День Гнева
Шрифт:
Единорог и Бласт молча переглянулись. Им не было больше нужды даже в том, чтобы обмениваться мысленными сообщениями — они понимали друг друга на уровне инстинктов. Были забыты прошлые ненависть и презрение, за последние несколько часов они, сами того не сознавая, стали командой — единым целым, состоящим из двоих обособленных личностей. И сейчас они оба хотели одного. Мести.
— С тобой? — процедил сквозь зубы Бласт, старательно чеканя каждое слово, — А что, если без тебя?!
Они слились с насыщенным сернистыми испарениями воздухом, метнувшись вперед, к цели,
«Позвать остальных?»
«Не надо. Они не помогут. Справиться с ним можем теперь только мы. Пума и Берсек что-то передали нам перед смертью. Возможно, себя…»
«Сделаем его!»
Новый выпад. Но на этот раз Тень не стал уклоняться — в его руке сверкнул меч, с легкостью парировавший удары, нанесенные со скоростью, превосходящей скорость полета пули.
Новая атака — новый блок, за ней еще и еще. Тень не двигался с места, отражая сыпавшиеся на него бесчисленные удары. И, спустя пол минуты яростного фехтования на мечах, он просто отшвырнул двоих Назгулов в сторону, одним движением руки.
— ДОВОЛЬНО! — рявкнул он, и эхо его голоса прокатилось по всей громадной чаше, замерев где-то в вышине и, несомненно, достигнув слуха остальных Назгулов. — Хватит играть в детские игры! Да, я убил ее, но так было надо, и очень скоро вы этой поймете…
— А если не поймем? — с ненавистью спросил Бласт, — Тогда что? Нас ждет та же участь?
Тень усмехнулся.
— Вы оба нравитесь мне все больше и больше. Кажется, я все же не ошибся в вас.
Серовато-белую пелену тумана вспороли четыре черные тени, за ними еще пять… Назгулы пришли, устав ждать развязки. Все одиннадцать черных теней, устрашающе паривших над озером расплавленного стекла.
— Что происходит? — спросил Хаммер, поняв, что кроме двух его товарищей и Тени здесь не было больше никого.
— Уже ничего. — отозвался Тень. — Мы с парнями обсуждали, как бы нам побыстрее разделаться с проклятыми зверолюдьми. Да, Единорог?
Хаммер вопросительно перевел взгляд на Единорога, но тот лишь пожал плечами — мол, делай, как он говорит.
— И что же вы надумали? — спросила Ярость, так же почувствовала напряжение, витавшее в воздухе, но логически рассудившая, что Единорогу или Тени лучше знать, что тут происходит. Особенно Тени… Следовательно, лучше не вмешиваться. — И что здесь произошло? Мы слышали крик Пумы.
— Пума погибла. — ответил Тень. — В ее сознании похозяйничали ИБС, сведя ее с ума и направив против нас, сделав своим оружием. Она уничтожила «Когорту» и собиралась перебить всех нас, включая и меня. Вот только я, оказавшийся здесь раньше вас, еще до взрыва, был сильнее. Я убил Пуму, — добавил он, обращаясь уже исключительно к Бласту и Единорогу, — Но она не оставила мне другого выбора.
«Лжет».
– коротко передал Единорогу Бласт.
«Да, но не во всем. Я чувствую это. Я, кажется, могу забраться к нему в голову, правда, не очень глубоко. И еще, он, почему-то, больше не может читать наши мысли…»
Словно доказывая правоту его слов, Тень умолк, словно прислушиваясь
— Но сейчас не время оплакивать погибших. — продолжил он после небольшой паузы, — Их может быть и больше. Теперь, когда нет головного штаба «Когорты», мы не можем полагаться ни на Когортианцев, оставшихся без связи и пополнения вооружения, ни, даже, на собственное оружие. Центры телепортации жидкого металла, патронов и прочего, канули в небытие, вместе со штабом. Как видите, мы ослаблены! — театрально воскликнул Тень, — Но есть у нас и туз в рукаве. Я многое узнал об ИБС, в том числе и их ближайшие планы.
— И каковы же они?! — с издевкой спросил Единорог, и головы остальных Назгулов тут же повернулись к нему, уловив в его тоне ненависть и… презрение. Вот это уж точно не укладывалось в их сознании. Тень можно было ненавидеть, но не презирать. Он был для них всех почти Богом! Создателем «Когорты», величайшим бойцом, а для многих — еще и их личным спасителем.
— ГЭС! — ответил Тень, словно не заметив его тона. — Они намерены взорвать ГЭС, и теперь, когда уничтожена «Когорта», не станут медлить.
После этих слов Назгулы преобразились. Еще секунду назад казавшиеся даже сами себе потерянными и даже, быть может, немного испуганными, теперь они вновь заняли подобающую нишу. Есть враг, есть цель врага, и есть ИХ задача — не дать достигнуть этой цели. Девять черных фигур одновременно подобрались, а несколько рук автоматически легли на рукоятки пистолетов, словно забыв, что после гибели «Когорты» и всех ее технических средств, в них сейчас всего по одному патрону. Девять Назгулов, но не одиннадцать. Единорог и Бласт, стоявшие за спиной Тени с обнаженными мечами, и не теряли боеготовности. Вот только враг у них был другой, а, следовательно, и другая цель.
Тень не сказал, более, ни слова. Он просто вертикально взмыл в небо, прекрасно обходясь без громоздких «Флайбов», а за ним взлетели и Назгулы, следуя примеру лидера. Лишь Единорог, Бласт и Хаммер задержались на секунду дольше.
«В чем дело?» — спросил Хаммер.
«Не могу толком ничего объяснить, но знаю одно, Тень убил Пуму не потому, что она напала на него. И еще, он что-то знает о ИБС — я ощутил это в его сознании. Знает много больше, чем говорит нам. Но вот что — я, пока, не могу разглядеть.» — ответил Единорог.
«Хреново».
– прокомментировал тот, взлетая. — «Я тоже не зря ношу этот черный костюм, я тоже чувствую, что что-то приближается. Будем держаться вместе.»
Они, втроем последними вылетели из окутанной туманом стеклянной воронки, ставшей могилой и, одновременно, величественным надгробием, для Пумы, и быстро догнали остальных.
Назгулы летели слаженным строем, рассекая пропитанный дымом пожаров воздух. Летели на бой, возможно, самый серьезный в их жизни, не сравнимый со срежиссированными, словно грандиозные пьесы, сражениями с целыми армиями во вторичных мирах. Там противники, зачастую, разбегались, едва завидев в воздухе жуткий черный силуэт. Теперь же их враг был по-настоящему силен и опасен…