Демон соблазна
Шрифт:
— Ну, хорошо, я раскрою свои карты. Мне известно многое… Тугарина вовлекла Шевелькову в очень крупное мошенничество, воспользовалась ею и избавилась от девушки, как от ненужной свидетельницы. Моя задача состоит в том, чтобы найти, где скрывается Тугарина. С работы она уволилась, по месту временной регистрации она тоже отсутствует. Не исключено, что она вообще покинула Тарасов. Только на последней сделке она поимела восемьсот тысяч рублей, — сказала я, и Фокин присвистнул. — Что вы на это скажете?
— Теперь я понимаю, что Анька имела в виду,
Оказывается, она ездила по деревням и продавала сертификаты (красивые компьютерные распечатки) на приобретение бытовой техники. Я поделилась с ним данными о последних «достижениях» Тугариной. Они Павлика изрядно впечатлили. Фокин призадумался, а потом спросил:
— А вы Меньжегу искали?
— А при чем здесь Меньжега?
— Так Тугарина с ним шашни водила, правда, он от нее постоянно погуливал. С Анькой амуры закрутил. Между прочим, Лидия Ваське и рассказала о том, что Жорик Шевелькову учит машину водить за городом. Пивнев туда и побежал, Тугарина — следом. Ох, женщины! Сами не ведают, что творят, — философски заметил Фокин.
— Вы хотите поговорить о различиях в психологии мужчин и женщин?
— Нет, не хочу! Я просто слышал, что Лидия и Георгий снова сошлись.
— Слышали? От кого?
— Дольск — большая деревня, кто-то встретил кого-то в Тарасове, вернулся домой и пустил слухи. Вот до меня и дошло, что эта парочка воссоединилась. Если не можете найти Тугарину, попробуйте отыскать Меньжегу.
— Павел Леонидович, это вы на ходу придумали, чтобы как-то выкрутиться из той сложной ситуации, в которую попали?
— Обижаете! Я ничего не выдумываю. Если бы не эта долговая яма, в которую я попал, то ничего бы вы от меня не услышали. Вообще-то я не из болтливых. У меня есть свои принципы, но если уж я проиграл, то — проиграл… Повторяю: ищите Меньжегу Георгия Илларионовича, кажется, шестьдесят второго года рождения.
— А вы знаете, где его искать?
— Нет.
— И это все, что вы можете мне сказать?
— Все. Так как насчет моего долга вашему приятелю?
— Пока вопрос остается открытым. Если ваша невиновность и искреннее желание помочь следствию подтвердятся, то долг спишется. Если нет — я подскажу Эдику Комару, где вас найти. А сейчас можете быть свободны, — холодно сказала я и отвернулась.
Фокин молча вышел из машины, даже не попрощавшись.
— Танечка, — Эдуард заглянул в «девятку», — тебя удовлетворил разговор с этим человеком?
— На сегодняшний момент — да, но окончательно еще ничего не решилось. Но ты, Эдик, не волнуйся, — я заставила себя улыбнуться, — Раковский в любом случае за мной.
— Я и не волнуюсь на этот счет, но ты, кажется, не того результата ждала, — сочувственно заметил Комаров.
— Ну что ты, все нормально, — отмахнулась я.
Но,
— Алло! Володя, надо срочно пробить Георгия Меньжегу, возможно, он является гражданским мужем Тугариной.
— Таня, откуда у тебя эта информация? — удивился Кирьянов.
— Ой, не спрашивай! Я тут такое дело замутила, а коэффициент полезного действия оказался минимальным, — сказала я, а про себя подумала, что КПД и вовсе может оказаться равным нулю.
ГЛАВА 17
Я всегда довожу расследование до конца. И мне недостаточно просто узнать имя преступника. Если есть возможность поучаствовать в его поимке, то я никогда не отказываюсь от такого шанса. Может, я ненормальная, но я получаю моральное удовлетворение, когда читаю в глазах негодяев, воров и убийц: «Если бы я заранее знал — или знала, — что меня будет искать Иванова, то я бы отказался — или отказалась — от своих планов». Те, кто встает на криминальный путь, обычно думают, что они умнее всех, что они все просчитали, все предусмотрели, а потому останутся безнаказанными. Как же они ошибаются!
Остановившись около второго подъезда типовой девятиэтажки, я не спешила выходить из машины. Мне нужно было настроиться на определенный лад. Я не могла допустить ни одной ошибки, ни одной… Но разве я когда-нибудь ошибалась?
Я вышла из «девятки», оглядела двор, окинула взглядом дом, потом решительно направилась к подъезду. На двери был домофон, но я не стала им пользоваться, а подождала, когда кто-нибудь выйдет из парадного. Эх, не по погоде я сегодня оделась! Первые летние дни — и уже жара, а я в синтетической водолазке…
Щелкнул замок, открылась дверь.
— Подождите, не закрывайте, — попросила я вышедшего мужчину, он галантно придержал дверь. — Спасибо.
Лифт доставил меня на шестой этаж. На лестничной площадке было четыре квартиры. Мне нужна была крайняя слева. Я подошла к двери, поднесла руку к звонку — и отдернула ее. Немного подумала, сняла с плеча сумочку, спрятала ее за спиной, потом снова поднесла руку к звонку и тихонько нажала на него. Раздалась переливчатая трель, потом мужской голос с южным акцентом спросил:
— Кто там?
— Ваша соседка. Откройте, пожалуйста!
— А что случилось?
— Вы мне соли немного не одолжите?
— Соли? — переспросил мужской голос.
— Да, соли, — весело ответила я. — У меня ни щепотки не осталось.
Дверь открылась, и я увидела высокого красивого мужчину, как принято в последнее время говорить, кавказской национальности. Он был уже не молод, но подтянут, чисто выбрит, в общем, производил вполне благоприятное впечатление. Я ему мило улыбнулась и, не дожидаясь приглашения, зашла в квартиру.