их наверх обманом?
– Ну, вот так!
– Лиза чувствовала, как ее втащили
Михеич отпустил ее волосы. На пол что-то посыпалось. Не надо было иметь способности ясновидящей, чтобы понять: здоровяк расчищает плацдарм от папок и бумаг.
– Вот сюда ее, Колёк, давай. Ага… Блин, что за хрень у нее в руках?
Здоровяк вырвал у Лизы из рук баллончик, стал отбирать ухо. Лиза сама не знала, зачем сопротивлялась. После двух-трех секунд борьбы ухо оказалось у Михеича.
– Опа! Коль, смотри. Чо это такое?
– Закуску сучка принесла, - прокомментировал узколицый.
Михеич больно толкнул ее рукой в грудь и, подхватив под мышки, стал заваливать спиной на стол.
«Расслабиться, что ли, получать удовольствие?
– думала Лиза, отчаянно визжа и брыкаясь.
– Что я выиграю от сопротивления? Валерия Петровича убили. Некому меня спасать…»
На какое-то мгновение она почувствовала себя Жюстино. из совершенно мерзкого и жестокого романа маркиза де Сада. Ту, бедняжку, тоже все, кому не лень, использовали. И раз от раза становилось только хуже.
– Давай, штаны с нее снимай, - руководил Михеич.
– Чо ты там затупил?
– Да сопротивляется, - мямлил Коля.
Лиза действительно отбивалась, как могла. Она брыкалась ногами. На мгновение ей показалось, что она делает какую-то чрезвычайно утомительную гимнастику.
Неожиданно один из ударов достиг цели. Коля завыл и даже перестал срывать с нее одежду.
– Блин, Михеич, она мне по яйцам попала…
– Вот же, дурака кусок, - сплюнул крепыш.
Над головой Лизы была люстра. Форма ее оказалась довольно странной. Люстра напоминала колесо со спицами. Примерно такие она видела в старинных вестернах. Бравый ковбой в прыжке цеплялся за такую люстру руками, а ногами раздавал лихие зуботычины недругам. Вот бы самой так сейчас повиснуть…
Узколицый все орал. Но теперь его крик полнился, как показалось Лизе, не только болью, но еще и страхом.
– Бля, Михеич, что по мне ползает? Посмотри! Посмотри же!
Здоровила Михеич на мгновение отпустил Лизу.
– Ох, ёпт, да это же… Откуда они здесь взялись?
Лиза быстро уселась. Времени на то, чтобы пристально вглядываться и анализировать ситуацию, не было. В мозгу зафиксировалось искаженное лицо Коли. Какая-то серая шевелящаяся тень у него за спиной.
А в следующее мгновение Лиза вскочила на ноги, оттолкнулась от поверхности стола, подпрыгнула и кое-как повисла на люстре.
Может быть, это и спасло ее.
То, что немедленно стало происходить внизу, казалось каким-то несусветным кошмаром. Михеич валялся по полу, облепленный серой, визжащей массой. Его приятель орал страшным голосом, отдирал от лица крыс, отшвыривал в сторону. Но тварей становилось все больше. Узкое лицо молодого насильника покрывалось алыми пятнами.