Дело смерти
Шрифт:
Он кивает и поднимает руку, чтобы постучать, когда дверь открывается и на пороге появляется доктор Джанет. Кажется, я не видела ее очень давно.
— Здравствуйте, — говорю я ей, гадая, невинна ли она во всем этом или это она работает над Клэйтоном, тестируя на нем их препараты.
Ее глаза округляются, и она отступает от меня, пятясь обратно в кабинет Эверли.
— А, это же Сидни Деник, — говорит Эверли через чур бодрым голосом, поднимаясь с кресла. — Джанет, ты уже познакомилась с Сидни? Вроде нет.
Джанет напряженно улыбается
— Нет. Кажется, ты была в классе, когда у меня был один из, эм…
— Эпизодов, — подсказывает Эверли. — Один из твоих эпизодов. Все в порядке, Джанет, ты здесь среди друзей. Если что, Сидни очень похожа на тебя. У нее тоже бывают эти эпизоды, некоторые из которых включают попытки напасть на меня, но это ведь лучше, чем просто разрыдаться посреди урока, не так ли?
— Эверли, — резко обрывает ее Кинкейд.
— Потише, Уэс, — говорит Эверли, потирая виски. — Из-за атмосферного давления от надвигающегося шторма моя голова скоро взорвется. Итак, что вам нужно? Джанет, ты свободна. Иди. — Она отмахивается от нее пренебрежительным взмахом руки.
Боже, Эверли всегда была такой? Ослепляла меня своей грацией и красотой, чтобы я не замечала этого?
— Итак, что вы хотите? — говорит Эверли, с вздохом опускаясь обратно в кресло, пока Джанет торопливо выходит из комнаты. — У меня была адская ночь. Тебя хотя бы накачали наркотиками. — Она указывает на меня подбородком. — Бьюсь об заклад, ты проспала всю ночь, счастливая сучка.
Я стискиваю зубы, а Кинкейд сжимает мою руку.
— Сидни хочет улететь домой первым же рейсом отсюда, — говорит Кинкейд.
Эверли смотрит на меня усталым взглядом.
— Правда? Или это его идея?
— Это была моя идея, — говорю ей. — Я хочу поехать домой.
Она прищуривается на меня, едко улыбаясь.
— Понимаю. Конечно, ты этого хочешь, особенно после прошлой ночи. Полагаю, я должна перед тобой извиниться. Я не хотела тебя накачивать; ты просто не оставила мне выбора. Ты стала агрессивной, Сид. Теперь, думаю, извиняться должна ты.
Да пошла она.
— Просто посади ее на следующий самолет, — требует Кинкейд. — И проследи, чтобы у меня было место рядом.
— И ты, Брут26? — спрашивает она, беря ручку, быстро постукивая ею по столу, пока смотрит на нас. Она вздыхает и перестает стучать. — Что ж, я не удивлена. Так это твое официальное увольнение, Уэс?
— Он вернется, — говорю я ей. — Он просто поможет мне устроиться.
Она фыркает.
— О, милое дитя. Нет, не вернется. Если он сядет на тот самолет с тобой, он увольняется. Он вернется только за своей лодкой. И все же, довольно рискованно предполагать, что лодка все еще будет здесь. Столько штормов обрушивается на нас…
Он напрягается.
— Я вернусь за «Митрандиром». И все.
Я смотрю на него с трепетом.
— Что? Нет. Ты не можешь уволиться. Это твоя работа, твоя жизнь.
—
— Эверли, — рычит на нее Кинкейд. — Первый рейс отсюда. И если ты не организуешь его, я сделаю сам.
Она смеется.
— Блин, ты сегодня серьезен. Неважно, Уэс. Останься, уезжай, мне плевать. В конце концов, это будет твой проигрыш. Вы оба проиграете, ты же знаешь это, да? — Она отводит взгляд и машет на нас руками. — Неважно. Ты вернешься. Ты всегда возвращаешься. В любом случае, ты полетишь тем же рейсом, что и доктор Ву. Видимо, у нас сезон пустых угроз об увольнении.
— Это не пустая угроза, — ворчит Кинкейд. — Я не бросаю слов на ветер.
Затем он сжимает мою руку и тянет к двери.
Я оглядываюсь на Эверли и вижу, как она снова смеется и качает головой, словно совсем не верит ему.
— Мы ведь выберемся отсюда, да? — спрашиваю я, пока он ведет меня по коридору в свой кабинет.
— Я прямо сейчас звоню в компанию гидросамолетов. Если мне придется оформить все лично, чтобы вывезти тебя и доктора Ву отсюда как можно скорее, я так и сделаю.
Он отпирает дверь, мы заходим внутрь, и он берет телефон.
— Линия повреждена, — ворчит он, швыряя трубку на рычаг. — Черт. Что ж, спутниковый интернет еще должен работать.
Он подходит к своему компьютеру и начинает печатать, украдкой поглядывая на меня, пока я сажусь напротив.
— Что? Думаешь, я оглушу тебя пресс-папье и проверю свою почту? — поддразниваю я.
Он ухмыляется и надевает очки.
— Такая мысль мелькнула.
Я откидываюсь назад и наблюдаю, как он печатает, изучая его красивое лицо. Над бровью у него шрам, но я не знаю, откуда он. Его волосы такие густые и темные, но с рыжеватым отливом, и мне интересно, достался ли ему этот цвет от матери или отца. И где они родились? Где родился он?
Эверли была права. Он жертвует всем ради меня, а я ничего о нем не знаю.
Но должна ли? У меня раньше были парни, о которых я знала все, и это заканчивалось либо скукой, либо разбитым сердцем. Может быть, в этот раз, при этих обстоятельствах, я смогу узнавать все постепенно, на ходу.
Далеко отсюда.
— Поскольку мы не на обычном маршруте гидросамолетов, нельзя просто забронировать чартерный рейс онлайн, — говорит он со вздохом, быстро печатая. — Но я только что отправил запрос в «Harbour Air», а теперь попробую связаться с частными рыболовными чартерами. Гарантирую, что если я заплачу им лучшую цену, они придут сюда за нами.