День гнева
Шрифт:
– Двоих прислали, - в благодарность за хорошее обращение ответил Сырцову убийца.
– Кто прислал?
– придерживая за плечо, чтобы лишний раз душегуб не упал, душевно спросил Сырцов.
– Не знаю.
– А ведь его еще ни разу не убивали!
– радостно догадался Коляша. Он по-прежнему - руки в брюки - прохлаждался стоя.
– Он-то убивал сразу до смерти, а его даже и не пытались ни разу убить!
– Николай Григорьевич, ты можешь меня не перебивать?
– укорил Сырцов.
– Не могу!
– искренне вскричал
– Я в изумлении.
– Как же они вместе с тобой оказались?
– продолжил свое Сырцов.
– Присланы были все инструкции через абонементный ящик.
– С момента, когда они поняли, что Ходжаева надо ликвидировать до ликвидации прошло тридцать часов, - вступил в беседу Смирнов.
– Быстро, номер телефона, по которому ты делаешь каждодневный контрольный звонок. И прекрати про ящик, а то я рассержусь.
– Он рассердится - это не так страшно. Он - добрый человек, охарактеризовал Коляша Смирнова и продолжил, кивком указав на сидящего у стены: - Вот если этим троим я позволю рассердиться, то тебе станет так больно, как никогда не было и не будет.
Не дождавшись команды, старший из троицы, встал с железной скамейки, подошел к табурету, схватил снайпера за волосы, завалил его голову назад и сверху глянул в глаза. Насмотревшись, отпустил волосы, вытер правую руку о джинсы и доложил Коляше:
– Он сейчас все, что вам надо, расскажет.
– Расскажешь?
– потребовал подтверждения Коляша.
– Расскажу, - без колебания подтвердил убийца.
– Вот и прекрасно, - отметил Сырцов.
– Тогда приступим.
– Подробный рассказ потом, - командирски перебил Смирнов.
– Для начала - контрольный звонок. Когда он должен быть сделан, таракан?
– Час двадцать тому назад. В двадцать два тридцать, - глянув на свои наручные часы, доложил убийца.
– Сейчас ты сделаешь его. Опоздание объяснишь неудачей: Прахова убить не удалось. Ну, допустим, в связи с непредсказуемым пикником неизвестной тебе компании рядом с подготовленной тобой огневой точкой. Потребуешь встречи, устроишь истерику, покажешь, что нервишки на нуле. Встреча, встреча! И как можно скорее. Задача ясна, таракан?
– Ясна.
– Исполнить без вранья сумеешь?
– Попытаюсь.
39
Магнитофонная запись.
Три длинных гудка в телефонной трубке и прервались. Один гудок. Прервался. Два гудка. Тоже прервались. И, наконец, последняя серия: пять гудков:
Голос в трубке: Что случилось?
Голос снайпера: Я не смог сегодня. Не удалось.
Голос в трубке: Как это не удалось? Ты же вчера доследовал: просчитано все до мелочей.
Голос снайпера: Ну бывают же случайности, бывают же случайности непредвиденные! Я уже полностью готов был...
Голос в трубке: Ты откуда звонишь?
Голос снайпера: Я как можно дальше отвалил от места и по Волоколамке пустую дачку присмотрел с телефонным проводом. Вот с этой дачи и звоню. Так докладывать?
Голос
Выведенные мощнейшей аппаратурой из ничего еле слышимые звуки: писки, шелест, глухие щелчки, тишайший мелодичный зуммер - работа электронной кухни.
Голос в трубке: Теперь давай. И без соплей, только самое главное.
Голос снайпера: Залег, как положено, за два часа. Еще раз технически отработал его маршрут, отдохнул, приготовил инструмент, и тут вдруг рядом со мной, ну, метрах в пятнадцати устраивается компания алкашей: пять человек с литровой бутылкой спирта и двухлитровой - пепси. Ровно за двадцать две минуты до его пробега.
Голос в трубке: Ну и что дальше?
Голос снайпера: Ну и все. Те двое пробежали, а пятеро выпили. Я их всех пересидел, и вот звоню.
Голос в трубке: Плохо говоришь. Без вины.
Голос снайпера: А в чем я виноват?
Голос в трубке: В том, что не исполнил.
Голос снайпера: Завтра исполню.
Голос в трубке: Подожди-ка.
Те же звуки: писк, шелест, глухие щелчки, тишайший и мелодичный зуммер - работа электронной кухни.
Голос в трубке: Завтра отменяется. Завтра - встреча. Четырнадцать ноль-ноль, пешеходный переход со Сретенского бульвара через Кировскую к почтамту. Встреча - без задержки и проход к Чистым прудам.
Голос снайпера: Я к незнакомому не подойду!
Голос в трубке: Ты его знаешь. Он будет ждать на углу почтамта.
Голос снайпера: Если я не увижу знакомого мне на углу, я не перейду Кировскую и не подойду.
Голос в трубке: Ты боишься неприятных сюрпризов?
Голос снайпера: Я вас боюсь.
Голос в трубке: Нас пока бояться не надо.
Конец записи. Слушали запись Смирнов, Сырцов и Коляша.
– Ну, и что получается?
– спросил любознательный Коляша.
– А получается-то, - ответил внимательно рассматривающий безукоризненный Коляшин галстук Смирнов, - что тебе придется передать мне на завтра всю твою наружку, Николай Григорьевич. Я еще раз повторю, чтобы ты запомнил как следует: всю!
– Вам все пятнадцать понадобятся?
– удивился Коляша.
– Мне надобно тридцать. Так у тебя же нет!
Зазвонил телефон. Смирнов взял трубку, послушал, поблагодарил и обернувшись к Коляше, приказал:
– Как можно скорее трех на Большую Пироговскую.
– Из тех пятнадцати?
– не без ядовитости поинтересовался Коляша.
– Из других, - не поднимая головы (корябал шариковой ручкой на бумажке), - ответил Смирнов, закончив писать, протянул бумажку Коляше: Полный адрес, по которому находится телефонный аппарат, номер которого набирал наш душегуб. Приватная квартира, скорее всего круглосуточный пункт связи со сменными дежурными. Все сменщики нужны мне. Ясно, Коляша?
– Я тебя ужинаю, я тебя и танцую, - философски относясь к своему теперешнему положению, Коляша, взяв бумажку, удалился.