Демон-Хранитель

Хохлова Жанна

Я тяжело вздохнул, всё ещё сердясь, строго поглядев на неё. Она подошла и обняла меня, растопив в своих тёплых руках всё произошедшее сегодня, снова становясь прежней. Но я держался из последних сил, вспоминая, сколько крови она мне выпила за последние три года. Оторвавшись от меня и заглянув мне в глаза, Дженнифер состроила рожицу чертёнка. Я уже слабо держал оборону, но так просто сдаваться не собирался.

— Сол, ты смешной, когда сердишься, — чертовка хохотнула и чуть запрокинула голову, тряхнув каштановыми кудрями.

А я с изумлением про себя отметил, что мои глаза прочертили

вожделеющую линию от её чуть приоткрытых в смехе губ до обнажённых в прорезях футболки ключиц. Слишком долго, слишком чувственно для хранителя, слишком нежно для демона. Дженнифер заметила и поняла. Она кусала губу. Я опустил взгляд на свои руки и сжал их в кулаки. Когда я вновь взглянул на девушку, она уже потупила взор, но дыхание стало тяжёлым.

Я не дал бездействию ещё больше заострить наше внимание на неловком моменте между нами. Мы снова побежали и добрались домой уже совсем скоро. Совершенно измотанная вечерними приключениями и разморённая горячим душем, девушка сидела на кухне комнаты в общежитии колледжа, где училась, и засыпала под мои менторские наставления. Я ненавидел себя в эти моменты, задаваясь вопросом: ну почему хранители такие зануды? Да всё она осознала, это же урок на всю жизнь. А когда Джен перестала мне дежурно кивать, я понял, что моя детка заснула. Прямо как раньше. Я усмехнулся, подхватив её на руки, положил на кровать и хотел было уйти, как девушка открыла сонные глаза и посмотрела на меня.

— Останься, Сол … — прошептала она и подвинулась, освобождая место для меня.

Я вздрогнул и внимательно всмотрелся в её глаза, подсвеченные лунным светом. «Беги», — шепнул внутренний голос. Но сделал абсолютно противоположное: кивнул и лёг рядом, увидев, как она повернулась ко мне спиной, откинув волосы с плеч. Я почувствовал её запах: нотки розы для нежности и оттенок цитруса для дерзости. Мне он приятен, и я слишком шумно потянул носом воздух. Дженнифер поёжилась, и я привычным жестом руки притянул её к себе. Почувствовал, что она замерла и почти сразу расслабилась, ещё теснее прижавшись ко мне.

«Чёрт», — мысленно ругнулся я, заметив, что помимо своей воли начинаю возбуждаться.

— Не ёрзай, — сквозь зубы прорычал я на неё сердито, соскользнув рукой на живот, фиксируя её.

Дженнифер обернулась и удивлённо посмотрела в мои глаза, её взгляд медленно обвёл моё лицо и остановился на губах. Мы оба тяжело дышали.

— А то что? — дерзость в голосе попыталась заглушить лёгкую хрипотцу и придыхание, с каким был задан вопрос.

«А правда: и что?» — теперь уже демон во мне подначивал меня, противно хихикая.

— Что, Сол? — насмешливо вопросила она.

Я не успел ответить, как Дженнифер поцеловала меня в губы, одновременно как раньше и как нет. Она внимательно следила за моей реакцией. Я был внешне спокоен, но внутри меня полыхал огонь пожарче, чем в самой преисподней. Дженнифер чувствовала меня так же, как и я её, и её второй поцелуй был более смелым, а тёплая девичья ладонь легла поверх моей, чуть приласкав. Я не мог описать то, что сейчас происходило в этой маленькой спальне, в этой постели и с нами. Её поцелуй мягкий, невинный и одновременно страстный будил во мне демона всё больше и больше. Я ответил ей, постепенно

увеличив напор, развернув её к себе, притянув. Её руки нежно обняли меня. Я с каждой секундой терял умение трезво мыслить.

— Нет, — твёрдо сказал я, собрав оставшиеся частицы разума, и вскочил с кровати.

Дженнифер затуманившимся взором смотрела на меня, привставая.

— Почему? — шепнула она.

— Потому, — чуть грубо и раздражённо ответил я и собрался выйти из комнаты.

— Ты куда? — обеспокоенно спросила Дженнифер.

— Пройдусь, подышу воздухом, — ответил я.

Знаю, куда ты, — обиженно вскрикнула она и сложила руки на груди, в её глазах опять появились слезы, а губы немного подрагивали.

Я ничего не ответил и выбежал из комнаты как ужаленный, вслед мне летела подушка. Я не мог оставаться с ней рядом, мы чуть не перешли черту, за которой теряем всё — друг друга. Она поплачет и к рассвету успокоится, а я буду и впредь держать себя в руках. Я ещё просто до конца не знал Дженнифер, много чего не замечал в её сильной душе, считая до сих пор маленькой и хрупкой девчушкой.

Я не переместился, а как человек добрался до своего любимого притона, точно знал, что здесь расслаблюсь, смогу по душам поговорить с другом и выпить. Я ловил себя на мысли, что начинаю понимать моего напарника — забулдыгу Джека. «Как бы не спиться…» — шальная мысль промелькнула у меня в голове сейчас кстати.

Бугай на входе в демонский бар поприветствовал, спросив, как дела, а я, усмехнувшись, коротко кивнул ему, вспомнив, что был готов с боем брать эту «крепость». Прошёл внутрь, вдохнув мой личный запах свободы, и сел за барную стойку.

— Ты знаешь, что мне надо, — прохрипел я, приветственно кивнув в сторону улыбавшегося мне друга.

Тот моргнул в знак одобрения моих слов и принялся готовить для меня алкогольный напиток. Я огляделся вокруг и, не увидев для себя ничего интересного, вновь повернулся к стойке. Старый приятель услужливо пододвинул налитый до краёв штоф, который я тут же осушил до дна.

— Моего не видел? — спросил я, смутно беспокоясь за вечно пьяного засранца ангела.

— Да где-то здесь… — бармен осёкся.

Он удивлённо воззрился на что-то за моей спиной. Я в недоумении посмотрел на него и развернулся. За моей спиной стояла… Дженнифер.

— Как ты здесь оказалась?! Что ты здесь делаешь?! — не просто изумился, не просто был удивлён — я был шокирован.

— Она видит нас? — спросил бармен настороженно.

— Да, это моё проклятие, — опешил, из меня как будто разом выкачали все эмоции, оставив только ошеломление.

Друг рассмеялся и, посмотрев на девушку, предложил:

— Что будет пить юная дама?

— Всё, что можно совершеннолетним, — девушка вскинула бровь, но постаралась не выдавать, что таким предложением бармен произвёл на неё неизгладимое впечатление.

— Нет, — гневно прошипел я, одновременно с барменом, ответившим «да».

— Это бар демонов, детка — всё что душе твоей угодно, — промурлыкал старый демон.

— Нет, ты ничего пить не будешь, Джен, а сейчас вежливо попрощаешься, и мы пойдём с тобой домой, где ты ляжешь баиньки, — тон моего голоса был предельно холоден и угрожающе неприятен.